Воинство сатаны - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 120

— Смотрите, что это? — завопил, забыв о дисциплине, молоденький рядовой, указывая пальцем в сторону реки.

Но уже и остальные увидели это… к их берегу медленно двигалось что-то большое, еще не различимое в дымке. Но вот клубящаяся масса отступила, и прямо перед частоколом, на расстоянии чуть меньшем, чем дальность выстрела, появились они. Плоты. Огромные плоты, грубо, явно наспех связанные из толстых стволов, кое-как обрубленных и даже не везде очищенных от ветвей. А на плотах под прикрытием щитов толпились урги.

— Проклятые твари, чтоб их!.. — услышал Урбан чье-то ругательство.

Раздались хлопки арбалетных выстрелов. Стрелы роем ушли к плотам — кое-кто из особо удачливых даже попал, видно было, как падают в воду тела. Но если говорить объективно, залп практически пропал даром — большая часть стрел засела в щитах, не нанеся ургам никакого урона.

— Огонь! — приказал Урбан.

Немногочисленные лучники отправили в сторону плотов стаю пылающих стрел. В легионах лучников вообще немного, только на такой вот случай. Теперь эти немногие стрелки — вряд ли больше двух сотен — раз за разом посылали в щиты стрелы, обернутые просмоленной паклей, пылающие, разбрасывающие вокруг себя искры и капли горячей смолы.

— Бесполезно, — послышался за спиной голос генерала. Урбан обернулся. Орней Таркин, в вызолоченных генеральских доспехах, в шлеме с поднятым забралом, рассматривал приближающиеся плоты. — Решение правильное, легат, но если урги не совсем идиоты… а я думаю, они не таковы, то доски щитов хорошо вымочены в воде. Они не загорятся.

Генерал оказался прав. Доски шипели, дымили, но гореть отказывались. Арбалетчики засыпали плоты градом стрел — но потери ургов по-прежнему были невелики. Ладно, если одна из десяти—двенадцати стрел находила цель. Остальные же попусту дробили дерево.

Несколько больше толку было от двух десятков баллист — у легионеров не было катапульт, которые своими камнями вполне могли разнести плот в щепы — или по крайней мере смести с его настила десант. Но и баллисты, тяжелые дроты которых пробивали щиты навылет, смогли внести немалый вклад в битву. На одном плоту баллисты вообще смели щиты, оставив ургов без прикрытия, — несколько вздохов, и теперь мокрый настил плота устилали только трупы, щедро утыканные стрелами.

И все же это была не более чем капля в море. Потеря двух-трех сотен бойцов почти ничего не значила для того вала, что уверенно приближался к частоколу легионеров.

— Хочу я посмотреть, что они будут делать с частоколом, — спокойно заметил Таркин. — Готов признать, шутка с плотами удалась. Похоже, те, кто всю ночь орал песни у костров, были оставлены исключительно для отвода глаз. Остальные в это время рубили деревья… ну ладно, а что далее? У берега не так уж и глубоко, плоты не пройдут. Им придется выйти из-за щитов.

Ответ на свой вопрос он получил довольно скоро. Первый из плотов замер у самого частокола, а потом… а потом в воздух взвились многочисленные крюки на длинных цепях. Крюки впились в заостренные бревна — и где-то там, на плотах, их разом рванули десятки могучих рук.

Конечно, бревна были вкопаны и укреплены. Но изначально частокол строился, чтобы противостоять атакам извне. А рывок наружу попросту выворотил несколько бревен, образовав в частоколе проем шириной локтя в четыре.

— О Эрнис… — выдохнул Таркин, впервые вдруг осознав, что план предстоящей битвы написан явно не им и развивается совсем не по ожидаемому сценарию. К стене подходили все новые и новые плоты. Почти неуязвимые для стрел, они вновь и вновь выбрасывали цепи — скоро весь обращенный к реке частокол сиял дырами, А урги все не атаковали, лишь приблизились к берегу настолько, насколько позволяли глубоко ушедшие в воду плоты.

— Чего они ждут? — хрипло, чувствуя, как пересыхает горло, просипел Урбан.

— Они… — Таркин вдруг увидел, как прямо к корме упершегося в дно плота причалил другой. — О проклятие… Трубите отход! Боевое построение! Щиты сомкнуть! Арбалетчики — в укрытие!

Теперь и Урбану стало ясно, что происходит. Один за другим плоты ургов смыкались друг с другом, превращая воду в сушу. То ли они соединяли плоты веревками, то ли тут же вбивали в дерево железные скобы — но делали это они с завидной ловкостью.

— Покинуть лагерь! — орали центурионы, строя своих подчиненных в знаменитые имперские каре. Внутрь квадрата ушли арбалетчики — теперь их задачей было стрелять над головами своих товарищей. А снаружи выросла сплошная стена щитов. Легионеры медленно отступали за пределы своего еще недавно казавшегося таким надежным лагеря — чтобы развернуться, боевому строю нужно место.

И тут Орда бросилась в атаку. Разом полетели на настил плотов щиты — и по ним, как посуху, устремились вперед размахивающие мечами и топорами твари.

Арбалетчики успели сделать залп — теперь ургов не прикрывали доски, и стрелы, выпущенные почти в упор, собирали обильную жатву. А в следующее мгновение орущая, визжащая волна оскаленных пастей, горящих глаз и сверкающих лезвий обрушилась на легионеров. И последнее, что увидели многие из бегущих в первых рядах ургов, был блеск устремившихся им навстречу копий.

Над полем боя пронесся протяжный вой — последний глас смерти, пришедшей сразу ко многим. Легионеры сделали шаг назад, еще один, еще — они медленно отступали, освобождая место для живых врагов, намеревавшихся в ближайшем будущем стать мертвыми.

Таркин вдруг вспомнил, что драгоценные мешочки с мелкотертым порошком, дававшем при попадании и огонь видимый издалека цветной дым, так и остались лежать в палатке. Да и можно ли было предполагать, еще не начав как следует бой, что пройдет совсем немного времени — и лагерь, казавшийся таким надежным, будет брошен на произвол наступающей Орды.

И вот теперь ему нечем было подать сигнал укрывшемуся в лесу резерву.

Да только генерал и не считал нужным вызывать на подмогу кавалерию. И не потому, что свято верил в несокрушимость строя легионеров — просто видел, что, будь всадников и впятеро больше, они просто увязнут в неисчислимой толпе ургов, увязнут, потеряв скорость — свое единственное преимущество. И тогда скакунов не спасет их чешуйчатая броня — а наездники, лишенные тяжелых доспехов, станут . легкой добычей ургских топоров. Первоначальная оценка численности ургов оказалась неточной — их было больше, много больше…