Двор шипов и роз (ЛП) - Группа A Court Of Thorns And Roses by Sarah J. Maas - Страница 41

— Я думала, болезнь многих отпугнула.

— Да, и всё же некоторые из них будут. Просто… держись подальше от них всех. В доме ты будешь в безопасности, но если ты столкнёшься с кем-то их них до того, как мы зажжём костры на закате через два дня, игнорируй их.

— Значит, я на ваш обряд не приглашена?

— Нет. Ты — нет, — он сжимал и разжимал пальцы, снова и снова, словно пытаясь удержать проступающие когти.

Хоть я и пыталась это игнорировать, в груди немного сжалось.

Мы возвращались в напряжённой тишине, которой между нами не было уже несколько недель.

Когда мы вошли в сад, Тамлин мгновенно застыл. Не из-за меня или нашего неловкого разговора — это была та ужасающая тишина, что обычно означает близкое присутствие одного из мерзких фэйри. Тамлин низко зарычал, оскалив клыки.

— Спрячься, и, что бы ты ни услышала, не выходи.

Затем он исчез.

Оставшись одна, я, как какая-то идиотка, оглядывалась по сторонам гравиевой дорожки. Если там действительно что-то есть, меня легко заметят на открытом пространстве. Возможно, это постыдно — не прийти к нему на помощь, но… он Высший Лорд. Я буду только мешать ему.

Едва нырнув за живую изгородь, я услышала приближающихся Тамлина и Люсьена. Я молча выругалась и замерла. Возможно, я могла бы прокрасться через поле к конюшням. Если что-то неладно, то конюшни станут не только укрытием, но, если придётся сбежать, я найду там лошадь. Я собиралась сделать несколько шагов к высокой траве за пределами сада, когда рык Тамлина всколыхнул воздух по другую сторону изгороди.

Я обернулась, как раз достаточно, чтобы следить за ними сквозь густые листья. «Спрячься» — велел он. Если я сейчас пошевелюсь, меня, несомненно, заметят.

— Я знаю, что сегодня за день, — сказал Тамлин, но не Люсьену.

Вернее сказать, они оба стояли лицом к… пустому месту. К кому-то, кого там не было. К кому-то невидимому. Я бы подумала, что они решили надо мной подшутить, если бы не услышала ответ бестелесного, низкого голоса.

— Твоё поведение продолжает вызывать интерес во Дворе, — сказал голос, глубокий и свистящий. Несмотря на тёплый день, я вздрогнула. — Она начала интересоваться — интересоваться, почему ты ещё не сдался. И почему, не так давно, были обнаружены четыре мёртвых нага.

— Тамлин не похож на прочих дураков, — отрезал Люсьен, развернув плечи, выровнявшись во весь рост. Воин. Таким я ещё никогда его не видела. Неудивительно, что у него в комнате столько оружия. — Если она ждёт склонённых голов, тогда она ещё большая идиотка, чем я предполагал.

Голос зашипел, у меня кровь захолонула от этого звука.

— Так плохо говорить о той, кто держит ваши судьбы в своих руках? Она одним словом может разрушить это жалкое поместье. Она не была рада, когда узнала, что ты отправляешь своих воинов, — казалось, голос повернулся к Тамлину. — Но, так как из этого ничего не вышло, она предпочла это игнорировать.

Высший Лорд гортанно зарычал, но, когда заговорил, его слова были спокойны:

— Передай ей, что мне надоело убирать мусор, который она сваливает на моих границах.

Голос усмехнулся — звук, словно просыпался песок.

— Она оставляет их в качестве подарков — и напоминаний о том, что случится, если она заметит, что ты пытаешься нарушить условия…

— Он не пытается, — зарычал Люсьен. — А теперь — выметайся. Нам хватает вашего отродья, кишащего на границах — нам ни к чему твои дефиле по нашему дому. Если на то пошло, держись подальше от пещеры. Это не какая-то общая дорога для такой грязи, как ты, чтобы путешествовать, когда им заблагорассудится.

Тамлин согласно рыкнул.

Невидимка снова рассмеялся. Ужасный, злобный звук.

— Хоть у тебя и каменное сердце, Тамлин, — невидимка заговорил и Тамлин застыл. — Внутри него у тебя полно страха, — голос переключился на напев. — Не беспокойся, Высший Лорд, — он выплюнул титул, как издёвку. — Довольно скоро всё будет в полном порядке.

