Ожерелье королевы - Эджертон Тереза - Страница 56

Лили на тайной встрече с другим мужчиной? Вилл почувствовал, что у него заболел живот. Совсем дураком он будет выглядеть, когда найдет этого человека и придушит его.

Вилл погрозил кулаком темнеющему небу и в ярости зашагал дальше. Но если Лили влюбилась в другого, зачем прибегать к таким уловкам, чтобы это скрыть? Ведь у них же было это чертово соглашение, и он сам пользовался свободой, которую оно предоставляло уже многие годы. Вилл остановился, тяжело дыша. Он не мог не признать, что все это было совсем на нее не похоже: место, мотивы, скрытность. В его мыслях всплыл образ Лили и отмел все подозрения: спокойная, невозмутимая, безмятежная. Если он не мог доверять ей, то кому в этом порочном мире он вообще мог доверять?

Он уверенно вошел кабинет Марздена после обеда, все еще в плохом расположении духа, и его встретила неутешительная новость, что поговорить можно было только с одним из обидевших его стражников.

— Остальные пропали.

— Пропали? — Вилрован приподнял брови. Ему показалось, что за последнее время люди и предметы стали пропадать слишком часто. И появляться там, где им совсем незачем было находиться. — У вас есть основания подозревать преступление?

— Нет, почему это вдруг? Что меня удивляет, это как такой подающий надежды паренек, как Нат Даггет, вообще спутался с этими типами. Но может быть, вам удастся выудить из него больше, чем мне. Он ждет вас в комнате в конце зала.

Вилл объявил, что очень обязан, и, оставив Лорда-Лейтенанта с его отчетами, откланялся.

Вскоре он стоял лицом к лицу с капралом Даггетом, в котором он немедленно узнал стойкого юнца, что так хладнокровно вел себя во время ареста. Увидев, как тот взволнованно щелкнул каблуками и замер в ожидании, Вилрован мог бы проявить некоторое сострадание — но сегодняшний день принес ему слишком много неприятных открытий, и Вилл был готов отыграться на ком угодно.

Без всяких вступлений он начал засыпать юношу вопросами:

— Может быть, вы сможете объяснить, почему ваши товарищи так внезапно покинули Хоксбридж?

— Сэр, — сглотнув, ответил капрал, — капитан Блэкхарт, в этом нет ничего удивительного. Все они попали в солдаты без охоты, и за ними уже шла слава нарушителей спокойствия, а их совсем не впечатляла карьера городских стражников, так что, получив в руки деньги…

— Деньги? Так вас все-таки подкупили?

Капрал с несчастным видом кивнул.

— Сэр, я как раз собирался сказать. Джентльмен… попросил нас понаблюдать за дуэлью и в случае чего вмешаться. И только потом я узнал, что значительная сумма денег перешла из рук в руки. Это заставило меня задуматься, действительно ли эта просьба была такой невинной, как она показалась мне вначале. Но, конечно, к тому времени было уже поздно.

Вилл мгновенно заметил легкую неуверенность в его голосе.

— Вы запнулись перед тем, как сказать «джентльмен». Почему?

— У него были манеры джентльмена, сэр, и респектабельная внешность. Но позже я заметил, что в нем было что-то подозрительное, какое-то… какое-то почти незаметное уродство, и что он не только не был никаким джентльменом, он и человеком-то не был. Но с ним была леди, невысокого роста полная женщина с очень белыми руками и мягким голосом, и она была совершенная леди.

Вилл прошелся по комнате, осмысливая услышанное. Женщина, кто бы она ни была, его не особенно интересовала, а вот возможное участие в этом деле гоблина его интересовало, и даже очень. Он вспомнил горбача, которого Блэз видел на дуэли. Конечно, сама мысль использовать подобное существо в таком замысле была совершенно фантастичной, ему еще до сих пор не доводилось встречать гоблина, который бы не был преисполнен твердого намерения держаться на стороне закона. Но если предположить, что вам удалось поймать одного из них на небольшом проступке и пригрозить ему преследованием по закону, которого они все так боятся, — допустим, вы даже помахали факелом у него перед носом, чтобы еще больше его запугать? Очень вероятно, что в такой ситуации гоблин сделает все, что вы попросите. И даже если он струсит и попробует позже вас предать, кто поверит слову гоблину против слова человека?

— А этот… тип или женщина, которая была с ним, объяснили, почему они устраивают все именно таким странным образом?

Капрал Даггет колебался.

— Да, сэр, — ответил он наконец. — Этот… этот человек сказал, что дуэль будет между сэром Руфусом Маккеем и человеком, который, по его личным сведениям, представляет угрозу короне, человеком, которого сэр Руфус и король не хотели бы открыто призывать к ответу.

— Это я был этим человеком? — Вилл заскрипел зубами от подобной наглости. — И когда вы и ваши друзья прибыли к месту дуэли, разве я показался вам таким отчаянным типом?

— Капитан Блэкхарт, это было именно так. Простите меня, пожалуйста, за эти слова, но, когда я в первый раз вас увидел, у вас был вид человека, способного на все. Ни у меня, ни у моих друзей не возникло мысли, что мы делаем что-то не так. — Он жалобно посмотрел на Вилла. — И хотя обстоятельства были несколько необычными, мы искренне верили, что служим короне.

Но для Вилрована это было уже слишком.

— И неужели вы считаете, что король Маунтфалькона имеет привычку вести дела таким позорным образом? Дуэль с применением магии. Гоблины подкупают стражников. Гражданина Хоксбриджа волокут в Виткомбскую тюрьму по сфабрикованным обвинениям. Я уж не знаю, каковы обычаи в других местах, но я уверяю вас, что ни король Родарик, ни один из его людей никогда не падут так низко. И если вы действительно поверили во что-то подобное, я думаю, вам должно быть стыдно носить эту форму!

Молодой стражник заметно съежился. Все это время он стоял в напряженном внимании, ни на волос не меняя позы, но теперь напряжение спало — не то чтобы он вздохнул с облегчением, скорее, его как будто покинула вся его храбрость.

— Вы, несомненно, правы: я не заслуживаю чести носить эту форму. И скорее всего, очень скоро этой чести лишусь, как только вы расскажете лорду Марздену то, что я сейчас вам рассказал.

Виллу больше всего хотелось бы повторять это Марздену. Будь он на месте Лорда-Лейтенанта, то не удовлетворился бы тем, чтобы просто отнять у юноши чин и ярко-красную форму, вполне возможно, что он выгнал бы его еще и с исполосованной спиной. Но смутное воспоминание о том, каким он сам был в том же возрасте, что и Даггет сейчас, о том, как он тогда попал в еще большую беду, мелькнуло в его голове. Это не успокоило гнев Вилрована, но от этого он почувствовал себя вдруг усталым, все повидавшим и старым.