Оборона тупика - Жуков Максим - Страница 13

Суворов провел рукой по лицу. Несмотря на мороз, на лбу выступил пот.

– Вот что, тащи его сюда, девонька.

Когда официант в сопровождении девушки вышел на крыльцо ресторана, его лицо ничего не выражало, он с удивлением посмотрел на Суворова, поздоровался и сказал, что в ресторане есть столики, и он будет рад предложить один из них молодым людям.

– Ты меня знаешь? – тихо спросил официанта Суворов.

– Нет, извините, – официант растерянно улыбнулся, – а вы наш частый гость?

– Что-то вроде того. Ладно, парень, не бери в голову, мы зайдем в другой раз.

Официант пожал плечами и исчез за дверями ресторана. Суворов, не говоря более ни слова, пересек тротуар и подошел к стоящей на парковке черной «Волге». Девушка заняла заднее сиденье.

– Поехали, – бросил Суворов водителю.

Мужчина на переднем правом сиденье обернулся назад.

– Возникли осложнения, Данила Аркадьевич? – спросил он.

– У нее спроси, – раздраженно ответил Суворов. – Слушай, милая, а ты не передавила его, а?

– Данила Аркадьевич, это ведь не гипноз, – ответила девушка, – это программирование. Если в программе не было вашей фамилии, он ниоткуда не мог ее считать.

– Значит, был кто-то другой, – задумчиво проговорил Суворов, – кто-то, кто обо мне и вообще о нас знает. Кто-то, кто тоже владеет НЛП и… Черт! Он просто поприкалывался над нами!

– Спецслужбы? – озабоченно спросил мужчина с переднего сиденья.

– Если это спецслужбы, – ответил Суворов, – то в понедельник меня с вами уже не будет. Так что, братцы, никакой связи до понедельника. А там, бог даст, я сам позвоню кому-нибудь. Но если ничего не произойдет, надо этого умника обязательно найти. Поэтому вот что. Высадите меня сейчас у «Пушкинской»…

– Данила Аркадьевич!.. – запротестовал мужчина на переднем сиденье.

– Молчите и слушайте, – отрезал Суворов, – я поеду на метро, теперь уже все равно. Вы, ребятки, прячьте тачку, и чтобы она пару месяцев на улицах не светилась. А ты, девонька…

– Я знаю, кто это, – вдруг тихо сказала девушка, – после меня официант говорил только с одним человеком…

– Да? И кто же это был?

– Когда официант, получив программу, подошел к кассе, к нему обратился только что вошедший посетитель. Потом… Потом официант отдал папочку с деньгами кассиру и сразу пошел к вам. Только…

– Что?

– Данила Аркадьевич, это не очень похоже на НЛП…

– Похоже-непохоже… Ты помнишь лицо этого посетителя?

– Как перед глазами стоит.

– Что же, – сказал Суворов, – в таком случае у тебя есть две недели, чтобы его найти. Заниматься будешь только этим. Найдешь – организуешь мне с ним встречу. Не пойдет на контакт – уничтожишь.

Девушка решительно кивнула.

– Вот мать вашу растак, – выругался Суворов, – как рано начались неожиданности!..

Машина свернула на Страстной бульвар и остановилась.

– А Филиппова, Данила Аркадьевич? – спросил водитель.

– Ничего не меняем, – ответил Суворов, открывая дверцу, – если что, уже поздно.

Когда «свой» довез Аню до дома, он остановил машину, перегнулся назад и достал с заднего сиденья букет цветов.

– Это еще что?! – спросила Аня.

– Конспирация, Анна Григорьевна. Я провожу вас до подъезда.

– Целоваться будем? – хихикнула Аня.

– Нет, это первое свидание, – спокойно ответил «свой».

– Пять баллов, молодой человек, – сказала Аня, выходя из машины.

– Я четвертый, Анна Григорьевна. А по имени – Сергей.

– Что же, Сережа, до свидания, – сказала Аня, забирая у провожающего цветы. – Правда, не думаю, что Сергей – твое настоящее имя. Мой телефон у тебя есть?

– Нет, но будет.

– Тогда счастливо.

– До свидания.

Аня, не оборачиваясь, вошла в дверь подъезда. В лифте она бездумно разглядывала букет, преподнесенный «четвертым».

– Да, букетик приобретен весьма формально, – произнесла она вслух. – Ладно, Анна Григорьевна, пошли спать.

