Где ты, мой незнакомец? (Приди, полюби незнакомца) (др. перевод) - Вудивисс Кэтлин - Страница 103

— Сладко спали, мадам?

Ленора не нашлась, что ответить. Вспыхнув, она отвернулась, встретившись глазами с Эштоном, который бросил на нее ободряющий взгляд.

— Ну, а теперь, мистер Уингейт, когда вы вдоволь натешились моей женой, не пора ли вам убраться отсюда? — с ядовитой злобой в голосе заявил Малькольм. — По-моему, вы причинили мне достаточно горя. И мне суждено гореть в адском пламени до тех пор, пока не станет ясно, что ваше проклятое семя не даст всходов в моем саду.

Щеки Ленора заполыхали огнем. Она едва нашла в себе силы пробормотать.

— Все равно ты скоро узнаешь об этом, Малькольм. В начале зимы у нас с Эштоном родится ребенок.

— Не-е-ет! — Протянув вперед руку, Малькольм рванулся к Леноре, и она в страхе отпрянула назад. Но в это мгновение что-то твердое уперлось ему в грудь, глаза его в испуге расширились, когда он увидел перед собой черное дуло тяжелого револьвера. Он даже не успел заметить, откуда тот появился, но сейчас он был направлен прямо на него. Раздался резкий щелчок и Малькольм почувствовал, как струйка пота побежала у него по спине. Эштон небрежно коснулся спускового крючка.

— Я ведь уже предупреждал однажды — только попробуйте коснуться ее, и я уничтожу вас! Учтите, я не привык бросать слова на ветер! — Эштон заметил, что Малькольм испугался и, дав ему время поразмыслить над тем, что сказал, небрежно помахал револьвером. — А теперь убирайтесь!

— Так, значит, вы, двое все это время водили меня за нос?! — взвыл Малькольм, отступая назад. Заметив издевательскую усмешку, которая скользнула по губам ненавистного соперника, он побледнел. Но Эштон отвел дуло револьвера в сторону и опять поставил его на предохранитель. — Все это время вы путались у меня за спиной, делая из меня идиота!

— Но я думала, что он мой муж! — вспыхнула Ленора, изо всех сил дергая за простыню, чтобы натянуть ее повыше.

— Так оно и есть. А ты — моя жена! — заявил Эштон, с удовольствием наблюдая, как глаза Малькольма заполыхали злобой.

— Если она — ваша жена, тогда какого дьявола она вышла за меня?! — возмутился Малькольм.

— Вот и я тоже не понимаю, — отозвался Эштон. — Понятия не имею, чего это Леноре взбрело в голову выйти за вас замуж?

Малькольм ткнул пальцем в ее сторону.

— Но ведь она и есть Ленора!

— Лирин, — твердо поправил Эштон.

Малькольм в бешенстве оскалился. Он искал, но не мог найти подходящие слова, которые могли бы, наконец, убедить этого человека. В конце концов он не нашел ничего лучше, как махнуть рукой, повелительным жестом указывая ей на выход.

— Ну-ка вставай и немедленно отправляйся домой!

— Думаю, Малькольм, это тебе следует уйти, — ответила она. — Так будет лучше.

— Что?! Или ты стесняешься показаться в таком виде перед собственным мужем?! Неужели ты рассчитываешь, что я вот так просто уйду и оставлю тебя с ним?! И он будет разглядывать тебя, сколько душе угодно?

Ленора подняла глаза и взглянула в его перекошенное яростью лицо.

— Я хочу сказать…думаю, будет лучше, если ты упакуешь свои вещи и уедешь…сегодня же.

Малькольм растерянно глотнул и, сделав шаг назад, замотал головой.

— Нет! Я имею право жить в этом доме! — Он подбородком указал в сторону Эштона. — Это ему надо убраться отсюда. А не мне!

— Это невозможно. Я не могу рисковать, позволив тебе остаться здесь. Из-за тебя я в собственном доме не чувствую себя в безопасности. А теперь мне приходится думать и о моем будущем ребенке. Я не могу, не имею права рисковать его здоровьем.

— А как насчет него? — Поймав на себе веселый взгляд Эштона, Малькольм побагровел. — Где будет он?

— Где захочет, — просто ответила Ленора. — Если хочешь знать, я собираюсь попросить его отвезти меня в Англию. Когда-то у меня была няня, и я нисколько не сомневаюсь, что она сможет узнать меня. К тому же она ничего не имеет против Эштона. Надеюсь, она сможет положить конец всем сомнениям относительно того, кто я на самом деле.

— А если выяснится, что ты Ленора? — ухмыльнулся Малькольм.

— У меня было достаточно времени подумать об этом. Мне кажется, это немыслимо — быть замужем за тобой и родить ребенка от другого!

— Не спорю! — хмыкнул Малькольм.

