Право на любовь - Баррет Сьюзен - Страница 16

Ранним воскресным утром Карен сидела, склонившись над чертежной доской, и копировала чертеж в свой блокнот. Зевнув, она потянулась рукой к стоявшему на краю стола кофейнику, намереваясь налить себе кофе. Она приступила к работе еще до рассвета, и теперь чувствовала, как от усталости ломит плечи. Однако набросок чертежа был уже готов. Роуэну он понравится. Карен вздохнула и снова углубилась в бумаги.

Дверь офиса распахнулась, с грохотом ударившись о стену вагончика, и в проеме возникла фигура Роуэна. От неожиданности Карен захлопнула блокнот и, нечаянно задев кружку, выплеснула ее содержимое на лежавший на столе чертеж.

— Черт! — пробормотала она, пытаясь одной рукой достать тряпку из ящика, а второй приподняв уголок чертежа, чтобы не дать луже растечься.

— Позвольте, я вам помогу. — Роуэн сунул ей в руку несколько салфеток.

— Спасибо. — Промокнув воду, Карен устранила последствия наводнения.

Он смотрел ей через плечо, изучая чертеж.

— Вы хотели меня видеть? — бесстрастно поинтересовался он, не отрывая глаз от чертежной доски.

— Да, — обернулась Карен, — я как раз думала…

— Гм, — перебил он, — вы упустили детали для второй опоры.

— Она не нужна. Взгляните сюда… — Карен указала на набросок в верхнем углу чертежа, — я спроектировала одну универсальную опору для каждой из вертикальных балок и добавила горизонтальное крепление для продольных секций.

— Я представлял себе по-другому.

Лицо Карен окаменело.

— Разработка этой конструкции поручена мне, а не вам. Я сделала калькуляции для каждого варианта, — она постучала кончиком карандаша по испещренному цифрами листу бумаги, — все предусмотрено, можете убедиться.

Цепкий взгляд Роуэна скользнул по чертежу, затем он взял лист с подготовленными расчетами и приступил к тщательному изучению колонок цифр.

Откинувшись на спинку стула, Карен разглядывала его прямые черные брови, глубокую ямку на подбородке, покрытом едва заметным налетом пробивающейся щетины. До чего же он привлекателен, но как холодно и неприветливо держится с ней!

«Я напрасно трачу время», — подумала она, следя за тем, как он водит вдоль колонки цифр длинным загорелым пальцем с аккуратно подстриженным ногтем. Наверное, его руки, с такой нежностью скользящие по бумаге, не менее чувственно ласкают других женщин? Так же нежно, как ласкали ее? Она провела языком по губам. Неужели бывают минуты, когда этот невыносимый и загадочный мужчина все же теряет над собой контроль?

Роуэн еще раз просмотрел чертеж и вернул ей листок с расчетами.

— Согласен, — заявил он. По его голосу Карен догадалась, что сумела завоевать его уважение, пусть он и не хотел этого признавать. — Оригинальная идея, и справились вы вполне профессионально.

— Благодарю, но я хотела поговорить с вами не о проекте. — Карен набрала полную грудь воздуха. — Я хотела сказать, что решила переехать в деревню.

Роуэн резко повернулся к ней. Увидев мрачно сдвинутые брови, Карен испугалась.

— Значит, вы так решили? — Переспросил он, глядя на нее в упор своими серыми глазами. — Какие же соображения привели вас к подобному решению?

Карен вдохнула поглубже.

— Мне захотелось пожить у Мэгги — у нее есть свободные комнаты. Кроме того, мне нужно…

— Вы проявили недальновидность. Я не располагаю лишним автомобилем, уж не говоря об излишках времени, чтобы возить вас в деревню и обратно, потакая вашим прихотям.

— Это не прихоть, — возразила Карен, стараясь, чтобы у нее не дрожал голос, — я буду добросовестно выполнять свою работу и оставаться на участке столько, сколько это будет необходимо.

— Вот именно — вы останетесь! — взорвался Роуэн, изо всех сил стукнув себя кулаком по ладони. — Точно так же, как и остальные члены бригады, и в случае необходимости будете работать даже ночью, что случается не так уж редко.

— Вы не имеете права отдавать такие распоряжения.

— Я имею право отдавать любые распоряжения, — отрезал он, — потому что именно я отвечаю за проект.

