Грязные игры - Сухнев Вячеслав Юрьевич - Страница 82

В шесть подниму. Лады?

- Лады, - зевнул Семенцов.

А про себя подумал: с какими же скотами приходится работать! Но ничего, скоро все закончится.

В том числе и его ссылка в этот дурдом, в департамент охраны Верховного Совета. Охраны... Кому нужно охранять этих горлопанов и рвачей? Если честно, то их место не здесь, в БД, а чуть дальше, на стадионе. Только сначала надо колючку на трибунах пробросить. Чтобы народные избранники не сбежали от суда народа.

Одно из караульных помещений располагалось во флигеле, во дворе Верховного Совета. Низкий по сравнению с небоскребом БД красноватый коробок флигеля стоял чуть на отшибе, нависая над Глубоким переулком. Семенцов ненавидел своих нынешних сотоварищей, набранных с бору по сосенке. Тут служили бывшие сотрудники КГБ, милиции, уволенные из армии офицеры. В свободное время многие "ковали бабки". Особенно прибыльным бизнесом оказалось получение разрешений на личное оружие. Чеченская гвардия председателя ВС располагалась внутри БД, в одном из помещений цокольного этажа. Москвичи с "гвардейцами" почти не общались.

Семенцов показал дневальному пропуск и, чувствуя, как наливаются тяжестью веки, спустился по лестнице в душноватую полутьму каптерки. Здесь шел пир горой - за столом с бутылками и закусью трое полуголых парней играли в засаленные карты, азартно шлепали ими по грязной газете. Семенцов почувствовал, как накатывает тошнота. То ли от вида пира, то ли от "отходняка" после транквилизатора. А может, тошноту вызывала спертая атмосфера. Работающему вентилятору успешно сопротивлялся теплый дух казармы - букет из запахов кожзаменителя, оружейной смазки и пота.

- Все вон! - вяло сказал Семенцов.

Игроки заворчали, но собрали со стола снедь и потянулись к выходу. Семенцов достал из металлического шкафчика в углу кипу обмундирования, пахнущего хлоркой, соорудил на столе постель и сбросил башмаки. Заснул, несмотря на усталость, не сразу. И спал, судя по всему, недолго.

Его грубо потрясли за плечо. Он с трудом разлепил глаза и увидел нависающее круглое лицо. Рядом маячила еще одна физиономия - ничем не примечательная.

- Вставай, Семенцов, вставай!

- А что, уже пора? - потер он виски и с трудом сел.

- Пора.

В тот же миг на его руках защелкнулись наручники. И от колючего холода на запястьях он окончательно пришел в себя.

- С утра не похмелялись, мужики? - поднял руки Семенцов. - Или дыню давно не получали?

- Заткнись! - сказал круглолицый и потянул за наручники. - Вперед!

Семенцов пошарил под столом ногами в поисках башмаков. Круглолицый набросил на скованные руки Семенцова его форменную куртку. Чтобы наручники, значит, не отсвечивали.

Наверху, рядом с дневальным, переминался с ноги на ногу сменщик Грибанов, корявая рожа.

Увидев Семенцова, он отвел взгляд. А дневальный даже не посмотрел вслед, словно на его глазах командиров каждый день выводили в наручниках.

- Я еще вернусь, Грибанов, - сказал Семенцов и сплюнул.

Он не верил в реальность происходящего. Никто не смел вот так безнаказанно входить в караульное помещение Верховного Совета и нагло арестовывать офицера охраны. Но ведь посмели же!

Значит... Семенцов лишь передернул плечами от накатившего озноба. За что тут же получил чувствительный тычок между лопатками.

- Не дергайся! А то - при попытке к бегству...

Конвоиры быстро протащили его по лужайке между караулкой и оградой и вытолкнули в Глубокий переулок. Неподалеку тихо урчала машина, помигивая подфарниками. В темноте Семенцов не смог определить ее марку. Конвоиры успели распахнуть заднюю дверцу, и тут из кустов живой изгороди метнулись тени. Раздались глухие удары. Подошла еще одна машина. Семенцова забросили в нее. Через мгновение машина вылетела на Краснопресненскую набережную.

- Хоть бы кто-нибудь, - вздохнул Семенцов, - хоть бы кто-нибудь сказал... Что тут, черт возьми, происходит?

Ему никто не ответил. Вскоре машина свернула на Садовое кольцо, непривычно пустынное в этот глухой час. Водитель достал коробку радиотелефона.

- Товарищ подполковник? Нашли пропажу.

Везем к Небабе. Подождать вас? Есть подождать...

Семенцов подумал, что где-то уже слышал эту странную фамилию - Небаба. От кого-то из своих?

Нелепая и нестрашная фамилия почему-то ассоциировалась с опасностью. Семенцов вспомнил человека, пославшего его по следу генерала Ткачева.

Вспомнил и тут же постарался забыть. Он чувствовал, что впереди долгие и, может быть, весьма болезненные разговоры о Поваровке.

Машина свернула на Цветной бульвар и вскоре запетляла по мрачным темным дворам. Семенцов пригляделся. Он слышал, что именно здесь, в путанице узких переулков Самотеки, располагается Управление, о котором даже лихой подполковник Панков, начальник Семенцова, вспоминал неохотно и с явной опаской.

В подвале с толстыми стенами, за простым канцелярским столом сидел кругленький лысый человек с нержавеющей улыбкой. При виде Семенцова он привстал и чуть поклонился:

- Старший дознаватель майор Небаба... А вы, значит, и есть тот самый Семенцов?

- В каком смысле - тот самый?

- Тот самый, который стрелял из гранатомета по генеральской даче... Существует такое подозрение, уж простите великодушно.

- Это еще надо доказать, - поморщился Семенцов от накатившей головной боли.

- Зачем? - поднял реденькие бровки Небаба и повозился, удобнее устраиваясь на стуле с подлокотниками. - Зачем доказывать, золотой вы мой?

Мы же не в суде, позвольте напомнить.

- Не в суде. Тем не менее прошу предъявить не подозрения, а более убедительные доказательства моей вины.

Они помолчали. Семенцов искоса разглядывал странное кресло в углу похожее на зубоврачебное, но с каким-то экраном в подголовнике.

- Юноша, - вздохнул наконец Небаба, - вы же работали в Комитете государственной нашей безопасности, царствие ему небесное. И ей - тоже... Не верю, что ничего не слышали о конторе, которую я тут имею честь и удовольствие представлять. Скажу по-дружески: мы на фу-фу не берем, жарим только на сливочном масле. Если вы, дорогой коллега и, можно сказать, боевой товарищ, сидите в моем гостеприимном кабинете, то можете не сомневаться: за дело сидите. Улавливаете мою мысль?