Доктор Кто. 11 историй (сборник) - Гейман Нил - Страница 54

– Да, именно так она и поступает, – кивнул Доктор.

Она сделала еще несколько шагов в его сторону, не сводя пистолета с его груди, и опустилась на стул через пару столов от него.

– Такого не бывает! Никакой патоген не может воздействовать на столь разные существа! И фауну, и флору…

– Ни один земной патоген, – произнес Доктор.

– Земной?..

Он увидел, как глаза Чэн под маской сузились.

– Вы говорите… что это попало из?..

– Попало из космоса, да, – ответил Доктор, небрежно вертя в пальцах солонку. – Посевочный зонд фон Ноймана.

– Кого?

– Фон Ноймана. Назван в честь одного из ваших ученых, Джона фон Ноймана, который создал теорию развития подобного создания. Генетически созданный патоген способен выжить в глубоком космосе, дрейфуя, пока не попадет на планету с приемлемыми условиями обитания. Затем он выходит из спячки и начинает действовать.

– Начинает действовать?

– Сначала он распространяется, подобно вирусу. Начавшись с горстки частиц, заражает и изменяет клетки, перепрограммируя их ДНК. Заражает все, с чем контактирует. Репродуцирует миллионы копий самого себя из сырья зараженного организма, и зараженные клетки разрушают организм жертвы в целом.

Чэн кивнула.

– Да… да, именно это мы и видели.

Она поглядела в окно на пустую улицу.

– Все органическое, – снова кивнув, сказала она. Именно этому она стала свидетелем. – Все… начинает разлагаться, превращаясь в эту черную слизь.

– Этот процесс – первая стадия действия патогена. Набор органической массы. Как можно больше и как можно быстрее. У этой жидкости есть зачатки разума, если так можно сказать. Потом она пытается собраться воедино. Если хотите, перегруппироваться. Чем больше собирается поглощенной массы, тем сложнее становится внутренняя структура.

– Внутренняя структура?

– Эта черная слизь – трансморфная жидкость. Она может реструктуризировать себя во что угодно, получив генетические шаблоны. И может даже комбинировать их. Чем больше ее соберется, тем более сложные создания она может образовать.

Капитан Чэн внимательно поглядела на него.

– Откуда вы так много об этом знаете?

Доктор увидел, как ее глаза внезапно расширились.

– Боже мой! Это не отдельная вспышка? Это случилось где-то еще?

– Были миллионы вспышек, Эвелин. В миллионах миров, на протяжении миллиардов лет.

Ее глаза снова сузились. Она молча глядела на него.

– Кто вы такой, ради всего святого?

Доктор задумался над уместным ответом. Может быть, стоит потратить время на то, чтобы объяснить, кто он такой. Объяснить, что его раса, Повелители Времени, однажды подверглись нападению точно такого же патогена. В юности он читал об эпидемии на Галлифрее, это было так давно. Спора попала в их мир за тысячу лет до его рождения. Несколько сотен тысяч Повелителей Времени умерли, прежде чем они смогли справиться с эпидемией, разработав ген врожденного иммунитета, чтобы уже больше никогда не быть уязвимыми перед инфекцией. Можно все это объяснить, но время работает против них. Надо объяснить все коротко и просто. Пока хватит и быстрого ответа.

– На паре сайтов о теориях заговора вы сможете найти упоминание обо мне. Подозреваю, что у одного-двух правительств есть на меня обширные досье. Я известен, как Доктор. Достаточно будет сказать, что я родом не отсюда. – Он поджал губы. – Объяснения подождут, капитан Чэн. У нас не слишком много времени. Вы сказали, что на вас напали?

Она кивнула.

– Существа вроде крабов. Их были сотни. Прорезали костюмы и забирались внутрь. – Она на мгновение прикрыла глаза. – Я едва успела убежать.

– Вы единственная, кто выжил?

Чэн покачала головой и бросила взгляд на распашные двери за стойкой.

– Еще был Резерфорд.

Доктор увидел темно-кровавый отпечаток на створке двери.

– Одна из этих черных ниток слизи. Резерфорд попытался взять образец. Мы думали, это просто жидкость.