Это было сказано таким непререкаемым тоном, что Карен невольно отшатнулась. Чтоб ему провалиться! От злости она готова была вцепиться ему в глаза, но усилием воли заставила себя придержать язык. Ей стало ясно, что переубедить его не удастся, даже если она будет спорить с ним до хрипоты. Дав волю своему негодованию, она только ожесточит его сопротивление и испортит отношения между Леонардом и Пикерингом. В сотый раз пожалев о том, что дала свое согласие на эту поездку, Карен отвернулась.

Роуэн стоял, поставив на выдвинутый ящик стола ногу в тяжелом ботинке, и не отрываясь смотрел на нее. Глаза Карен метали молнии, губы сжались в тоненькую ниточку. Судя по выражению ее лица, она приготовилась дать ему беспощадный отпор. Но почему-то промолчала, чем обескуражила его. Очевидно, она догадалась, что он не изменит своего решения, и уступила. Такую покладистость можно только приветствовать. Может быть, в глубине души эта Карен Уильямс — настоящий порох, но и в здравомыслии ей не откажешь.

— Карен, — Роуэн заставил себя говорить спокойно, — я не могу разрешить вам покинуть участок. Для нас крайне важно закончить строительство до начала осенних бурь. — И он снова склонился над чертежом. — Если наши условия вам не подходят, зачем вы приехали сюда?

— Я не вызывалась, — пробормотала она, — меня назначили. Должен был приехать другой человек.

Он встретился с ней взглядом.

— Ах да, Джефф Эллис. Так почему же он не приехал?

— Его жена умирает от неизлечимой болезни. Он не мог ее оставить.

— Понимаю. А как же вы? Наверное, вам тоже пришлось с кем-нибудь расстаться?

— С матерью, — ответила она, решив, что он неудачно сформулировал вопрос, — но она не нуждается в моем постоянном присутствии.

Глубоко вздохнув, Роуэн наконец решился задать вопрос, который не давал ему покоя с того самого момента, как она появилась на участке:

— А что же ваш друг? Он не возражал против вашей поездки?

Карен замялась:

— Не понимаю, какое отношение к работе имеет моя личная жизнь.

Роуэн пристально рассматривал карандаш, который взял у нее со стола.

— Насколько я понимаю, мистер Долки очень ценит вас.

— Вы разговаривали с Леонардом? — просияла Карен. — Когда же?

— Сегодня утром. Он просил передать вам, что отправил документы, которые вы у него просили.

— Отлично, теперь мне не придется искать дубликаты.

— Кроме того, он сказал, что вместе с ними отправил и ваши любимые тапочки. — Взгляд Роуэна снова уперся ей в лицо. — Вы в близких отношениях с Долки?

Карен вспыхнула от ярости:

— Вы заблуждаетесь. Леонард Долки — пожилой человек и годится мне в отцы. Если хотите знать, то моя мать интересует его куда больше, чем я.

— Он англичанин, — констатировал Роуэн, сам поражаясь тому, с каким облегчением выслушал ее ответ. Какое ему дело до ее сердечных привязанностей?

— Леонард уехал из Йоркшира тридцать лет назад… еще в шестидесятые годы…

Но Роуэн уже не слушал ее, погрузившись в собственные размышления.

Возможно ли, чтобы женщина с такой внешностью не поддерживала романтических отношений с каким-нибудь мужчиной? Он понимал, что красота Карен не ограничивалась только внешностью. В тех случаях, когда во время разговора ему удавалось воздерживаться от язвительных замечаний, ее суждения неизменно поражали его своей оригинальностью, искренностью и юмором. К тому же она чертовски сообразительна и приятна в общении. Интересно, выражает ли она наслаждение с той же откровенностью, с какой высказывает свое мнение?

Роуэн заставил себя выбросить из головы посторонние мысли и сосредоточиться на ее словах.

— …с группой авиаконструкторов, — закончила она.

— Ах да, старик из бригады де Хэвилленда. Жаль, что их больше нет с нами. Это были лучшие инженеры Англии. — Направив мысли в нужное русло, Роуэн положил карандаш на место и собрался уходить. У двери он остановился. — Завтра мне нужно будет съездить в Йорк. Если вы уже составили список материалов, то, возможно, не откажетесь познакомиться с персоналом управления? Вы сможете просмотреть список подрядчиков, а заодно сделать необходимые покупки.