Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 460

И мы пошли издали за ним следом, - говорил Малик, - и он вошел в дом одного работорговца (а ночи уже миновала половина). И нам показалась длинной вторая половина се, и мы ушли. А когда настало утро, мы пришли к работорговцу и опросили его: "Есть ли у тебя молодой невольник, которого ты нам продашь, чтобы он нам прислуживал?" - "Да, - ответил работорговец, - у меня около ста слуг, и все они для продажи".

И он стал показывать нам одного слугу за другим, - говорил Малик, пока не показал семьдесят слуг, но я не увидал среди них моего друга, а потом работорговец сказал: "У меня нет никого, кроме этих". И когда мы хотели уходить, мы вошли в одну разрушенную комнату за домом работорговца и вдруг видим: стоит тот чернокожий. "Он, клянусь господом Кабы!" воскликнул я. И потом я вернулся к работорговцу и сказал ему: "Продай мне этого слугу!" - "О Абу-Яхья, - ответил работорговец, - это слуга злосчастный и бесполезный. Ночью у него нет другого дела, как плакать, а днем - раскаиваться". - "Поэтому я и хочу его", - оказал я.

И работорговец позвал чернокожего, и тот вышел, притворяясь сонным. "Возьми его за сколько хочешь, после того как снимешь с меня ответственность за все его пороки", - оказал мне работорговец. И я купил чернокожего за двенадцать динаров и опросил: "Как его имя?" - "Маймун", - отвечал работорговец. И я взял чернокожего за руку, и мы пошли, направляясь к моему жилищу.

И чернокожий обратился ко мне и спросил: "О мой меньшой господин, зачем ты меня купил? Клянусь Аллахом, я не гожусь, чтобы служить сотворенным". - "Я тебя выкупил, чтобы прислуживать тебе сам, и пусть это будет на моей голове", - ответил я. "А почему?" - спросил чернокожий. И я молвил: "Не ты ли был с нами вчера в молельне?" - "А разве ты проведал обо мне?" - спросил чернокожий. И я ответил: "Я тот, кто обратился к тебе вчера с речами".

И чернокожий продолжал идти, пока не вошел в мечеть, - говорил Малик, - и он сотворил там молитву в два раката и сказал: "Бог мой, господин и владыка, о тайне, что была между нами, проведали сотворенные, и ты опозорил меня этим среди людей. Как же будет мне теперь приятна жизнь, раз узнали другие о том, что было между мной и тобой? Заклинаю тебя, возьми мою душу в сей же час". И потом он пал ниц, и я подождал его немного, но он не поднимал головы, и тогда я пошевелил его и вижу: он умер (да будет над ним милость великого Аллаха!).

И я вытянул ему руки и ноги и посмотрел на него и вижу: он улыбается, и белизна покрыла его черноту, лицо его светится, и видно на нем веселье. И когда мы на него дивились, вдруг вошел в двери юноша и сказал: "Мир с вами! Да возвеличит Аллах нашу с вами награду из-за нашего брата Маймуяа! Вот саван, заверяйте его". И он протянул мне две одежды, подобных которым я никогда не видел, и мы завернули в них чернокожего.

А у его могилы, - говорил Малик, - теперь молятся о воде и просят подле нее о нуждах Аллаха (велик он и славен!). Как сладостно то, что сказал в этом смысле один из поэтов:

Гуляют сердца познавших бога в саду небес,

Пред ним возвышаются завесы господние.

Коль в нем они пьют вино, струя его смешана

С Таснимом [477] - той влагою, что близость к творцу дает.

Течет тогда тайна их меж ними и милыми,

И будет ограждена она от сердец других".

Рассказ О ПРАВЕДНЫХ СУПРУГАХ

Рассказывают также, что был в числе сынов Исраиля человек, из лучших среди них, и он усердно поклонялся своему господу и отказывался от земной жизни, выбросив ее из своего сердца. И была у него жена, помогавшая ему в его делах и послушная ему во всякое время, и жили они тем, что делали подносы и опахала. Они работали целый день, а когда наступал конец дня, муж выходил, держа в руке то, что они наработали, и отправлялся ходить по улицам и дорогам, ища покупателя, чтобы продать ему это. А они постоянно постились.

И однажды, в какой-то день, они постились и целый день проработали, а когда наступил конец дня, муж вышел, как обычно, держа в руке то, что они наработала, и стал искать человека, который бы это у него купил. И он прошел мимо ворот одного из сыновей земной жизни и людей благосостояния и сана (а этот продавец обладал белым лицом и прекрасным обликом), и его увидала жена владельца дома и полюбила его, и склонилось к нему со сердце сильною склонностью. А ее муж был в отсутствии.

И она позвала свою служанку и сказала ей: "Быть может, ты схитришь с этим человеком и приведешь его к нам". И служанка вышла к продавцу и позвала его, чтобы купить у него то, что он держал в руке, и повернула его с его дороги..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Четыреста шестьдесят девятая ночь

Когда же настала четыреста шестьдесят девятая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что служанка вышла к этому человеку и позвала его и сказала: "Войди к моей госпоже: она хочет купить кое-что из того, что у тебя в руках, после того как ода это испытает и посмотрит".

И человеку показалось, что женщина говорит правду, и он не увидал в этом дурного и вошел и сел, как она ему приказала. И женщина заперла за ним дверь, и хозяйка ее вышла из своей комнаты и схватила продавца за рубаху и потянула его к себе и ввела и сказала: "Сколько я еще буду просить у тебя уединения! Мое терпение из-за тебя истощилось, а эта комната окурена благовониями, и кушанье приготовлено, и хозяин дома отсутствует в сегодняшний вечер. Я подарила себя тебе, а долго желали меня цари, предводители и обладатели мирских благ, но я не обращала ни на кого из них внимания".

И женщина затянула свои речи, а продавец не поднимал головы, смотря в землю от стыда перед Аллахом великим и боясь его болезненного наказания, как сказал поэт:

Как часто меж грехом, грехом великим,

И мной вставал лишь стыд перед Аллахом.

И был тот стыд мне от греха лекарством;

Когда исчезнет стыд, то нет лекарства.

И захотел этот человек избавить от нее свою душу, но не смог. И тогда он сказал: "Я хочу от тебя чего-то". - "Чего ясе?" - спросила женщина, и он сказал: "Я хочу чистой воды, и я поднимусь с нею на самое высокое место в твоем доме, чтобы сделать одно дело и омыть нечистоту, которой я не могу тебе показать". - "Дом обширен, и в нем есть тайники и уголки, а домик чистоты приготовлен", - ответила женщина. Но продавец сказал: "Я хочу только подняться наверх". - "Поднимись с ним на самый высокий балкон в доме", - сказала женщина своей служанке.