Так шли мы к победе - Баграмян Иван Христофорович - Страница 138

А. А. Новиков в 10 часов поднял в воздух 246 бомбардировщиков 1-й, 3-й воздушных армий и 5-го гвардейского бомбардировочного авиакорпуса, которые нанесли один за другим три мощных удара по городу и фашистским войскам на Земландском полуострове, пытавшимся помочь гарнизону Кенигсберга.

Стремясь максимально усилить удары с воздуха, А. А. Новиков решился на дерзкий шаг: поднять в воздух тяжелые бомбардировщики авиации дальнего действия, которые обычно использовались только в ночное время. Он позвонил А. Е. Голованову и спросил его мнение по этому вопросу, но Главный маршал авиации попытался уклониться от такого риска, ссылаясь на то, что летчики тяжелых бомбардировщиков не имеют опыта групповых полетов в дневное время, а это, мол, может снизить эффект их бомбометания. Кроме того, он выразил опасение, что тяжелые и тихоходные самолеты Ил-4 могут стать легкой добычей фашистских истребителей.

— Да не бойтесь же вы! — раздраженно перебил Новиков. — Я дам вашим самолетам такой эскорт в сто двадцать пять истребителей, что ни один «мессер» не отважится атаковать их. Кроме того, две-три сотни штурмовиков под сильным прикрытием истребителей будут постоянно висеть над городом, и они во взаимодействии о артиллерией не позволят даже пикнуть зенитчикам противника…

Голованов, видимо, хотел высказать еще какие-то сомнения, но командующий ВВС решительно сказал:

— Словом, задача вам ясна — готовность армии к подъему в воздух всем составом к тринадцати ноль-ноль. Цели для ударов согласуйте с товарищем Хрюкиным. О готовности доложите…

Командующий военно-воздушными силами некоторое время взволнованно ходил по просторному блиндажу, а когда Голованов доложил о готовности, решительно махнул рукой:

— В тринадцать десять выпускайте армию на Кенигсберг!

Затем, соединившись с командующими 1-й и 3-й воздушными армиями, Новиков приказал им немедленно поднять в воздух все остающиеся еще на аэродромах штурмовики и фронтовые бомбардировщики и нанести массированный удар по аэродромам, где базировались вражеские истребители, а также по огневым позициям зенитной артиллерии.

В ожидании появления дальних бомбардировщиков Голованова А. А. Новиков поднялся на вышку. Минут через двадцать с севера и востока в небе показались медленно приближавшиеся к городу самолеты. Они шли один за другим с примерно равными интервалами.

Когда первые машины сбросили на центральные районы Кенигсберга свой бомбовый груз, вверх взвились густые клубы дыма, освещаемые заревом пожара. Они росли и росли, пока весь город не заволокло. Меньше чем за час 516 «илов» сбросили более 3700 бомб общим весом 550 тонн. Многие укрепления были разрушены. Движение танков, автомашин и подразделений пехоты с тяжелым вооружением по улицам города стало невозможным. Оборона противника, фактически, распалась на отдельные изолированные очаги сопротивления.

Не успело осесть пыльное марево, поднятое над городом бомбежкой, как по северо-восточной части нанес удар 5-й гвардейский бомбардировочный авиакорпус генерала Ушакова. В это же время самолеты авиакорпуса генерала Борисенко и авиация флота совершили несколько массированных налетов на военно-морскую базу Пиллау и фашистские боевые корабли.

Во второй день штурма нашим авиаторам удалось совершить 4700 самолето-вылетов, сбросить на врага более 1600 тонн бомб и уничтожить свыше 50 вражеских самолетов. Однако прочные долговременные сооружения очень надежно защищали фашистов от уничтожения. Гитлеровцы продолжали отсиживаться в своих железобетонных норах и оказывали ожесточенное сопротивление в течение всего дня.

А. П. Белобородов доложил, что главные силы его армии ведут напряженные бои по расширению плацдармов на противоположном берегу канала Ланд-Грабен. Противник непрерывно контратакует. Генерал Т. Т. Хрюкин, командующий 1-й воздушной армией, нацелил против контратакующих штурмовики, которые непрерывными атаками с воздуха помогли пехотинцам сломить сопротивление врага в районе канала. К концу дня корпуса 43-й армии прорвались на окраину пригорода Ратсхоф и овладели несколькими кварталами в северо-западной части Кенигсберга.

