Победоносец - Жулавский Ежи - Страница 28

Тем удивительнее была их ужасная мощь, благодаря которой они сумели поработить человеческий род, более трудолюбивый и более многочисленный, чем сами шерны.

Почва еще не успела подсохнуть после таяния снегов, когда Ерет обратил внимание Марка на приближение врага. Это шли сомкнутым строем выворотни, по обычаю наносившие и принимавшие первый удар. Битвы, в сущности, не было. Хватило нескольких залпов, и густые ряды нападающих расстроились. Свежая, на глазах лезущая из-под снега трава оказалась устлана мертвыми телами. Люди пошли добивать раненых.

Зрелище стало для Марка тяжелым испытанием. Безобразных шернов он воспринимал как животных и к их истреблению относился безо всяких угрызений совести, но мысль о резне беззащитных выворотней, что ни говори, а имеющих человеческий облик, приводила его в содрогание. Но колебаться не приходилось, и милосердие свелось к приказу добивать раненых разом, не затягивая их мучений.

Нузар отобрал двух-трех легко раненных выворотней, им обещали жизнь в обмен на службу проводниками. А трупами накормили доставленных из-за моря ездовых собак.

И вот на радость сердцу Нузара пошла кровавая охота.

Корпуса буеров поставили на колеса, и лагерь, соблюдая построение, медленно двинулся вперед. Временами он останавливался, и во все стороны разбегались охотничьи команды.

Марка сопровождали трое выворотней и несколько собак с хорошим нюхом и крепкими челюстями, следом шли быстроглазые воины, держа пальцы на курках, каждому поручен свой сектор обстрела. Стоило появиться выворотню или шерну, его приканчивали, постепенно приближаясь к поселку, обстрелянному на рассвете.

Тем временем солнце пригрело, по широкому песчаному взморью упоительно расплескивались хрустальные волны. От оживших причудливых лунных растений тянуло пьянящими ароматами, и временами стояла такая тишина, что хотелось только одного: лечь навзничь среди зелени и смотреть в бескрайнее лазурное небо, шатром раскинутое над этой страной печальных и томных грез. Но тут раздавалось рычанье собак или крик выворотня-проводника. Марк вскидывал оружие и либо сам пристреливал убегающего шерна, либо приказывал дать залп по выворотням, занятым на полевых работах и не знающим о нападении. Попавшиеся по пути усадьбы, не долго думая, жгли, а каменные дома разносили до основания, чтобы шернам-беглецам негде было укрыться. И так при каждой остановке, методично и без устали. А шерны пока что не оказывали сопротивления.

Казалось, страну удастся завоевать, а род лунных первожителей истребить, и не потребуется больших жертв и особых усилий.

Постепенно близился полдень. Миновали новый поселок, разбитый пушечными залпами, он оказался пуст. Видимо, уцелевшие жители укрылись в старом городе. И в самый знойный час Марк со своим войском оказался у стен старого города, обветшавших, полуобвалившихся, но ослепительно сверкавших на полуденном солнце.

Предчувствуя, что встретит здесь отчаянное сопротивление, Победоносец смотрел на могучие башни, крошащиеся от времени, на огромные сводчатые арки, оседающие на коварном грунте, из-за которого город медленно сползал в море и тонул в пучине; припомнилось, что Старый Человек много сотен лет тому назад передал на Землю рассказ о таком же городе в Великой пустыне, превратившемся в груду развалин.

А кто знает, что за сокровища, что за тайны хранит этот умирающий город? О чем он мог бы рассказать, если бы ему не предстояло через несколько мгновений превратиться в бесформенную кучу обломков под ударами пушечных снарядов?

Ненадолго подумалось: а не выслать ли парламентера. Нузара, например? Не попробовать ли сохранить этот древний город от гибели? Но самому смешно стало. Какие тут могут быть соглашения? Какие договоры? Все ясно: либо-либо. Либо люди обречены быть слугами шернов на Луне, либо шерны будут истреблены до последнего. Многовековой опыт научил людей: договоры с вероломными шернами бесполезны. Едва шернам почудится выгода, они, не задумываясь, нарушат любой договор. Так что же — предложить им всем выйти, по доброй воле утопиться в море и оставить свою планету пришельцам? Или забрать всех людей обратно на Землю? Неисполнимо ни то ни другое.

