Так шли мы к победе - Баграмян Иван Христофорович - Страница 139

В этот день в наступление перешли 2-я гвардейская и 5-я армии, что еще более уменьшило возможность нанесения врагом контрудара с Земландского полуострова.

И третья ночь не принесла фашистам передышки. Бомбардировщики дальней авиации и дивизии наших «кукурузников» всю ночь висели над центром города, сбросив на головы фашистов 569 тонн бомб. С 8 часов утра эстафету у них приняли бомбардировщики, штурмовики и истребители фронтовой авиации. В течение двух часов самолеты долбили укрепления противника, а в 10 часов, после окончания артиллерийской подготовки, возобновили общее наступление все армии.

И снова пришлось выкуривать фашистов из каждого укрепления. Правофланговый корпус 43-я армии под командованием генерала Э. Ж. Седулина, оттесняя части группы «Земланд» от Кенигсберга, блокировал форт Королева Луиза. Вскоре пал и он. При штурме форта вновь отличился старший лейтенант Александр Космодемьянский.

Всего несколько часов прошло с тех пор, как ему было приказано принять батарею самоходных артиллерийских установок, но юный командир и в новой должности по-прежнему сражался мастерски. Несмотря на сильный огонь, Космодемьянский подтянул батарею к форту Королева Луиза и, дав залп по амбразурам, повел ее на штурм. На своей машине он таранил ворота форта и ворвался внутрь, а за ним двинулись остальные машины и штурмовые подразделения. Судьба укрепления была предрешена.

13-й гвардейский стрелковый корпус генерала А. И. Лопатина вел тяжелые бои в густо застроенных кварталах северо-западной части города. В этот день мы убедились, что без специально подготовленных штурмовых групп наши войска надолго застряли бы в железобетонном лабиринте крепости. Боевой состав групп действовал на редкость согласованно: автоматчики, используя малейшую брешь в обороне, проникали внутрь опорных пунктов, а если это не удавалось, сопровождавшие их орудия прямой наводки расчищали путь, саперы снимали мины и подрывали оборонительные сооружения, химики дымовыми завесами прикрывали маневр или преодоление открытого пространства. Действуя таким образом, правофланговые дивизии корпуса пробились к реке Прогель южнее Юдиттен и Ратсхоф.

Приблизительно около 3 часов дня генерал А. П. Белобородов, выслушав очередной доклад командира 13-го гвардейского стрелкового корпуса, поспешно отложил телефонную трубку и, повернувшись ко мне, радостно доложил:

— Семьдесят первый гвардейский стрелковый полк дивизии Помрачева[121] в четырнадцать тридцать соединился с переправившимися через реку Прегель частями шестнадцатой гвардейской из одиннадцатой армии.

Вникнув в смысл слов командарма, я с радостью подумал: «Все, мышеловка захлопнулась! Теперь гарнизону не ускользнуть!»

Молча и с теплыми чувствами пожав Белобородову руку, я, однако, не скрыл своего опасения:

— Надо, Афанасий Павлантьевич, подсказать командиру корпуса, чтобы он не допустил восстановления связи гарнизона с Земландским полуостровом…

Командарм немедленно передал это предупреждение командиру правофлангового корпуса. Я не удержался и, позвонив А. М. Василевскому, попросил его дать указания Главному маршалу авиации А. А. Новикову помочь авиацией в срыве попыток фашистских войск деблокировать окруженный гарнизон.

…В то время как правофланговые дивизии пробивались к реке, части 87-й гвардейской стрелковой дивизии генерала К. Я. Тымчика вышли к городскому каналу, а дивизиям 81-го и 124-го стрелковых корпусов 50-й армии удалось в этот день сломить сопротивление врага в пригородах Пальфе и Марауненхофе. Особенно ожесточенный бой вели воины 343-й стрелковой дивизии генерала А. Л. Кроника, когда они выбивали фашистов с товарной станции и из паровозного депо. Генерал Ф. П. Озеров, введя в 16 часов в сражение 2-ю стрелковую дивизию полковника М. И. Перевозникова, форсировал продвижение навстречу корпусам 11-й гвардейской армии, которые в этот день тоже с возросшим упорством стремились соединиться с армиями Белобородова и Озерова.