К тому времени штурмовому отряду 235-й стрелковой дивизии удалось покончить и с гарнизоном форта № 5, блокированного еще в первый день. Успех здесь был обеспечен героическими действиями дивизионных саперов. Ураганный огонь не помешал им снять свыше двухсот мин и расчистить пехоте путь к форту. Саперы извлекли из мин взрывчатку, и командир отделения В. К. Полупанов подорвал ее у стены форта. Однако стена устояла. Второй заряд туда подтащил командир взвода лейтенант И. П. Сидоров. Но и этот взрыв не был достаточно разрушительным. Пришлось снять еще много мин, чтобы сделать два усиленных заряда. Сидоров и Полупанов одновременно подорвали их и проделали наконец в стене большие бреши. Фашисты открыли ураганный огонь по смельчакам. Пока шла огневая дуэль, бойцы, лейтенанта И. И. Ишкинина закладывали взрывчатку с другой стороны форта, а саперы П. И. Меренков и Г. А. Малыгин укладывали заряд в амбразуру капонира. Оставив товарища в укрытии, Меренков пополз устанавливать детонатор, но был ранен. Малыгин поспешил на помощь другу, но тоже получил ранение. Сам истекая кровью, он оттащил назад Меренкова и произвел взрыв. Почти одновременно подорвал свой заряд и лейтенант Ишкинин. Всем этим мужественным саперам было присвоено звание Героя Советского Союза.

Пока взрывы потрясали стены форта, старшина А. П. Шубин, снайперски стреляя из своего орудия по амбразурам, мешал ведению огня из форта. Подоспевшие штурмовые группы старшего лейтенанта И. Ф. Ткаченко и лейтенанта Р. Р. Бабушкина атаковали гарнизон. Бабушкин со своими бойцами ворвался во двор и загнал фашистов обратно в помещение, куда вслед за ними вскочил рядовой Ф. Т. Чирков и забросал фашистов гранатами. Все эти храбрецы также были удостоены звания Героя Советского Союза.

К вечеру остатки гарнизона форта № 5 сложили оружие и над ним взвился красный флаг.

Наступавшие левее 43-й армии 81-й и 124-й стрелковые корпуса 50-й армии в этот день с трудом продвигались к северо-восточной части Кенигсберга, а наступление соединений 11-й гвардейской с юга развивалось все более удачно. Генерал К. Н. Галицкий доложил, что дивизии его правофлангового 8-го гвардейского стрелкового корпуса настойчиво пробиваются к реке Альтер Преголь. 26-я и 5-я гвардейские стрелковые дивизии генералов Г. И. Чернова и Г. Б. Петерса, овладев артиллерийским заводом и рядом других предприятий, приступили к штурму фортов, окружавших Зюд-Парк.

16-й гвардейский стрелковый корпус, генерала С. С. Гурьева разгромил гарнизон сильного узла обороны в пригороде Понарт, потом, пробиваясь к реке Прегель, ворвался на железнодорожный вокзал, что находится на юго-западной окраине Кенигсберга, и после упорного боя захватил его. Столь же решительно действовали гвардейцы 36-го корпуса генерала П. К. Кошевого. Форсировав расу Беек, они с ходу ворвались в Нассер-Гартен — последний узел обороны на подступах к реке Прегель — и к концу дня очистили его от фашистов, выйдя на широком фронте к реке. Первыми туда в районе Континен пробились части 16-й гвардейской стрелковой дивизии генерала М. А. Пронина, а вслед за ними правее — части 18-й гвардейской генерала Г. И. Карижского.

Таким образом, в течение второго дня штурма корпуса армии К. П. Галицкого овладели всеми узлами обороны на подступах к центру города с юга, вышли к третьему рубежу обороны противника, а на флангах пробились к реке Прегель.

Фашистское командование предпринимало настойчивые попытки оказать помощь гарнизону Кенигсберга со стороны Земландского полуострова. Командование группы «Земланд» стягивало силы для контрудара по войскам 43-й армии с запада, но настойчивые атаки армии И. И. Людникова западнее Метгетена надежно сковывали их. Поэтому гитлеровцам 7 апреля пришлось ввести в дело 5-ю танковую дивизию главную ударную силу группы «Земланд». Она в течение дня предприняла 18 контратак, но, несмотря на это, войска генерала И. И. Людникова заняли населенный пункт Лазенкайм.