Пока Марк размышлял, его сноровистые воины деловито устанавливали пушки зияющими дулами на тихие, словно вымершие, городские стены. Воздух дрожал от зноя, и камень стен расплывался в глазах, как мираж Были мгновения, когда чудилось, что город — это воспоминание о сновидении, дрожащее в прозрачной, текучей воде и готовое снова растаять, как сон, оставив зрению пустынный морской берег.

Потом не мог припомнить, когда именно кивнул Ерету в ответ на вопрос, начинать ли. Пришел в себя лишь от грохота пушек. Увидел, как обваливаются ветхие стены под ударами снарядов, как могучие на вид башни шатаются и рушатся. Пушки рявкнули еще раз, и тучи пыли взвились в воздух над распадающимися зданиями.

И тут из-под ног раздался пронзительный крик Нузара. Марк посмотрел в ту сторону, куда указывал выворотень, и показалось, что на них с невероятной быстротой устремилась низкая черная туча.

— Шерны! Шерны! — прокатилось по шеренгам.

Сомкнутый строй мгновенно рассыпался, как на учениях, чтобы не оказаться удобной целью для обстрела сверху. По команде «Беглым огнем!» затрещали ружья. Из тучи дождем посыпались на землю окровавленные тела. И вскоре началась смертоносная погоня за беспорядочно откатившимися тварями.

Большая часть шернов укрылась в городе, и снова ударили пушки. Били по уцелевшим зданиям, по башням, по контрфорсам, поставленным много веков назад, били по руинам, а потом — по курящимся грудам камня и щебня. Тем временем началась полдневная гроза, ударами молний довершая начатое людьми дело разрушения.

Изредка в отчаянной попытке к бегству из лабиринта руин взмывал в воздух какой-нибудь шерн, но тут же раздавался выстрел, и беглец падал на подлете к кольцу осаждающих. А те, кто, гонимый безумным страхом смерти, в отчаянии искал путь к спасению над разбушевавшимся морем, погибали, падая в волны.

Шерны понесли сокрушительное поражение, а люди не потеряли ни одного бойца.

Но когда Марк через некоторое время надумал послать на развалины города несколько охотничьих команд, Нузар схватил его за полу куртки и затряс головой.

— Еще рано кончать с ними, — сказал он, указывая на ряды победителей. — Они тебе еще пригодятся.

Марк ответил недоуменным взглядом.

— Шерны прячутся под землей. Там пещеры, город стоит на пещерах. Кто туда сунется, смерть.

— А где входы? — спросил Марк.

— Повсюду. Некоторые замурованы, чтобы море не затопило.

— Как найти эти замурованные?

— Здешние выворотни тебе покажут. Выворотни их хорошо знают. Там все время что-то надо чинить, и шерны шлют туда выворотней.

Марк не стал дожидаться окончания грозы. Разбушевавшееся море все еще сокрушало ударами волн прибрежные руины, а по приказу Победоносца уже закладывали фугасы, чтобы освободить стихии путь в подземелья.

Вскоре прогремел могучий взрыв, взвились столбы воды и щебня. Море на миг отступило, в ту же минуту вскипело чудовищным водоворотом и ринулось сквозь проломы в таинственный недра города.

Спасаясь от потопа, шерны устремились из тайников к боковым выходам, но там их ждала неминучая смерть от рук людей, дабы исполнилось слово Писания о пришествии Победоносца.

А Победоносец присел на обломки, освеженное солнце выглянуло из-за туч, и он смотрел, как море, затопив подземелья и утолив ярость, постепенно успокаивается, расстилаясь бескрайним многоцветным зеркалом, сквозь которое виднеются на дне давно затонувшие здания, единственный след обитаемости этих мест.

Воины могли позволить себе передышку.

Над ближними зарослями вспорхнула диковинная птица с золотистым оперением и, сверкая на солнце, все более широкими кругами стала виться у Победоносца над головой.