Дьявол носит «Прада» - Вайсбергер Лорен - Страница 67

– Поздравляю! Тебе, конечно, не требуются подтверждения того, что ты отличный педагог, но одно ты, во всяком случае, получил. Ты, наверное, рад до невозможности.

– Да, это здорово.

Я услышала, как в отдалении прозвенел звонок.

– Послушай, а твое предложение повидаться сегодня вечером все еще в силе? – спросила я, надеясь, что он не изменил свои планы, и боясь, что он все же это сделал. Когда я сегодня утром с трудом выбралась из постели и повлекла свое изможденное и страдающее тело в душ, он объявил, что хочет взять напрокат какой-нибудь фильм, заказать еды и просто провести со мной вечер. В ответ я с совершенно ненужным сарказмом пробормотала что-то вроде того, что не стоит тратить на меня время, ведь я все равно буду работать допоздна, а когда приду – завалюсь спать, так пусть хоть один из нас получит удовольствие от того, что сегодня – пятница. Сейчас мне хотелось сказать ему, что я тогда злилась на Миранду, на свою работу, на себя – но только не на него, и что больше всего мне бы хотелось, прижавшись к нему, проспать пятнадцать часов подряд.

– Ну конечно, – он был удивлен, но рад моему вопросу, – я просто подожду у тебя дома, а потом мы решим, что нам больше по душе. Поболтаю с Лили, пока ты придешь.

– Вот и ладно. Услышишь все о Мальчике-Фрейдисте…

– О ком?

– Не важно. Слушай, мне пора. Ее величество ждет свой кофе. Увидимся вечером, пока.

От Эдуардо на этот раз удалось отделаться всего двумя куплетами «Не нам разжечь костер» (мой выбор!), а когда я ставила кофе на левый ближний угол стола Миранды, она оживленно болтала по телефону и не обратила на меня никакого внимания. После этого я несколько часов спорила с редакторами и помощниками редакторов «Нью-Йорк пост», пытаясь доказать, что я знаю их газету лучше, чем они сами, и предлагая просто дать мне ту заметку об азиатском ресторане, которая была опубликована в прошлом номере.

– Мэм, я уже двадцать раз сказал вам и говорю еще раз; мы не помещали такой заметки. Я знаю, что у миз Пристли не все в порядке с головой, и не сомневаюсь, что она вертит вами как хочет, но я же не могу родить вам эту статью! Это вы понимаете? – услышала я от сотрудника «Пост», которому, хотя он и писал для «Шестой страницы», было дано задание разобраться со мной. Он искренне хотел мне помочь, но и его терпению пришел конец. По другой линии Эмили говорила с кем-то из их внештатных корреспондентов, пишущих отзывы о ресторанах. Еще я заставила Джеймса позвонить одному из его «бывших», работающему в отделе рекламы, в надежде, что он хоть чем-то нам поможет. Было уже три часа дня – прошли целые сутки после того, как она потребовала найти заметку, я в первый раз не выполнила ее приказаний.

– Эмили! – раздался голос Миранды из глубин кабинета. – Да, Миранда? – Мы обе вскочили, не зная, к которой из нас она обращается.

– Эмили, я слышала, как вы только что говорили с человеком из «Пост», – произнесла она, адресуясь ко мне. Настоящая Эмили с облегчением села на свое место.

– Да, Миранда, я звонила им. Я говорила с тремя разными людьми, и все они утверждают, что на прошлой неделе в Манхэттене не открылось ни одного нового ресторана азиатской кухни. Может, это было раньше? – Нетвердой походкой я приближалась к ее столу, не сводя глаз с черных босоножек от Джимми Чу (десятисантиметровый каблук), которыми снабдил меня Джеффи.

– В Манхэттене? – Она казалась удивленной, раздосадованной и оскорбленной одновременно. – А кто говорит о Манхэттене?

Пришла моя очередь удивляться.

– Ан-дре-а, ведь я же пять раз – не меньше – сказала вам, что это заметка о новом ресторане в Вашингтоне. На следующей неделе я еду туда, и мне надо сделать заказ. – Она склонила голову и недобро улыбнулась. – Неужели это так трудно?

Вашингтон? Она пять раз говорила мне, что этот ресторан в Вашингтоне? Не может быть. Она совсем свихнулась или просто получала садистское наслаждение, глядя, как схожу с ума я. Но я и впрямь была идиоткой, за которую она меня принимала, – и снова заговорила, не подумав.

– Миранда, видите ли, я совершенно уверена, что «Нью-Йорк пост» не помещает отзывов о вашингтонских ресторанах. Они дают материал только о ресторанах Нью-Йорка.