Ленора сделал вид, что не заметила в его голосе ядовитой издевки.

— К тому же, после всего, что произошло этим утром я не смогу оставаться с тобой под одной крышей. Поэтому я прошу тебя уехать прежде, чем я вернусь.

— Если я и уеду, то ненадолго. Я вернусь и очень скоро.

— В этом нет никакой необходимости, Малькольм. Если даже выяснится, что я и в самом деле Ленора, все равно — считай, что между нами все кончено. Я намерена подать на развод …

— Так значит, ты собираешься выйти за него замуж?! — взревел Малькольм. — Ну, тогда местным сплетникам будет, о чем поговорить!

— Меня это нисколько не волнует, Малькольм, — отозвалась она. — Мне нужно думать в первую очередь о ребенке.

— Ах да, я совсем забыл. Торопишься, чтобы у маленького ублюдка было имя!

Глаза Эштона сузились и превратились в две холодные льдинки.

— Послушайте, Малькольм, мне изрядно надоели и вы, и ваши оскорбления! — Он поднял револьвер и Малькольм услышал резкий щелчок предохранителя. — По-моему, вам самое время убраться отсюда. Мне еще надо кое-что обсудить с леди.

Темноволосый мужчина бросил на них напоследок еще один взгляд, полный бессильной ярости и, едва сдерживаясь, направился к выходу. Он брел к дому, опустив голову и перебирая в уме различные варианты. Ну что ж, мистер Уингейт скоро убедится, что от него не так-то просто отделаться!

Эштон встал с постели, обернул полотенце вокруг бедер и задернул полог шатра. Потом повернулся к ней.

— Малькольм сказал что вернется, и тут я склонен ему верить, — пробормотал он сквозь зубы. — Так легко он не отступится.

— Для чего ему это? — удивилась Ленора, тревожно вглядываясь в его лицо, когда он склонился над ней. — Зачем ему возвращаться?

— Я мог бы назвать тебе тысячу причин, но все они так или иначе связаны с тобой.

Она улыбнулась и дотронулась до гладкой, бронзовой кожи его обнаженного бедра. Глаза ее сияли любовью и лукавством.

— Если он так же упрям, как и вы, мистер Уингейт, тогда да поможет нам Господь!

Эштон беспечно ухмыльнулся в ответ.

— Ну, мадам, я ведь сражался за то, что мне было дороже больше жизни! Вы моя королева!

Она радостно и облегченно рассмеялась.

— А что теперь, когда ты победил?

Он неторопливо повел широкими плечами.

— Надо сделать еще кое-что, чтобы окончательно закрепить эту победу. Только тогда я буду спокоен.

— Стало быть, ты твердо уверен, что я Лирин?

Он склонился к ней и накрыл ее своим телом. Коснувшись поцелуем нежного плеча, Эштон чуть слышно прошептал:

— Ну, не могу же я, в самом деле, поверить, что вы обе так похожи между собой?!

Ленора нервно хихикнула и едва успела схватиться за его руку, когда он легонько толкнул ее, опрокидывая на постель. Зарывшись лицом в ее шею, он что-то глухо пробормотал, и Ленора откинула голову, чувствуя, как он осыпает ее жгучими поцелуями. Свободной рукой он погладил ее обнаженную спину, крепко прижимая ее к себе, простыня сползла на пол, но Ленора даже не заметила этого. Обхватив его за шею, она приникла к Эштону и с готовностью ответила на его поцелуй.

Бросив взгляд на небольшие часы, что украшали его шатер, Эштон в который раз прикинул, скоро ли Лирин вернется из города. Она отправилась туда в коляске, захватив с собой отца и мистера Эванса. Перед тем, как уехать в Билокси, она пригласила его разделить с ними полуденную трапезу, и звонко рассмеялась, когда Эштон, галантный, как всегда, шутливо уверил ее, что будет сыт одним ее присутствием.

Сара, которая собиралась воспользоваться отсутствием молодой женщины, чтобы попытаться убедить его просмотреть счета, стояла у порога. Она видела, как все трое сели в экипаж, и Эштон помахал Леноре на прощанье. «Речная ведьма» пока еще не собиралась поднимать якорь, а на «Сером орле» капитан Мейерс криками подгонял матросов, готовясь к выходу в Карибское море. Сама Сара была совсем не прочь заниматься своим делом на борту корабля, но Эштон был твердо намерен отправить ее в Натчез, как только устроит свои дела с Лирин. В первый раз с тех пор, как судьба впервые свела их вместе в том злополучном кабаке, Сара осмелилась спросить, кто эта женщина, в которую он так сильно влюблен и как же так вышло, что Лирин, или Ленора, попала в такое положение. Эштон объяснил ей все, как мог, предоставив ей самой вынести свой приговор этому пустоголовому негодяю Малькольму.