Дверь Ане открыла няня. Дочка давно спала. Наскоро распрощавшись с няней, Аня прошла в комнату и плюхнулась на диван. Тряхнула головой и обвела взглядом комнату. Эту квартирку надо менять. Менять это уютное гнездышко, которое она причесывала и вылизывала целый год. Аня оглядела комнату, которой так гордилась после ремонта и покупки новой мебели и техники. Все теперь стало чужим. «Забудь, – сказала себе Аня, – просто забудь. Этого ничего нет. И никогда не было. Уютная иллюзия, чтобы было легче ждать». Даже прежнее восприятие жизни вдруг стало чужим и нелепым. Стильная и разумная женщина, едва встававшая на ноги в казавшейся заманчивой жизни – это она? Нет, это было не с ней. И вдруг накатили откуда-то из глубины обида и жалость к себе и еще злоба на этого человека, который прервал ожидание. Любой человек ждет чуда, любая женщина ждет… «Нет, уже не в этой жизни…» И Аня горько, в голос, по-бабьи разревелась.

Спала она на удивление хорошо. Выходные прошли спокойно и тихо. Никто из подружек не позвонил. В воскресенье позвонил бывший муж, похоже даже трезвый, и был с расстановкой и далеко послан. Утром в понедельник Аня собрала дочку в школу, спустилась с ней вниз, завела машину, усадила в нее дочку и стала отчищать стекла от наледи скребком. Зазвонил мобильник. Чертыхаясь, Аня распахнула дверь машины и вынула из сумочки мобильник.

– Алло?

– Анюта, привет!

– Привет, Данила. Что, марта ждать не будем?

– Будем. Все в порядке?

– Да. Что-то случилось?

– Как ни странно, нет, – глуховато отозвался Данила. – Ну что, тогда по плану?

– По фигану, – зло ответила Аня.

– Что?

– По фигану, говорю, – повторила Аня. – Слышь, Данила, ты лидер этой шайки-лейки?

– Лидер? Хм… Ну да.

– Тогда перестань задавать дурацкие вопросы подчиненным. Это лучший способ развалить любое дело. Отдавай приказы.

– Постоянно этим занимаюсь. И поэтому мне нужна помощь.

– Она у тебя будет. Руки чешутся навести порядок.

– Жду не дождусь, Анюта. До встречи.

– Всего доброго, Данила Аркадьевич, – с усмешкой ответила Аня и отключилась.

Суворов на заднем сиденье «Волги», рассеянно крутил в руках мобильник после Аниного отключения, и, когда тот неожиданно зазвонил, чуть не выронил его из рук. Посмотрев на определившийся номер, он хищно заулыбался.

– Слушаю тебя, седьмая.

– Данила Аркадьевич, я его нашла.

– Отлично, девонька! Где он?

– Со мной в такси на Садовом у проспекта Сахарова. Спеленала, как бэбика. Таксист в глубокой программе.

– Ай, молодца! Паркуйтесь на Сахарова. Я подъеду минут через пятнадцать-двадцать. Юра, понял, что делать? – спросил он водителя. Тот кивнул. – И будь поаккуратней с этим кренделем.

– Данила Аркадьевич, я буду поаккуратнее, но, похоже, что это ни к чему.

– То есть?

– Он пуст, как гнилой орех. Я узнала о нем все. Я его нашла, но теперь совсем ничего не понимаю…

– Понимать – не твоя забота, – проворчал Суворов, – жди нас.

Он отключился и, снова вертя в руках мобильник, долго размышлял, не вызвать ли поддержку. «К черту поддержку», – решил он наконец.

Водитель справился с дорогой по центру Москвы даже лучше, чем Суворов предполагал. Через десять минут его «Волга» припарковалась рядом со стоящим с работающим двигателем такси. Данила выскочил из машины и нырнул на заднее сиденье, так что пойманный оказался между ним и «седьмой». Юрий поставил машину на сигнализацию и подсел к водителю такси, который стеклянным взглядом уставился перед собой. Мужчина рядом с Суворовым трясся, как в лихорадке. Ноги и руки у него были связаны, во рту – кляп.

– Орать не будешь? – поинтересовался Суворов. Мужчина часто замотал головой. – Хорошо, тогда я выну кляп и задам тебе несколько вопросов. Во-от так, дорогой. Не дай бог, ты мне соврешь. Понял?

– К-к-кто вы? – у пойманного зуб на зуб не попадал.

– Это я задаю вопросы, не забыл? Нет? Замечательно. Ты помнишь вечер пятницы? Хорошо помнишь? Что ты делал в «Гин Но Таки»?