Воинство сатаны - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 104

Тем более что для этого подвернулась оказия. Бывший комендант крепости после не слишком умеренных возлияний умудрился сорваться с крепостной стены. Во рву уже много лет вместо воды была лишь жидкая грязь, но ее вполне хватило невменяемому пьянице, чтобы утонуть. И место начальника гарнизона стало вакантным.

Конечно, кое-кто посмеивался. Одни говорили, что на старости лет Д'Лемеру предстоит научиться осторожности, поскольку запускать руку, пусть и единственную, в казну — это не так просто, как махать мечом. Другие говорили, что назначение Императора мудро — ежели у нового командира рука всего одна, то и прилипнет к ней в два раза меньше, а значит, армейская кубышка целее будет. Но были и такие, что слушали всю эту дурь, улыбаясь в усы, — они-то знали, что старый вояка будет держать обленившихся и забывших всякий стыд солдат в железном кулаке… и, хотя кулак будет всего одни, мало им не покажется.

И разумеется, правы были именно последние. Прошло всего две недели после прибытия Д'Лемера в Мист, а в столицу уже валом пошли доносы на строптивого легата. Попадали ли они на стол Императора или оседали в архивах… а может, просто изымались и уничтожались, ибо не следует низшим чинам порочить своего командира, — про то доподлинно не известно. Зато известно, что две дополнительные когорты для усиления гарнизона Д'Лемер получил.

И все же сделать он успел немного — были начаты работы по ремонту обветшалой стены, с десяток мастеров целыми днями копошились возле пришедших в полную негодность катапульт, да еще пара сотен крестьян, которым посулили две серебряные монеты в неделю, взялись за лопаты, чтобы вычерпать грязь из рва и снова восстановить этот оборонительный рубеж,

Д'Лемер давал разнос мрачному центуриону. По мнению легата, место солдат — в гарнизоне, а не на полях с мотыгами. Где-то в глубине души центурион, возможно, и был согласен с командиром, но в городке его тоже ждала молодая жена, которой именно сейчас приспичило копать колодец. И поскольку центурион совершенно не собирался делать эту утомительную работу своими руками, возвращение солдат в казармы его никак не устраивало. Легат расхаживал по кабинету, пытаясь напомнить подчиненному его долг перед Империей, а тот молча «ел глазами начальство», оставаясь при своем мнении.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел Трент, десятник, командир личной охраны легата. Конечно, Д'Лемер, будучи воином, не считал необходимым держать персональную стражу, но она была положена коменданту гарнизона, и менять что-либо он не стал. Просто назначил на этот пост того, кому доверял — а прежнего начальника охраны, не в меру разжиревшего на казенных харчах, отправил присматривать за землекопами… к слову сказать, большая часть доносов была написана именно жирными пальцами этого борова.

— Слава Императору, легат. — Десятник отдал честь.

— Слава, — коротко бросил Д'Лемер. — Что случилось?

— Урги. Наши разъезды обнаружили пятерых ургов в лесу. Д'Лемер нахмурился. Конечно, земли этих тварей были неподалеку, и в том, что по лесу расхаживает какое-то количество этой нечисти, как их только земля носит, неудивительно. С другой стороны, он приказал возобновить патрулирование границы сразу же, как принял командование… кто знает, что эти твари успели вынюхать.

— Что дальше?

— Четверо ургов были вместе. Они заявили, что охотятся.

— На территории Империи? Хм-м… им объяснили, что они ошиблись в выборе охотничьих угодий?

— Объяснили, легат. И проследили, чтобы они покинули э-э… нашу территорию.

— Вырезать их надо было, и дело с концом, — мрачно буркнул центурион.

Д'Лемер покачал головой, посмотрев на офицера с легким оттенком жалости и презрения.

— Вырезать — это просто. Но исчезновение четырех разведчиков говорит о том, что они попались. Если это, конечно, разведчики. — Он снова обернулся к десятнику. — Как я понимаю, пятый был один?

— Один, легат. Сейчас он в подвале… и думаю, скоро будет готов говорить.

— Раскаленные щипцы заставят говорить кого угодно… — прошипел центурион, который совершенно не желал понять, что умение держать язык за зубами в его положении есть несомненное благо.

Легат снова бросил на него короткий взгляд, в этот раз куда более жесткий. К несчастью, офицер, разглядывавший пол у себя под ногами, этого не заметил. Может быть, если бы заметил, то повел бы себя иначе,

— Думаю, нам надо спуститься в подвал и побеседовать с этим… охотником. Прошу за мной, господа.

Ург был прикован к стене. Тяжелые железные браслеты охватывали могучие руки, еще более массивные кольца сдерживали ноги. Но ург мог стоять — и, зная выносливость этих тварей, можно было с уверенностью сказать, что истощение его сил наступит не скоро. К тому же он не выглядел ни избитым, ни раненым — молодой воин, ему было еще далеко до самого расцвета сил, но и сейчас он, даже прикованный, был опасен. В конце концов эти кольца были рассчитаны на людей.

Палач неторопливо раскладывал на длинной, покрытой старой коркой запекшейся крови скамье свои инструменты. Д'Лемер поморщился — настоящие солдаты не любили палачей, хотя и готовы были признать, что сведения, вырванные у пленника, пусть даже и вместе с мясом, могли спасти немало жизней. В том числе и их собственную… И все же никто или почти никто из ветеранов не стал бы даже пить за одним столом с заплечных дел мастером. И легат тоже прекрасно понимал… пытка — дело нужное, а сейчас так и просто необходимое.

— Как его взяли?

— Сетью, легат. Но он все равно сумел сломать ногу Ланту…

— Лант… третья когорта, верно? Дайте ему пяток лишних монет, пусть парень выпьет… за свое здоровье. И остальным по паре монет за сообразительность.

— Слава Императору! — расплылся в улыбке десятник. — И слава легату.

— Слава… — хмыкнул Д'Лемер, пожимая плечами. — Насчет того, достанется ли нам слава, мы сейчас узнаем.

Ург зыркнул на легата налитыми кровью глазами, ясно давая понять, что вполне расслышал сказанные им слова, но также сообщая этим полным ненависти взглядом, что ничего говорить не намерен. Да легат и не ожидал, что враг быстро согласится на сотрудничество.