Воинство сатаны - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 133

И в то же время он оставался лучшим специалистом по энергетическим установкам боевых кораблей. Лучшим среди всех, от зеленых новичков до отслуживших не один десяток лет ветеранов. Барстер в полной мере осознал этот факт еще лет десять назад, когда выводил с орбиты Моонзунда избитый мятежниками крейсер, избитый настолько, что потом, когда «Бонапарт» благополучно прибыл на базу, эксперты лишь цокали языками и дали заключение о том, что восстановлению изуродованный корабль не подлежит. А двигатели работали. Николаса спрашивали, как он удержал от взрыва продырявленный в пяти местах реактор, но тот, тогда еще только простой майор, лишь пожимал плечами да шмыгал вечно простуженным носом.

С тех пор Барстер повсюду, с одного корабля на другой, таскал Николаса Парке за собой. Таскал как свой талисман, свою счастливую звезду. Может быть, именно поэтому и сейчас, спустя десять лет, он все еще был жив. Может быть, так будет и впредь.

— У меня к вам один вопрос, Парке.

— Да, кэп?

Это была еще одна неприятная и многими воспринимаемая в штыки черта каперанга. Всех, кто был старше его по званию или по должности, он упрямо называл «кэп», невзирая на знаки различия и на то, нравится это панибратское обращение собеседнику или нет. Барстер давно перестал обращать внимание на подобные мелочи.

— Допустим, корабль вышел из прыжка. Его аккумуляторы полностью разряжены. Допустим, у вас есть полный комплект заряженных батарей. Сколько нужно времени, чтобы подключить их взамен использованных.

— Где?

— Что «где»?

— Где этот комплект?

— Не понял… — нахмурился флагман-адмирал. — Я задал чисто теоретический вопрос.

— В задницу теорию, — фыркнул Николас. — Я имею в виду, где они в вашем допущении расположены. В каком помещении.

— А где их реально можно расположить?

Парке снял фуражку и пятерней почесал затылок. Реденькие жирные волосенки, явно давно не мытые, перхоть, тут же посыпавшаяся на воротник мятого черного мундира. Затем он пожал плечами.

— Ну, если, скажем, разместить батареи в шестом ангаре, заранее протянуть все кабели, подготовить резервную линию питания… тогда минут тридцать.

— Так долго?

— Кэп, вам же надо их использовать, так? Десять минут на переброску канала энерговода от движка, двадцать — на тестирование.

— Тестирование обязательно? — Флагман-адмиралу названная цифра не нравилась, хотя она и была многократно лучше той, которую он ожидал услышать.

— Если вы не хотите во время прыжка превратиться в звездочку, то обязательно, — отрезал Николас.

Барстер задумался. Парке спокойно сидел, разглядывая свои толстые, похожие на колбаски, пальцы. Его мало интересовало, что пришло в голову командиру. Что бы это ни было, оно наверняка будет дельным.

Парке считал, что на Флот его забросила злая судьба. Всю свою жизнь он мечтал быть скромным инженером на какой-нибудь заштатной энергостанции, где можно пить кофе прямо на пульте, не носить белого халата и курить в рабочем помещении. Увы, все повернулось совсем иначе. Началась война, и Николаса призвали в армию. К тому времени он уже был на хорошем счету как специалист по энергосистемам и потому попал не в пехоту и даже не в обслугу орудий одного из кораблей, а прямо в двигательный отсек. Да так и остался там… Уже давно закончилась война, Николас не переставал жаловаться на судьбу, с завидным упорством игнорировал все, что делает гражданского военным, но продолжал ухаживать за своими реакторами, генераторами и конвертерами, поскольку после могучих корабельных машин вернуться на какую-нибудь земную энергостанцию… Ну, это было все равно что сменить гоночный флаер на велосипед. Для здоровья полезнее… но тоскливо.

— Хорошо, Николас, поставим вопрос иначе, — вздохнул флагман-адмирал. — Начальные условия те же. Но известно, что через пятнадцать минут корабль будет уничтожен. Если, конечно, не сумеет до этого срока покинуть опасное пространство.

— Пятнадцать минут… — Парке вновь почесал затылок, затем развел руками. — Ну никак, кэп. Как минимум надо восемнадцать… Нет, девятнадцать. Меньше не могу.

— Девятнадцать… что ж, это уже лучше. Следующий вопрос. В момент выхода корабля из гипера щиты отключены. Считается, что возмущения от включенных щитов могут повредить корабль. Что скажешь?

— Да ты что, охренел, кэп? Я тебе что, сраный силовик? С какого беса я должен знать их кухню? — вспыхнул Парке, ничуть не стесняясь того, что помимо адмирала, с которым его связывало немало лет совместной службы, в помещении находятся и посторонние.

На адмирала сия гневная тирада не произвела ни малейшего впечатления. Он спокойно продолжал буравить энергетика немигающим взглядом, и тот наконец сдался.

— Ну… хрен его знает. Я слышал, «Кутузов» как-то вышел со щитами… ну, ему досталось, конечно, по самое не хочу, антенны смело, половину внешних детекторов, часть орудий… Но, в целом…

— Почему я об этом не знаю? — нахмурился адмирал.

— Так их же спустя неделю ухайдакали… а историю мне ту рассказал их второй механик, его на базе оставили. С болячкой какой-то. А в судовой журнал тот случай все равно бы не пошел. У тамошнего кэпа тоже не жопа вместо головы была, ему бы за ту халатность не только погоны, ему бы яйца открутили.

— Ясно… Итак, Николас, готовь второй комплект аккумуляторов, тяни свои кабели. И еще доподнительно два комплекта батарей подключишь к генераторам щитов… нет, лучше три комплекта. Ангары шестой и…

— Восьмой и третий, — рассеянно подсказал Парке, уже мысленно прикидывая, через какие переборки придется тащить кабели.

— …дам команду освободить.

— Резервных батарей всего один комплект, — все так же меланхолически пробормотал энергетик.

— Снимем с других кораблей. Сколько времени на все про все? Николас!

— А? А, времени… ну, если все делать по уму, то два дня.

— Хорошо. Понадобится помощь, в твоем распоряжении весь экипаж.

— Весь? — хищно оскалился Парке.

— Весь, — отрубил флагман-адмирал. — От уборщиков до меня включительно. Через сорок восемь часов доложишь о выполнении задания. Все понял? Время пошло.