Доктор Кто. 11 историй (сборник) - Гейман Нил - Страница 55

Чэн поглядела на него.

– Вы действительно хотите туда выйти?

– Конечно. И настаиваю на том, чтобы вы остались здесь. И держали дверь закрытой, пока я не вернусь.

Чэн покачала головой.

– Я здесь не останусь. Одна, по крайней мере. Ни за что.

Доктор поглядел на двери за стойкой. Честно говоря, нигде не безопасно, ни внутри, ни снаружи. Теперь, когда Спора уже создает конструкции. Может, ей будет лучше рядом с ним.

– Тогда ладно, – сказал он, пожимая плечами. – Можете идти со мной, если хотите.

Доктор вышел на улицу, Чэн следовала за ним. Он посветил фонарем туда-сюда. Нити черной слизи, перекрещиваясь и сетью покрывая асфальт, расходились от груд почти растворившихся тел и оголенных скелетов. Нити нащупывали друг друга – и сливались.

– Индивидуальные колонии биомассы будут пытаться объединиться друг с другом. Чем больше этой общей массы соберется в одном месте, тем более грандиозные конструкции она попытается создать.

– Она может создавать существа крупнее крабов?

Доктор поднял брови.

– Намного крупнее.

Они медленно пошли по безмолвной улице. Слабый ветерок крутил флюгер с тихим клацаньем. Ветряные колокольчики у входа в хозяйственный магазин издавали отдельные печальные звоны. Медленно крутилось колесо на опрокинутом детском велосипеде, и втулка пощелкивала, словно шарики в «колыбельке Ньютона».

– Мы ищем кое-что определенное – заметное слияние жидкости, нити, ищущие путь к центральному узлу. Это должно выглядеть, как лучи звезды или как десятки рек, текущие к озеру.

– Центральный узел? – переспросила Чэн, глядя на него. – То есть мозг?

Он кивнул.

– И его, Эвелин, эта сущность совершенно определенно будет защищать.

Они миновали медпункт, рядом с которым в беспорядке стояли несколько машин, перегораживая улицу. Видимо, многие горожане пытались добраться сюда, но некоторые умерли, даже не дойдя до двери.

– О Боже, – прошептала Чэн. – Наверное, это было ужасно. Должно быть…

Она остановилась, как вкопанная, тут же вскидывая пистолет и отработанным движением принимая стойку для стрельбы.

– Что такое?

– Движение. Вон там. Между машин.

Доктор быстро повернул фонарь туда, куда она целилась. Конус света отразился от грязного лобового стекла фермерского пикапа и отполированного до блеска капота «Шевроле».

– Там что-то есть, – прошептала Чэн.

В резком свете фонаря они увидели, как движется нечто темное и округлое.

– Ага, – сказал Доктор, – теперь вижу.

Снова движение. Темная фигура, размером с большую собаку, с суставчатыми, как у паука, ногами и покрытая жестким панцирем, вспрыгнула на капот «Шевроле». Машина слегка закачалась под ее весом.

Чэн спустила курок, и пистолет дернулся. Пуля пробила органическую броню твари, и наружу хлынули потоки черного вещества. Создание, черное и блестящее, упало и задергалось.

– Отличный выстрел. Молодец.

Чэн тяжело дышала, стекло ее маски начало запотевать.

– Повезло. Я… я не с-стреляла с самой учебки.

Из-за машин появилось еще одно создание. Дернув рукой, Чэн выстрелила. Разлетелось в куски лобовое стекло. Она выстрелила снова, и они услышали глухой хруст, будто треснуло огромное яйцо. Борт стоящей поблизости «Хонды» обдало слизью. Создание исчезло.

Но на смену ему появились еще четыре.

Чэн выстрелила в одного и промахнулась.

Она стреляла снова и снова, но твари все прибывали. А потом пистолет беспомощно защелкал в ответ ее нажатиям на спусковой крючок.

– О нет… Я все.

Тварей было уже около дюжины, каждая размером с взрослого ротвейлера. Темные, блестящие, низко припавшие к земле на суставчатых, как у насекомых, лапах, безголовые и безглазые, они походили на злобных жуков. И медленно приближались.

Чэн застонала. Доктор схватил ее за руку и дернул назад, а затем загородил собой.

– Что вы делаете?

