Потаенный Город - Эддингс Дэвид - Страница 49

– Есть изменения? – спросил он у королевы Бетуаны.

Она подняла залитое слезами лицо.

– Один раз он открыл глаза, Вэнион-магистр, – ответила она. – Не думаю, однако, чтобы он увидел меня. – Она сидела около Энгессы, держа его за руку.

– Я говорил с Афраэлью, – сказал Вэнион. – Она сейчас появится, чтобы взглянуть на него. Не теряй надежды, Бетуана. Афраэль исцелила меня, а я был куда ближе к смерти, чем сейчас Энгесса.

– Он очень крепок, – сказала Бетуана. – Если Богиня-Дитя сможет исцелить его рану, прежде чем… – Она оборвала себя, и голос ее как-то странно задрожал.

– Все будет хорошо, ваше величество, – сказал Вэнион, стараясь вложить в свои слова больше уверенности, чем он испытывал на самом деле. – Можешь ли ты дать знать своему супругу – я имею в виду, насчет Клааля? Он должен узнать о солдатах, которых Клааль прячет под своими крыльями.

– Я пошлю гонца. Может быть, сказать Андролу, чтобы он шел не в Тосу, а в Сарну? Клааль сейчас здесь, а армия Скарпы еще очень долго не доберется до Тосы – даже если сумеет обойти троллей.

– Подождем, пока мне не представится случай побеседовать с остальными. Ты полагаешь, что король Андрол уже на марше?

– Должен быть. Андрол всегда исполняет то, что я говорю. Он хороший человек – и очень, очень храбр, – прибавила она, словно защищая своего супруга от каких-то невысказанных наветов; но Вэнион заметил, что при этих словах она рассеянно погладила пепельно-бледное лицо Энгессы.

– Он, должно быть, здорово торопился, – пробормотал Стрейджен, ломая голову над немногословным посланием Спархока.

– Он никогда не был силен по части писем, – пожал плечами Телэн, – кроме, разве что, того случая, когда он целыми днями сочинял небылицы о том, чем мы якобы занимаемся на Тэге.

– Верно, тот случай истощил его силы. – Стрейджен смял записку и только сейчас пристальнее пригляделся к ней.

– Пергамент, – сказал он. – И откуда только он раздобыл пергамент?

– Кто знает? Может быть, он сам нам расскажет, когда вернется. Давай-ка прогуляемся по берегу. Мне нужен свежий воздух.

– Ладно. – Стрейджен подхватил плащ, и они, спустившись по лестнице, вышли на улицу.

Над южной частью Тамульского моря стояло безветрие, и лунная дорожка, слепяще-ясная и не потревоженная даже мелкой рябью, рассекала его темные воды.

– Красиво, – пробормотал Телэн, когда два вора остановились на сыром песке у самого края воды.

– О да, – согласился Стрейджен.

– Сдается мне, я кое-что придумал, – продолжал Телэн.

– Я тоже, – отозвался Стрейджен.

– Так говори.

– Нет, вначале выслушаем тебя.

– Ладно. Кинезганцы сосредотачивают силы у границы, так?

– Верно.

– Одна хорошо придуманная небылица могла бы их рассредоточить.

– Я не уверен, что говорить следует именно так.

– Мы что, пришли сюда поспорить о правильном употреблении слов?.. Что сделают кинезганцы, если услышат о приближении рыцарей церкви? Наверняка ведь они пошлют войско им навстречу?

– Я думал, Спархок и Вэнион хотят сохранить приближение рыцарей в тайне.

– Стрейджен, как это ты полагаешь сохранить в тайне сто тысяч человек? Предположим, я скажу Валашу, будто получил весьма верные сведения, что флот под стягами церкви обогнул южную оконечность Даконии, направляясь к Аэфталю. Разве это не вызовет беспокойства у наших противников? Даже если они уже знают о рыцарях, идущих через Земох, все равно им придется послать войска и против этого флота. Не могут же они исключить вероятность того, что рыцари идут на них с двух разных направлений! Стрейджен вдруг расхохотался.

– Что это тебя так рассмешило?

– Телэн, мы с тобой слишком долго работали вместе. Мы уже и думать стали одинаково. Мне пришла в голову идея сказать Валашу, что атаны намерены пройти по степям Восточного Астела и вторгнуться в Северную Кинезгу, направляясь к столице.

