Ожерелье королевы - Эджертон Тереза - Страница 70

— Кто-то заболел?

— Нет, никто не заболел. Но были сделаны определенные приготовления, и отменить их будет неудобно, — нетерпеливо прошептала Аллора. — Если мы дождемся, что проснется твой отец, и потревожим весь дом, то сильно задержимся. Скорее, Лиллиана.

Нехотя Лили встала из теплой постели и спустила босые ноги на ледяной пол.

— Не будить папу? Но мы же не можем взять…

— Друзья прислали за нами тот же экипаж и того же кучера, которые возили нас в прошлый раз. Одевайся же, позже поговорим. Не можем же мы заставлять лошадей ждать в такой поздний час.

— Да, конечно, — Лили подошла к умывальнику и налила в чашу холодной воды. Пока она мыла руки и лицо, пока распутывала гребнем каштановые кудри, тетя вместо горничной разложила на кровати всю необходимую одежду.

С помощью Аллоры Лили быстро оделась, потом спустилась по лестнице к экипажу. Как только они уселись и закрыли дверцу, повозка тронулась.

Лили нервно сглотнула. Она слишком рано встала, а теперь еще придется неизвестно сколько ехать на голодный желудок — ее сразу же начало подташнивать.

— Ты обещала все объяснить.

— Да, конечно. — Аллора как раз зажигала бронзовый светильник и ставила его на пол у своих ног. Затем она задернула черные муаровые шторки, чтобы отгородиться от света фонарей экипажа. — Случилось нечто. И хотя мы еще не уверены, возможно, тебе будет суждено сыграть в этом важную роль. А поэтому сегодня тебе предстоит пройти полное посвящение в маги Спекулярии.

— Сегодня? — Лили нахмурилась. — Но… разве, по-твоему, я готова?

— Дитя мое, ты намного, намного лучше подготовлена, чем была я, когда меня посвящали. Мы ждали так долго только потому, что я, как твой наставник, надеялась, что ты придешь к этому с чистым сердцем и отбросив мирские привязанности.

«И опять имеется в виду Вилрован», — тоскливо подумала Лили, откидываясь на спинку сиденья. Все сомнения Аллоры, все ее страхи за будущее Лили всегда вращались вокруг Вилла. Вот почему Лили до сих пор так и не сказала тете, что согласилась навестить его весной. Скрывать от Аллоры что-то было Лили в новинку, и это совершенно ей не нравилось, хотя она достаточно поднаторела во вранье Виллу.

«Я сознательно веду двойную жизнь», — виновато подумала Лили, засовывая окоченевшие руки поглубже в беличью муфту.

Даже в браке по взаимной договоренности между мужем и женой должно существовать некоторое доверие. Но тайны, как кирпичики, складывались в высокую стену между ними. Более месяца прошло со спешного отъезда Вилла, а от него не пришло ни слова объяснения, хоть он и прислал ей флакон духов и веер из слоновой кости. Это было извинением за что-то, как ей удалось понять из неразборчивой записки, но за что он просил прощения? У Вилла не было привычки извиняться за свои измены.

Она вспомнила одну из самых шумных выходок Вилла, еще в бытность его в Городской Страже: как он переоделся разбойником и похитил одну из своих любовниц из кареты, прямо из-под носа пожилого и богатого супруга. План сработал, и Вилл смог провести несколько дней наедине с дамой, вот только позже их все-таки нашли, его узнал один из лакеев. Скандал был невероятный. А Вилл потом заявился в Брейкберн-Холл, задолго до того как умолкли сплетни, и на его лице не было и тени смущения, он даже не пытался тогда оправдаться.

Да и с чего бы? Вилрован никогда не скрывал от нее, какой жизнью жил, он никогда не притворялся, что позволит их браку ограничить его в развлечениях. И все же Лили согласилась некогда стать его женой. Она со вздохом закрыла глаза, восстанавливая в памяти это событие шестилетней давности.

— Я уже начинаю думать, что, может быть, мне следует выйти за вас замуж, господин Блэкхарт, — сказала Лили. — Мой отец настаивает, что если я этого не сделаю, то покрою себя и свое имя несмываемым позором. Но вы… вас не пугает перспектива жениться так рано?

— Рано? — Вилрован усмехнулся. — Да я почти на год старше вас. Если вы в состоянии справиться с потрясением от такого раннего брака, я вполне уверен, что в состоянии выдержать то же самое.

— Но я — женщина, — слабо улыбнулась она. — Девушки нередко выходят замуж в моем возрасте или чуть старше. Хотя, честно говоря, я не раз задумывалась, а выйду ли я вообще когда-нибудь замуж. То есть мне было интересно, будет ли у меня такая возможность. Вы понимаете, я ничего не имею против самой идеи брачных уз и часто думала, что мне бы понравилось быть матерью большого семейства. Но вы… вы ведь еще студент. Не понимаю, как жена может вам помочь, более того, я, напротив, полагаю, что в вашем положении жена будет вам ужасной обузой.

— Уверяю вас, госпожа Брейкберн, несмотря на всю мою галантность, о которой сейчас, возможно, не может быть и речи, учитывая то невыносимое положение, в котором вы из-за меня оказались, никому и никогда не удалось бы склонить меня просить вашей руки, если бы я думал, что это так или иначе меня стеснит. Не в моих привычках позволять людям доставлять мне неудобства, и я не намерен после нашей свадьбы никоим образом менять свое поведение.

Лили вздохнула.

— Ну, по крайней мере, сказано честно.

— Почему бы нам и не быть честными, — Вилл не подозревал о том, как это иронично звучит в их ситуации, потому что ни он, ни Лили еще не догадывались о том, как их обманул лорд Брейкберн. — Вряд ли вы или я будем счастливы, если наш брак будет основан на лжи. Я не хочу сказать, — искренне добавил он, — что я не буду относиться к вам с подобающим уважением или позволю кому бы то ни было относиться к вам как к отвергнутой жене. И если сейчас нам невозможно жить вместе, я буду навещать вас, вы — меня… как только я поселюсь на квартире, где вы сможете меня навещать. Наши встречи буду вполне дружескими, так что в конце концов у нас обязательно получится семья.

Он взял ее руку в свои и тепло пожал ее.

— Я уверен, что вы во всех отношениях именно та женщина, которую я хотел бы видеть матерью своих детей. Честно говоря, я вас недостоин. И хотя прямо сейчас мысль о браке не кажется мне такой уж привлекательной, уверяю вас, я теперь уже вполне смирился с нашим положением, то есть, если вы, конечно, согласитесь быть моей женой.