– Пришла одна мысль, – быстро ответил он, а затем, подняв руки, осторожно подошел к надвигающимся созданиям. Жукообразные твари зашипели и… замерли.

– Да. Как я и ожидал. Начинается стадия проверки. Она ждет контакта с разумной формой жизни. Готова разговаривать. Готова задать вопрос. – Он оглянулся на Чэн через плечо. – Но она не будет ждать вечно. Вы понимаете? Нам надо быстро ее найти.

Чэн нервно кивнула.

Доктор повел лучом фонаря.

– Эти создания собраны здесь для охраны мозга. Он должен быть совсем близко. Посмотрите, Эвелин. Посмотрите кругом. Видите что-нибудь?

Она начала водить по сторонам своим фонарем, вдоль перекрещивающихся темных линий, которые сливались в более широкие русла. Одна из линий явно играла роль главной артерии, к ней тянулись остальные, будто мотыльки на пламя свечи. Эта линия дальше по улице превращалась в толстую кожистую трубу размером с пожарный шланг, пульсирующую и подрагивающую от текущей внутри органической жидкости.

Чэн проследила за ней и увидела, что труба подходит к кузову грузовика, стоящего метрах в пятидесяти от них у небольшого городского сквера. Там же находились несколько десятков торговых стоек. Похоже, в Форт-Кейси готовились к базарному дню, когда в город пришла Спора.

Кожистая артерия изгибалась перед кузовом и затем расходилась по всей ширине загрузочной рампы, а ее конец исчезал в машине.

– Выглядит многообещающе, – пробормотал Доктор. Он отступил от тварей и обернулся к Чэн. – Полагаю, нам нужно идти к машине. И делать это с исключительно мирным видом.

Она согласно кивнула. Обходя тварей, они медленно пошли по улице в сторону грузовика.

Подойдя ближе, Доктор смог разглядеть логотип на борту кузова: «Бернард и сыновья – поставки курятины». Он осторожно перешагнул через толстые притоки вязкой жидкости, ведущие к грузовику.

Все дороги ведут в Рим.

Наконец они остановились у погрузочной рампы, и Чэн посветила фонарем вверх. Внутри были видны десятки стоящих одна на другой проволочных клеток. Пол контейнера, будто снегом, был покрыт перьями. В клетках валялись кости, клювы и когти – останки того, что было сотнями инкубаторских цыплят. Ныне они превратились в черную жижу, свисающую с клеток полосами пульсирующей слизи и покрывшую внутренние стены контейнера. От черных полос отходили толстые щупальца, раскачивающиеся в воздухе, будто незрячие змеи.

В дальнем конце кузова жидкость собралась в ком, похожий на содержимое лавовой лампы и влажно блестящий в свете фонарей. Она переливалась, вспухала, пуская пузыри, а иногда принимала и более сложные формы. Вот грудь и ноги человека… голова и шея лошади… собачья морда…

– Что оно делает? – судорожно сглотнув, спросила Чэн.

– Полагаю, она пробует, какие конструкции можно построить на основе уже обретенной ДНК.

По полу бегали твари поменьше, не такие вычурные, похожие на помесь рака и таракана. Свет фонаря Доктора выхватывал десятки карабкающихся друг на друга существ, колышущееся месиво жестких суставчатых ног, когтей, острых шипов, панцирей и серых волосков. Он подозревал, что если создания кинутся на них, то своими острыми когтями и жвалами сдерут с них всю плоть в считаные минуты. Надо было быстрее вступать в связь, прежде чем Спора решит, что ей угрожают, и даст команду к наступлению армии защитников.

– Привет, – тихо сказал он.

Масса в дальнем конце кузова запульсировала при звуке его голоса. Затем одно из щупалец начало быстро утолщаться и удлиняться, забирая вещество из общей массы и протягиваясь к Доктору.

– Доктор, поберегитесь! – прошептала Чэн.

– Все нормально. Оно так здоровается, – ответил Доктор, посмотрев на нее. – Надеюсь.

Как же мне общаться с этим существом?

Доктор погрузился в давно позабытые истории о том, что происходило на Галлифрее, вытаскивая их из темных уголков своего сознания. Нашлось кое-что: один ученый намеренно заразился, позволил клеткам этого существа проникнуть внутрь себя, и связь произошла на некоем микробиологическом уровне.