– Недурная идея, – заметил Телэн.

– Твоя тоже. – Стрейджен, Прищурясь, взглянул на залитую лунным светом воду. – Оба рассказа стратегически правдоподобны, – задумчиво добавил он. – Именно нечто подобное предпринял бы любой полководец. На самом-то деле мы задумали одновременный удар с востока и с запада, но, если нам удастся внушить Киргону, что мы готовимся ударить на него с севера и с юга, он настолько далеко уведет свои войска, что ни за что на свете не успеет вернуть их обратно, чтобы отразить наши настоящие удары.

– Не говоря уже о том, что мы рассечем его армию надвое.

– Однако нам следует соблюдать осторожность, – предостерег Стрейджен. – Не думаю, что даже у Валаша достанет легковерности проглотить оба этих рассказа, если мы вывалим их перед ним одновременно. Надо их немного развести и кормить его небольшими порциями. Чего бы мне очень хотелось, так это чтобы сказочка об атанах исходила из уст кого-нибудь третьего.

– Пусть Спархок попросит Афраэль устроить это, – предложил Телэн.

– Если он вообще вернется. В его записке об этом ничего не сказано. Впрочем, я думаю, мы и сами управимся. Давай-ка слегка изменим твой рассказ. Отгони свой вымышленный флот к Валезии. Пусть Киргон еще немного понервничает, прежде чем мы назовем местом назначения Аэфталь. Я же сделаю пару туманных намеков на то, что атаны скапливают силы у северо-восточной границы. И пусть себе так все и остается, пока не вернется Спархок. Телэн вздохнул.

– В чем дело?

– Это же почти законно, верно?

– Ну, думаю, можно сказать, что да. А что такое?

– Если это законно, что же мне так весело, а?

– Ничего? – спросил Улаф, расстегивая ворот красной форменной куртки.

– Ни словечка, – ответил Тиниен. – Я четырежды звал ее, и никакого прока.

– Может быть, она занята.

– Вполне возможно.

Улаф задумчиво потер щеку.

– Нет, я все-таки сбрею бороду сэра Герды, – пробормотал он. – Знаешь, может быть, все дело в том, что мы в He-Времени. Когда это случилось в первый раз – помнишь, в Пелозии, – наши заклинания тоже не действовали.

– Это заклинание другого рода, Улаф. Я ведь не пытаюсь что-то сделать. Я просто хочу поговорить с Афраэлью.

– Да, но ты смешиваешь магию. Ты применяешь стирикское заклинание, сидя по уши в тролличьей магии.

– Может быть, ты и прав. Я попытаюсь еще раз, когда мы будем в Арджуне и вернемся в реальное время.

Блокв косолапо шагал к ним в сером свете замороженого Гхномбом мгновения, минуя по пути стайку птиц, застывших в воздухе.

– Дальше в долине есть логова людей, – сообщил он.

– Много или мало? – спросил Улаф.

– Много, – ответил Блокв. – Там будут собаки?

– Возле логова людей всегда есть собаки, Блокв.

– Тогда надо поспешить. – Косматый тролль помолчал. – Как называют люди это место?

– Я думаю, Арджун.

– Значит, это место, куда мы хотим попасть?

– Да, верно.

– Зачем?

– Злые люди велели идти туда человеку по имени Берит. Мы хотим пойти туда в расколотом мгновении Гхномба и послушать птичьи звуки людей. Один из людей может сказать, куда злые скажут идти потом человеку по имени Берит. Это может быть место, где прячут подругу Анакхи. Узнать это – хорошо.

Блокв наморщил косматый лоб, обдумывая его слова.

– Охота людей всегда такая не-простая? – спросил он.

– Наше племя и само не-простое.

– Разве у вас от этого не болит голова? Улаф усмехнулся одними губами, стараясь не показывать зубы.

– Иногда болит, – признался он.

– Я думаю, что простая охота лучше, чем не-простая. Охота людей такая не-простая, что я иногда забываю, за чем охочусь. Тролли охотятся за едой. Люди охотятся за мыслями.

Улаф был слегка изумлен сообразительностью тролля.

– Я думаю, что ты думаешь хорошо, – согласился он. – Люди и в самом деле охотятся за мыслями. Мы их очень ценим.

– Мысль – это хорошо, У-лав, но ее нельзя съесть.

– Мы охотимся за мыслями, когда наши животы полны.