Станция Араминта - Вэнс Джек Холбрук - Страница 94

— Ученые-санарты? — В мозгу у Глауена мелькнула догадка, — Так вот что означают буквы УС перед именем.

— Да все они там УС такой-то или УС сякой, — сказал Кеди, — Это как титул.

— А что в отношении дам? У них тоже есть какие-нибудь титулы?

— Я уверен, что что-то подобное есть. Но дамы все СО такая-то или СО сякая-то.

— А что это значит?

Кеди пожал плечами.

— Флорест говорил, что Судно Охраны, но может он просто шутил. У них у всех длинные черные платья и забавные черные шляпки. Но дамы-ученые выглядят мрачнее всех. Мне говорили, что они все там на рассвете купаются в холодной воде.

— Ну, значит меня тоже можно отнести к мрачным дамам, — заметил Глауен.

Кеди с отсутствующим видом кивнул.

— Про этих ученых-санартов рассказывают странные вещи.

— Самое странное то, что шесть ученых-санартов поехали на остров Турбен вместе с сэром Матором Борфом и сэром Лонасом Медлайном из Гальциона.

— Последние два «патриции», что означает «аристократы». Обычно они плохо уживаются с учеными-санартами, но, думаю, на острове Турбен все кошки серы. Господи, оставь ты все это. Какое нам до этого дело?

Глауен удивленно посмотрел на него.

— Это именно наше дело и есть, коли мы хотим найти Огмо.

— А ты не думаешь, что это просто пустая трата сил и энергии? Эта обычная шумиха, которые так любит поднимать Бодвин Вук. Старый бабуин боится, что без этого все о нем позабудут. Экскурсии на остров Турбен прекращены, что ему еще надо?

— Он хочет арестовать виновников, чтобы они не вздумали проделать нечто подобное еще раз. Отличная идея!

— Не уверен, — возразил Кеди, — Не успеешь ты избавиться от одного преступника, как на его место выскочат еще двое. Эта затея с Огмо обычный карточный домик, клубок бесполезных телодвижений и сумасшествия. А кто занимается этим, бегая, вынюхивая, выслеживая в поте лица своего? Бодвин Вук? Жди дожидайся! Это два молоденьких придурка Кеди Вук да Глауен Клаттук.

— Это наш хлеб, — печально сказал Глауен.

— Ха! — Хмыкнул Кеди, — Точно такая же компания поедет на остров Турбен, если найдется кто-то еще готовый за это заплатить.

— Подозреваю, что ты прав, — согласился Глауен. — Во всяком случае таково наше задание, и я собираюсь его выполнить должным образом. А ты?

На это Кеди просто одарил его пустым взглядом, который Глауен постарался проигнорировать. Мягкий голос из громкоговорителя пригласил пассажиров на обед.

Юноши прошли в кормовую часть корабля в обеденный зал и уселись за стол. Экран на маленькой вазе с цветами выдал меню, Кеди бросил на него взгляд и отвернулся.

Глауен поднял брови. Кеди не переставал преподносить сюрпризы.

— Что тебе приглянулось? — спросил Глауен.

— Мне все равно. Закажи мне то же, что и себе.

Глауен почувствовал себя ответственным за питание Кеди.

— Ты уж лучше выбери сам. Я не хочу чтобы ты на меня дулся, если тебе что-то не понравится.

— Закажи мне просто жаркое.

— Это слишком просто, хотя здесь это называют рагу.

— Мне все равно, как это называется.

Глауен сделал заказ. Кеди принесли рагу, но оно ему не понравилось.

— Я хочу обычное жаркое. Это залито каким-то экстравагантным соусом. Я хочу, чтобы ты, как я и просил, заказал жаркое.

— В конце концов, позаботься сам о своей пище. Почему я должен был делать это с самого начала?

Кеди только пожал плечами и не стал ничего объяснять. Глауен исподтишка наблюдал за Кеди.

— Эти твои кусочки сознания…, — осторожно спросил он, — они, что начали складываться вместе?

— Не думаю.

— Очень плохо. Бодвин Вук считал что это путешествие с новым окружением и новыми впечатлениями поможет тебе. А что ты на этот счет думаешь?

— Он не прав, но он начальник и надо подчиняться.

— Мне бы твое благоразумие! — воскликнул Глауен.