– Вы думаете, это смешно, Ан-дре-а? Это вы так хотите доказать, что у вас есть чувство юмора? – Улыбка исчезла, она вся подалась вперед – точь-в-точь стервятник, описывающий последние круги над беззащитным цыпленком.

– Э-э… нет, дело не в этом, Миранда. Я просто думала…

– Ан-дре-а, я уже двадцать раз сказала вам, что мне нужна заметка из «Вашингтон пост». Вы, конечно, слышали о существовании этой маленькой газетки, верно? В Нью-Йорке есть газета «Нью-Йорк таймс», а в Вашингтоне тоже есть своя газета. Догадываетесь, что к чему? – Это было уже больше, чем издевка: еще немного, и она заговорит со мной как с младенцем.

– Я сейчас же достану вам этот материал, – произнесла я так спокойно, как только могла, и тихо пошла из кабинета.

– Да, и вот что, Ан-дре-а! – Сердце у меня так и подскочило. – Сегодня вечером вы должны быть на банкете и встречать гостей. Это все.

Я взглянула на Эмили; она была так же растеряна, как и я.

– Я правильно расслышала? – шепнула я, Эмили кивнула и жестом поманила меня к себе.

– Я этого боялась, – проговорила она с видом хирурга, сообщающего членам семьи пациента, что у их мужа и отца обнаружен рак легкого в последней стадии.

– Но она не может требовать этого всерьез. Сейчас уже четыре часа, банкет начинается в семь. Там все будут в вечерних туалетах, я не могу туда пойти. – Я снова, не веря своим глазам, посмотрела на часы и попыталась припомнить ее точные слова.

– Да нет, она вполне серьезно, – проговорила Эмили, снимая телефонную трубку, – я помогу тебе, идет? Разыщи, пока она не ушла, эту заметку из «Вашингтон пост» – Юрий заедет за ней через пятнадцать минут, ведь ей надо еще сделать прическу и макияж. А я достану тебе платье и все остальное. Не волнуйся, мы с этим справимся. – И она принялась названивать по телефону и вполголоса отдавать приказания.

Я застыла на месте, тупо уставившись в пространство, но она, не глядя на меня, махнула рукой, и я вернулась к реальности.

– Иди, – шепнула она с несвойственным ей сочувствием. И я пошла.

– Тебе нельзя в таком виде в такси, – сказала Лили, когда я неумело, словно первый раз в жизни, начала тыкать щеточкой в ресницы, – это же вечернее платье. Господи, да вызови ты машину!

Она еще немного понаблюдала за моими мытарствами, потом выхватила у меня неуклюжую щеточку и сама накрасила мне ресницы.

– Наверное, я так и сделаю, – вздохнула я, все еще внутренне бунтуя против того, что мне предстоит провести вечер пятницы закованной в строгое платье, приветствуя не отличающихся хорошими манерами нуворишей из Джорджии и Северной и Южной Каролины и старательно изображая любезность на своем кое-как накрашенном лице. На все про все – найти платье, сделать макияж, приготовиться, перекроить свои планы на выходные – у меня было только три часа, и в запарке я совершенно упустила из виду собственную транспортировку.

Работа в одном из самых престижных журналов мод в мире (сколько девушек были бы готовы ради нее на что угодно!) имеет свои преимущества, и к 4.40 я уже была счастливой обладательницей шикарного длинного черного платья от Оскара де ла Ренты, которое великодушно одолжил мне Джеффи, добрый дух нашей кладовой и большой любитель всяких женских штучек. («Детка, если тебе нужно вечернее платье, лучше Оскара тебе не найти. А сейчас не стесняйся, снимай брючки и примерь-ка это, доставь Джеффи удовольствие». Я принялась расстегивать кнопки, и он задрожал. Я спросила, неужели его так возбуждает мое полуобнаженное тело, а он ответил, что, конечно же, нет, просто это отвратительно, когда так видны резинки от нижнего белья.) Отдел моды раздобыл пару серебристых босоножек моего размера от Маноло, а Саманта из отдела аксессуаров подобрала эффектную серебристую сумочку на длинной цепочке от «Юдит Либер». Я было проявила интерес к сумочке-косметичке от Кельвина Кляйна, но она только фыркнула и протянула мне «Юдит». Стеф колебалась, предложить ли мне к платью ожерелье-ошейник или подвеску, а Элисон, новоиспеченный редактор отдела красоты, созвонилась с маникюршей, которая работала по вызову.