— Гори в Аду, — ответил Люсьен за Тамлина, а невидимка опять рассмеялся, прежде чем громко взмахнули кожистые крылья, вонючий ветер ударил мне в лицо и всё стихло.

Спустя мгновение, они глубоко вздохнули. Я закрыла глаза, тоже нуждаясь в выдохе, чтобы успокоиться, но массивные руки сжали мои плечи и я вскрикнула.

— Он ушёл, — сказал Тамлин, отпуская меня. Это было всё, что я могла сделать, лишь бы не упасть в живую изгородь.

— Что ты слышала? — требовательно спросил Люсьен, выйдя из-за угла и скрестив руки на груди.

Я перевела взгляд на Тамлина, но его лицо было настолько побелевшим от злости — злости на то нечто — что мне снова пришлось посмотреть на Люсьена.

— Ничего — я… Ну, ничего, что мне было бы понятно, — сказала я то, что и подразумевала. Ничего из услышанного не имело смысла. Я не могла унять дрожь. Что-то в том голосе вытянуло из меня всё тепло. — Кто… что это было?

Тамлин прошёлся, гравий шипел под его сапогами.

— В Прифиане есть некоторые фэйри, которые вдохновляют легенды, которых вы, люди, так боитесь. Такие, как этот, подпитывают мифы реальностью.

В том шипящем голосе я слышала крики человеческих жертв, мольбы юных девушек, которых вспарывали на жертвенных алтарях. Казалось, он упоминает не о «дворе» Тамлина — может, это «она», которая убила родителей Тамлина? Высшая Леди, видимо, вместо Лорда. Учитывая, какими безжалостными Высшие Фэ могут быть к своим семьям, для врагов они должны быть сущими кошмарами. И если есть вражда между Дворами, если болезнь уже ослабила Тамлина…

— Если Аттор видел её… — сказал Люсьен, озираясь.

— Не видел, — сказал Тамлин.

— Ты уверен…

— Не видел, — рыкнул Тамлин через плечо, затем посмотрел на меня, его лицо было всё ещё белым от ярости, губы плотно сжаты. — Увидимся за ужином.

Понимая, что мне лучше уйти, и желая запереть дверь своей комнаты, я плелась в сторону дома, размышляя о том, кто эта «она» такая, что может заставить Тамлина и Люсьена так нервничать, и что способна командовать таким нечто, как её посланник.

Весенний ветер прошептал, что я не хочу этого знать.

Глава 20

После напряжённого ужина, во время которого Тамлин почти не говорил ни с Люсьеном, ни со мной, у себя в комнате я зажгла все свечи, чтобы прогнать малейшие тени.

На следующий день на улицу я не выходила, а когда села рисовать, то на холсте возникло высокое, костлявое, серое существо с ушами летучей мыши и гигантскими перепончатыми крыльями. Он словно бы прыгнул в полёт, его пасть открыта в рёве, ряд за рядом открывая клыки. Пока я рисовала его, я могла поклясться, что ощущала запах его дыхания, от которого разило падалью, что воздух в его крыльях шепчет обещания смерти.

Готовая работа была достаточно леденящей, чтобы я отложила её в дальнем углу комнаты и отправилась пытаться убедить Элис позволить мне помочь с приготовлением еды к Огненной Ночи на кухне. Что угодно, лишь бы не идти в сад, где может появиться Аттор.

День Огненной Ночи — Каланмэй, как назвал его Тамлин — наступил, и я весь день не видела ни Тамлина, ни Люсьена. Когда день склонился к закату, я снова оказалась на главном перекрёстке поместья. Никого из прислуги в птичьих масках видно не было. На кухне не было ни персонала, ни еды, что они готовили в течение двух дней. Грянули звуки барабанов.

Барабанный бой доносился издали — за садом, из-за охотничьего парка, из леса, раскинувшегося за ним. Звуки были глубокими, пробирающими. За одним ударом отзывались два других. Призывающие.

Я остановилась у дверей в сад, глядя вдаль, за пределы территории поместья, где небеса купались в оранжевых и красных оттенках. Вдали, за пологими холмами, ведущими в леса, мерцали несколько огней, перья чёрного дыма взвивались в рубиновое небо — подготовленные костры, что я заметила два дня назад. Меня не пригласили — напоминала себе я. Не пригласили к какому-то празднику, о котором хихикали и смеялись между собой все фэйри на кухне.