— Все относительно, — согласился Кеди равнодушно, — Мне бы хотелось скорее вернуться домой. Я ничего не знаю про это дело с Огмо. Может все правильно, а может и нет. Мне просто навязали твою компанию, каждый раз, когда ты говоришь, у меня кулаки чешутся заехать тебе по физиономии. Может быть это очень хорошо, но я осторожный человек и сдерживаю себя, так как хочу расплатиться за ту помощь, которую ты оказываешь мне среди этих странных людей и странных звуков. Я бы хотел остаться один. Один, совершенно один, сидеть в полной темноте.

Глауен постарался выдавить из себя улыбку.

— Посылки у тебя искаженные, но выводы правильные. Если ты заедешь мне в физиономию, то я тоже набью тебе морду и больше не буду иметь с тобой никаких дел. Так что, продолжай сдерживаться, — немного помолчав, он добавил, — Учитывая то, что теперь я твой командир, то это приказ.

Кеди скривил губы.

— Тоже верно. Все правильно.

Постепенно Кеди становился все более зависимым от Глауена. Глауену такая ситуация казалась и досадной и удивительной. Для Кеди любимыми темами разговора были прошедшие времена, когда они были еще мальчишками. Он красочно в мельчайших подробностях вспоминал события, о которых Глауен давным-давно забыл, но потом делал из них выводы и предположения, которые Глауен находил неточными и надуманными.

После нескольких таких эпизодов, Глауен попробовал перевести мысли Кеди на более близкое время. И наконец, однажды утром за завтраком Кеди заговорил о том, что пережил в Йипи-Тауне.

— Все это даже меня позабавило. Они решили, что я сговорчивый простачок, слепленный из каши и глины с птичьим пометом вместо мозгов.

Кеди в раздумии помолчал и одарил горькой ироничной улыбкой кого-то уставившегося на него из-за соседнего стола.

— Так что они дали мне первую дозу этой гадости и даже сказали как она называется. «Дайте-ка ему попробовать немного найена», — сказал йипи: грубый маленький гад, который, возможно, был самим Титусом Помпо. «Это приблизит тебя к истокам правды. Ты увидишь, как мне сказали, мир и с низу и сверху одновременно, а это очень интересное зрелище».

Вот тогда-то они и познакомились с моим характером. Я оттолкнул одного и заодно разбил ему челюсть. Врезал другому кулаком, так, что разлетелись кости его черепа. Я взглянул на Титуса Помпо, я буду называть его так, но он забрался под стол. Я перевернул на него стол и начал на нем прыгать, так чтобы раздавить его; затем я откинул стол чтобы мне легче было разорвать его на кусочки, но тут прибежали еще умпы, и мне пришлось выпрыгнуть в канал.

Они так и не нашли меня, так как я проскользнул сквозь ил под опорные столбы. Так я затаился там, куда никто не осмелился сунуться, — Кеди хихикнул — тихий булькающий звук, который вызвал холодок в животе у Глауена, — Таким образом я оказался на свободе в царстве йутов. Да! Это было еще то времечко! Как тебе это описать? Место это было вонючим и скользким. Йуты, как их называют йипи, считали это местечко как своим царством. И как прикажите обращаться с йутами? На основании доброты и логики? Но какое это имеет значение в тесном пространстве под Йипи-Тауном? Это не реально! Я напугал их своими поступками так, что они при звуке моего голоса разлетались в разные стороны, а я звал их сладким голоском. Я ел их молодняк и искал рыбу, и ел ее, но тут-то и был скрыт секрет… большой секрет! Рыбы спокойно заглатывают рыб-охотниц, которые в свою очередь выделяют найен, как своеобразный яд, но чтобы блокировать его действие у рыб вырабатывается своего рода противоядие, которое йипи называют глемма.

Как только в мой организм попала глемма, со мной произошло изменение; теперь я уже не был таким озверевшим существом и йуты перестали боятся меня и стали подкрадываться ко мне со всех сторон. Они боялись одного вида собственных потрохов, поэтому я выпотрошил нескольких из них, но это не принесло мне покоя. Тогда я решил, что ночью выплыву в канал, угоню лодку и уплыву на Мармион. Я попытался осуществить этот план, но был пойман и снова доставлен к Титусу Помпо, если это, конечно, был он.

На этот раз они изрядно потрудились надо мной, они связали меня так, что я не мог и шелохнуться. «А вот теперь мы посмотрим! — воскликнул Титус Помпо, — Попробуем-ка теперь хорошую дозу Найена, а?»