Грязные игры - Сухнев Вячеслав Юрьевич - Страница 60

Спасибо, Георгадзе, за содействие. Твоих услуг в Москве не забудут.

- Позвольте переговорить с вами наедине? - спросил Георгадзе.

- У меня нет секретов от коллег, - сказал Седлецкий.

- И все же, - проявил настойчивость Георгадзе.

Они отошли к реке, бормочущей неподалеку.

Седлецкий обежал взглядом темную холмистую равнину, вдохнул свежий воздух с реки и спросил:

- Что, дружище, маловато показалось "лимонов" Адамяна?

- Не в деньгах дело. Хотя без моей помощи, сами понимаете, вам было бы...

- Не бери на себя много, парень, - перебил Седлецкий. - Не ты - другого нашли бы.

- Возможно. Но другой не был бы заместителем начальника особого отдела. Я помог вам не потому, что поверил сказкам Сараны. В Шаоне я успел узнать, кто вы на самом деле. Мне посоветовали держаться от вас подальше. А я, как видите, не внял этому доброму совету.

- Отчего же?

- Оттого, что увидел перспективу. У вас нет людей в Отдельной армии на уровне моей должности.

А если меня назначат начальником отдела...

- Хорошо. Доложу руководству о твоем предложении. Сарана свяжется, когда понадобишься.

Георгадзе кивнул и пошел к своей "Волге", а Седлецкий вернулся к фургону.

- Вот ваши документы и командировочные удостоверения от хозуправления Министерства обороны, - сказал Сарана. - Накладные на помидоры в порядке. Тут, в сумке, деньги на дорожные расходы.

Автоматы с боекомплектом - в кабине под сиденьями. Ну, ни пуха ни пера!

- К черту, - сказал Седлецкий. - Спасибо, Сарана. Ты отлично поработал. Как думаешь, Мирзоев, из него получится хороший оперативник?

- А чего там! - согласился Мирзоев. - Парень молодой, яйца свежие. Только держи ухо востро, брат, с Георгадзе. Он вовсе не дурак. И прощай, авось еще увидимся.

- Почему нет... Шарик маленький.

- Какой шарик?

- Земной, - вздохнул Сарана.

Он пожал всем руки и ушел в темноту. "Волга", мелькнув красными стоп-сигналами на повороте, умчалась в Ставрополь. Они забрались в просторную кабину рефрижератора.

- Прапорщик Свиридов, - улыбнулся водитель. - Можно - Вася.

Был он молодой, конопатый и белозубый, с редкими китайскими усишками.

- Сейчас и мы представимся, - сказал Мирзоев, раскрывая свое удостоверение. - Прапорщик Билялетдинов... Н-да. Что я им там, в Москве, сделал плохого? Ну, в звании понизили... А фамилия, где они ее откопали?

- Зато я - старший прапорщик, - похвастался Седлецкий. - Ковальчук Хведор Ахванасьевич. От яке дало! Старший, значит, командир.

- Да вас, хохлов, салом не корми - дай покомандовать, - вздохнул Мирзоев.

- Молчи, татарва! Слухай мою команду, ты, Биля... Биля... Тьфу! И ты, Василий... Спать! Подрыхнем часок - и в дорогу. Путь неблизкий. Спаси и сохрани нас, Никола-угодник, покровитель странствующих и путешествующих...

- Вот, значит, как запел, - засмеялся Мирзоев, устраиваясь на рундуке за спинками сидений. - Ох-хо, это тебе не спальный вагон.

- Зато и не ящик в холодильнике, - откликнулся Седлецкий.

- Скажите, - помялся водитель, - а тот всю дорогу так? Как пенек?

И ткнул пальцем в направлении фургона.

- Ты за него не волнуйся, - сказал невидимый Мирзоев. - Он сейчас кайф ловит.

- А я уже такого возил, - похвастался Василий. - В этой же машине. В прошлом году, из Бендер.

- Не боишься, что язык вырвут? - рявкнул Седлецкий. - Гаси свет!

Заснули они моментально, набирая силы перед броском через пол-России с юга на север.

23

"Гражданская война всегда имеет некоторые силы внутри страны, которые по разным причинам заинтересованы в ее стимулировании и развитии...

Ее этапы в России - это: сначала апрельские события, потом раскол ФНС с выходом из него организации, затем создание новых политических союзов и группировок на фоне ухудшения уровня жизни народа... Дальше - перенесение конфликта в парламент, затем из парламента - перенос на национально-религиозную почву, с последующим обострением и накаливанием до температуры открытого конфликта...

Радикальная часть президентского окружения работает на это, и президент оказался в данном случае по крайней мере заложником, а возможно, и соучастником".

С. Кургинян в интервью С. Элыаановичу

"Залпы по Таджикистану - предупреждение России".

"Правда",

1993, 10 августа.

- Где ты была? - сонно спросил Акопов.

- В душ ходила. - Людмила зашелестела халатом. - Такая жарища...

Они спали в комнате на первом этаже. На втором, у пультов, сидела смена - супружеская пара, присланная Савостьяновым.

- Опять этот Борис курит трубку, - шепнула Людмила. - Чувствуешь?

- А мне нравится запах. Хороший табак.

Он обнял ее - упругую и свежую, чувствуя, как медленно теплеет под ладонями прохладная нежная кожа.

- Иди ко мне...

- Не надо, Сережа... хватит. Спи - завтра тяжелый день.

- Да. Тяжелый. И, наверное, последний на этой чертовой даче.

- Почему - чертовой? Разве нам тут было плохо?

Он долго молчал.

- Нам тут было хорошо, - сказал наконец. - Слишком хорошо. Плохо, что это кончается. И плохо, что я к этому, оказывается, привык.

Она лежала, положив ему голову на плечо, и он вдруг почувствовал короткий влажный ожог.

- Ты плачешь?

- Немножко. Я ведь еще и баба, а не только твоя напарница. Извини, Сережа!

- Ах ты, Господи! - сказал он с тоской. - Как хочется, чтобы ты назвала меня когда-нибудь настоящим именем...

- Когда-нибудь?

- Да...

Она вскоре успокоилась и забылась. Короткая летняя ночь ползла за окном. А он смотрел на медленно светлеющую полоску неба между шторами и не смел пошевелиться - затекла рука, на которой спала Людмила. Вдалеке крикнул петух, по соседству отозвался другой. Рассветный ветер качнул в саду старые яблони, и они тяжело вздохнули. А ведь все просто, подумал он, слушая скрипы и шорохи во дворе. И улыбнулся осторожно, словно боялся порвать кожу на скулах. Улыбнулся и заснул, и ничего ему не снилось...

За завтраком сменщик Борис спросил:

- Где я тебя видел?

- На стенде "Их разыскивает милиция", - сказал Акопов, глядя в тарелку с овсянкой.

- Нет, не там. Но видел точно!

Борис был раздавшимся рыхлым мужиком, хотя и не совсем уж пожилым. Что называется, без особых примет - круглое лицо, нос картошкой, маленькие глазки цвета пыли, еле заметные брови, тонкий рот и зачесанные назад бесцветные волосы.