Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 535

А внизу доски он увидел такие стихи:

"Где строитель высот земных, что воздвиг их,

И построил ряд крепких стен и возвысил?

Где те люди, что в крепости прежде жили?

Удалились, как путники, что расстались.

И залогом лежат в земле до минуты,

Когда будут испытаны тайны сердца.

Будет вечен один господь наш (велик он!),

И присущи все милости ему вечно".

И заплакал эмир Муса и записал все это и сошел с горы, и предстала земная жизнь пред его глазами.

И когда пришел он к своим воинам, они провели этот день, придумывая хитрость, чтобы войти в город, и сказал эмир Муса своему везирю Талибу ибн Сахлю и приближенным, окружавшим его: "Какова будет хитрость, чтобы нам войти в этот город и посмотреть на его диковинки? Может быть, мы найдем в нем что-нибудь, что приблизит нас к желанию повелителя правоверных?" И сказал Талиб ибн Сахль: "Да сделает Аллах вечным благодействие эмира! Мы устроим лестницу и взберемся на нее; может быть, мы достигнем ворот изнутри". - "Это приходило мне на мысль, и прекрасно такое мнение!" - отвечал эмир Муса.

И затем он позвал плотников и кузнецов и велел им выровнять бревна и сделать лестницу, покрытую железными пластинками. И они сделали ее, и изготовили как следует, и просидели за работой целый месяц, и люди собрались вокруг лестницы и поставили ее и придвинули к стене вплотную, и она пришлась как раз вровень с нею, как будто была сделана для этого раньше. И эмир Муса удивился и воскликнул: "Да благословит вас Аллах! Вы как будто примеряли ее к стене, так хорошо вы ее сработали!" А потом эмир Муса сказал своим людям: "Кто из вас поднимется по этой лестнице, взберется по ней на стену и пройдет и ухитрится опуститься вниз в город, чтобы посмотреть, как обстоит дело, а затем расскажет нам, как открыть ворота?" И кто-то сказал: "Я влезу, о эмир, и опущусь и открою ворота". И эмир Муса воскликнул: "Полезай, да благословит тебя Аллах!"

И этот человек полез на лестницу и добрался до самого верха, а затем он встал на ноги и, устремив глаза в город, захлопал в ладоши и вскрикнул во весь голос: "Ты прекрасен!" - и бросился внутрь города, и мясо его смешалось с костями. И эмир Муса воскликнул: "Вот поступок разумного, каков же будет поступок безумного? Если мы сделаем то же со всеми нашими товарищами, не останется из них никого, и мы не будем в силах исполнить то, что нам нужно и нужно повелителю правоверных. Отъезжайте, нет нам нужды до этого города!" И кто-то сказал тогда: "Может быть, другой будет устойчивее?" И поднялся второй человек, и третий, и четвертый, и пятый, и они влезали по этой лестнице на стену один за другим, пока не пропало из них двенадцать человек, и все делали то же, что первый.

И сказал тогда шейх Абд-ас-Самад: "Нет для этого дела дикого, кроме меня, и опытный не таков, как неопытный!" Но эмир Муса воскликнул: "Не делай этого! Я не дам тебе влезть на эту стену, так как, если ты умрешь, ты будешь причиной смерти всех нас, и не уцелеет из вас никто; ты ведь наш проводник". - "Может быть, то, что нам нужно, произойдет благодаря мне, по воле великого Аллаха", - сказал шейх Абд-ас-Самад. И все люди сошлись на том, что он должен лезть, и шейх Абд-ас-Самад встал и подбодрил себя и со словами: "Во имя Аллаха, милостивого, милосердного" - стал подниматься по лестнице, поминая великого Аллаха и читая стихи спасения. И он достиг верхушки стены и захлопал в ладоши и устремил глаза в город, и люди все вместе закричали ему: "О шейх Абд-ас-Самад, не делай, не бросайся вниз! - и восклицали: - Поистине, мы принадлежим Аллаху и к нему возвращаемся! Если шейх Абд-ас-Самад упадет, мы все погибли!" А шейх Абд-ас-Самад засмеялся громким смехом и просидел долгое время, поминая великого Аллаха и читая стихи спасения, а потом он встал на ноги и закричал во весь голос: "О эмир, с вами не будет беды! Аллах (велик он и славен!) отвратил от меня козни шайтана и ухищрения его, по благословению слов: "Во имя Аллаха милостивого, милосердного!" И эмир спросил его:

"Что ты видел, о шейх?" И шейх ответил: "Когда я оказался на верхушке стены, я увидел десять девушек, подобных лунам, которые..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Пятьсот семьдесят четвертая ночь

Когда же настала пятьсот семьдесят четвертая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что шейх Абд-ас-Самад говорил: "Когда я оказался на верхушке стены, я увидел десять девушек, подобных лунам, которые делали мне руками знаки: "Подойди к нам!" - и мне представилось, что подо мною море воды. И я хотел броситься вниз, как сделали наши товарищи, но увидел, что они мертвы, и удержался от этого и стал читать кое-что из книги Аллаха великого, и отвратил Аллах от меня козий этих девушек, и они ушли, и я не бросился вниз, и Аллах защитил меня от их козней и чар. Нет сомнения, что это - колдовство и ловушка, которую устроили жители этого города, чтобы защитить его от тех, кто захочет к нему приблизиться и пожелает в него проникнуть. А вон напои товарищи лежат мертвые".

И затем он дошел по стене до медных башен и увидел перед ними двое золотых ворот, на которых не было замков, и ничто не указывало, как их открыть, и шейх постоял, сколько хотел Аллах, и, всмотревшись, увидел посреди ворот изображение медного всадника с протянутой рукой, которой он как будто на что-то указывал, к на руке была какая-то надпись, и шейх Абд-ас-Самад прочитал ее и увидел, что она гласит: "Потри гвоздь в лупке этого всадника двенадцать раз - ворота откроются".

И тогда он осмотрел всадника и увидел у него в пупке гвоздь, хорошо сделанный, основательный и крепкий, и потер его двенадцать раз, и ворота тотчас же распахнулись с шумом, подобным грому.

И шейх Абд-ас-Самад вошел в ворота (а это был человек достойный, знавший все языки и почерка) и шел до тех пор, пока не вошел в длинный проход. Он спустился из него по ступенькам и увидел помещение с красивыми скамьями, на которых лежали мертвые люди, и в головах у них были роскошные щиты, отточенные мечи, натянутые луки и стрелы, наложенные на тетивы, а за воротами находились железные дубины и деревянные засовы и тонко сделанные замки и разные крепкие орудия.