Она покачала головой, пытаясь осознать то, чему стала свидетелем.

– Но она отдернулась, а потом бросилась на него. Пробила маску.

Она отвела взгляд.

– Я пыталась спасти его. Но он умер в считаные минуты. Если не секунды. Я притащила его сюда…

– Он сейчас там? За дверьми?

– На кухне.

Доктор поглядел на распашные двери. Чэн схватила полотенце и завязала его на ручках дверей. Вряд ли это сильно поможет, но по крайней мере она его поняла.

Лучше не открывать. И не входить внутрь.

– Держите эту дверь хорошенько закрытой, Эвелин. Что бы вы ни делали, не заходите внутрь.

Она быстро кивнула.

– Я заглядывала туда минут двадцать назад. – Она сдавленно всхлипнула. – Это ужасно. Резерфорд был…

– Это существо проходит определенные этапы. Этап первый – накопление и сбор биомассы. Он произошел еще до вашего прихода. На втором этапе оно начинает создавать простейшие конструкции – создания, за неимением лучшего термина, – в качестве оборонительной меры. Это вы уже видели. Этап третий… ну…

Доктор постучал пальцами по подбородку.

– Это самый потрясающий этап, на самом деле. Совершенно особенный.

– Что?

Самым любопытным в стадиях развития Споры был ее третий этап. Повелители Времени назвали его «этапом проверки». Загадочные создатели патогена, возможно, давно исчезнувшие, встроили в Спору защитный механизм, чтобы она не уничтожила другую развитую цивилизацию. Вероятно, они опасались, что дрейфующая по космосу инфекция может когда-нибудь вернуться и уничтожить их родной мир. А может, считали неэтичным уничтожение другой разумной расы?

– Так что за третий этап? – спросила Чэн.

Доктор снова поглядел на нее.

– В центре распространения инфекции, точке отсчета, Спора создает разумную матрицу. Мозг, если хотите.

– Мозг?

– Ну, некую разумную сущность.

– Зачем?

– Она задает некий вопрос, – пожав плечами, ответил Доктор. – Ответишь правильно, и мозг приказывает всем клеткам биомассы переключиться с размножения на выработку смертельного токсина, который через некоторое время уничтожает всю систему.

– Зачем она это делает?

– Правильный ответ на вопрос означает разум. Патоген «запрограммирован» так, чтобы избежать уничтожения разумной жизни.

– А если мы не дадим правильного ответа? Что тогда?

Доктор вздрогнул.

– Тогда Спора начнет создавать более сложные конструкции – создания, которые могут бегать, плавать, летать. Создания, которые разнесут инфекцию повсюду. Она станет неудержима. – Доктор сжал губы. – Еще неделя, и все органические существа на этой планете будут превращены в биомассу.

– Не может быть! – выдохнула Чэн.

– Согласно теории, – продолжил Доктор, – некая инопланетная цивилизация создала этот вирус, чтобы «переписывать» природные экосистемы других планет, превращая в их собственные. Сделать эти планеты пригодными для них за сотни, если не тысячи лет до того, как они им понадобятся. Что-то вроде биологического терраформирования с дальним прицелом. Или совершенно омерзительного оружия.

– Но вы… вы сказали, мы можем общаться с этим существом? – Чэн покачала головой. – Прямо говорить с ним?

– «Говорить» – преувеличение. Это будет не так, как мы обмениваемся фразами с друзьями.

– Но оно задаст нам вопрос?

Доктор улыбнулся.

– Да, в этом-то и загвоздка. Люди его не поймут, не говоря уже о том, чтобы ответить на него, ближайшие лет пятьдесят, где-то так.

– Еще пятьдесят лет? – спросила Чэн, ее глаза расширились. – Вы имеете в виду… Вы из…

– Будущего? – закончил за нее Доктор и кивнул. – И прошлого тоже. Можно сказать, я тут достаточно давно.

Он снова поглядел в окно.

– И я уже потерял достаточно времени. Мне нужно найти разумную матрицу как можно скорее. Она не станет ждать вечно с решением вопроса, заслуживает ваша раса сохранения или нет. Мне надо поймать ее прежде, чем она начнет создавать летающие конструкции.