Первыми, как уже упоминалось выше, удалось это осуществить частям 36-го гвардейского стрелкового корпуса генерала П. К. Кошевого. Это его 16-я гвардейская стрелковая дивизия на западной окраине Кенигсберга соединилась с войсками 43-й армии.

К форсированию реки Прегель командир дивизии приступил еще в ночь на 8 апреля. Генерал М. А. Пронин ночью начал преодолевать реку силами трех штурмовых отрядов из 46-го и 49-го гвардейских стрелковых полков. Начало было удачным, но противник на это немедленно ответил яростными контратаками, и переправившиеся подразделения 49-го полка были отброшены назад.

Удаче штурмового отряда другого полка способствовали смелые действия стрелкового взвода лейтенанта Леонова, одновременно с которым в числе первых переплыл реку парторг роты Третьяков с бойцами Абашевым и Брыковым. Храбрецы внезапно для фашистов высадились на берег и подняли такой шум, словно их было не меньше батальона. Гитлеровцы растерялись. Пока они собирали силы для контратаки, реку форсировал весь штурмовой отряд, которому удалось захватить и удержать плацдарм в районе завода «Унион». Пронин стал немедленно переправлять на захваченный плацдарм главные силы сваей дивизии. Им помогли вовремя подоспевшие туда эскадрильи штурмовиков майора Коровина и капитанов Асадчих и Пятери. Вслед за дивизией генерала Пронина начали форсирование реки части 18, 31 и 11-й гвардейских стрелковых дивизий генералов Г. И. Карижского, И. Д. Бурмакова и Н. Г. Цыганова.

В 31-й гвардейской стрелковой успех форсирования обеспечили стремительные действия воинов 95-го гвардейского стрелкового полка. Они первыми пробились к железнодорожному мосту через Прегель. Гвардейцам 3-го батальона удалось перебраться по искореженным фермам моста на другой берег. Они внезапно атаковали фашистов с тыла и помогли переправиться главным силам своего полка, который после форсирования реки повел решительное наступление вдоль берега в направлении к Цитадели. А к этому времени 97-й и 99-й гвардейские стрелковые полки этого соединения, овладев в ходе ожесточенного боя машиностроительным заводом, пробились к Цитадели с юга.

11-я гвардейская стрелковая дивизия приступила к форсированию в 9 часов 30 минут. Первым начал преодоление реки штурмовой отряд 40-го гвардейского стрелкового полка. Солнечные лучи еще не успели разогнать утренний туман, когда, над рекой поднялась плотная стена дымовой завесы. Ослепленные фашисты не видели, как гвардейцы устремились к противоположному берегу на автомобилях-амфибиях и на различных подручных средствах. Поэтому они стреляли наугад. Наши бойцы появились на другом берегу внезапно, и это обеспечило им успех. Пока они вели бои за расширение захваченного плацдарма, штурмовые отряды 33-го гвардейского полка переправились сюда по железнодорожному мосту.

Таким образом, 8 апреля лишь 8-му гвардейскому стрелковому корпусу не удалось форсировать реку. Его дивизиям пришлось вести тяжелые бои по уничтожению фашистов засевших в мощных фортах.

Анализируя итоги третьего дня штурма, мы пришли к выводу, что у гарнизона Кенигсберга остается последний шанс на спасение: ближайшей ночью внезапно ударить вдоль берега реки Прегель и пойти навстречу войскам оперативной группы «Земланд». А если фашисты не решатся на этот отчаянный шаг, то им остается одна надежда — упорной обороной наиболее укрепленного третьего рубежа, который окружал густо застроенную центральную часть города с королевским замком в центре, только продлить свое существование на несколько дней.

Хочу напомнить читателю, что этот последний оборонительный рубеж опирался на сплошную цепь прочных бастионов, равелинов, высоких башен с толстыми стенами и на многочисленные железобетонные сооружения для огневых средств.

Но в одном положение гарнизона несколько улучшилось: теперь мы были лишены возможности массированно применить бомбардировочную авиацию по такой небольшой площади из-за опасений ударить по своим войскам.

Видя обреченность все еще продолжающего сопротивление гарнизона и стремясь избежать напрасного кровопролития, А. М. Василевский решил обратиться к окруженным с предложением сложить оружие, гарантируя всем сдавшимся жизнь и возвращение на родину после войны. Это обращение было немедленно передано по радио и через громкоговорящие радиоустановки на переднем крае.