Путь к Истоку(СИ) - Штука Анастасия Викторовна - Страница 3

Яснина пыталась держать себя в руках, но подступающая паника давала о себе знать. Кто-то выманил ее подругу в Пограничье, а она практически половину месяца бездействовала, ничего не предпринимая.

-Я найду ее. Не стоит винить себя, Яснина. Ты ничего не знала.

-Не надо успокаивать меня, Рогд. Твое утешение не спасет Велиславу.

Схватив развернутый пергамент со стола, Яснина торопливо вышла из кабинета, поспешно сбегая по пологим, округлым ступенькам.

Используя свои многочисленные связи, она попыталась узнать хотя бы что-нибудь, что могло дать ей пусть и не большую, но зацепку. Однако никто ничего странного или подозрительного не видел. Соседи Велиславы не заметили ничего необычного или загадочного в ее поведении, а возле дома не крутился никто подозрительный. Пойманный Ясниной дворовой клялся и божился, что никого чужого не пускал в дом, и не передавал хозяйке никаких посланий от посторонних людей. Выходило, что письмо с приказом Велиславе подсунули где-то на улице, ведь ни в Ордене, ни в доме не осталось ни малейших следов. Вот почему ее послание было написано таким странным почерком, так не похожим на обычно очень аккуратный и красивый, который усидчивая и дотошная Велислава разрабатывала несколько лет. Гонец, кем-бы он не был, скорее всего подкараулил ее, когда она возвращалась из Ордена и вручил приказ, словно его забыли передать или не успели к моменту ее ухода написать. Что-то важное было в том проклятом пергаменте, раз это заставило ее быстро написать ей пару строк, используя скорее всего стену вместо стола, и не заезжая домой, телепортироваться на границу. Яснина тщательно осмотрела весь дом, но не нашла ничего странного и необычного в привычном расположении вполне узнаваемых ею вещей. Любимый конь Велиславы недовольно бил копытом, застоявшись без хорошей прогулки, что еще раз навело ее на мысль о том, что девушка страшно спешила, предпочтя обходиться без любимого средства передвижения.

Понимая, что Рогд скорее всего приказал парочке своих преданных слуг наблюдать за ней, Яснина торопливо вернулась домой, в большой и роскошный особняк, окруженный пышно цветущим садом, на одной из центральных улиц города, поспешно собрала все необходимые для долгого и обещающего быть не слишком приятным, пути вещи. Пришлось повозиться, разыскивая спрятанные в самых неожиданных местах деньги. Яснина в который раз порадовалась тому, что зачастую забывает относить заработанный гонорар своему поверенному, у которого хранила свои основные сбережения, и кладет их на первый, подвернувшийся под руку, предмет. Собранная сумма заставила ее удовлетворенно кивнуть и спрятать деньги в дорожную сумку. Переодевшись в один из повседневных нарядов, не вызывающих подозрений, она приказала конюшему оседлать Милею, свою любимую лошадь и с самым невинным видом отправилась на окраину города.

Засечь следящих за ней оборотней не составило большого труда, так же, как и отвести им глаза. Яснина с чистой совестью повернула в сторону Северного Тракта, уводящего из столицы, а качественный морок, способный провести даже таких отличных следопытов, поплутал по городу, завернул в пару мест, развозя заказанные у нее сложные охранные амулеты и вернулся домой. В то время, как материальная иллюзия изображала заскучавшую дома ведьму, решившую развлечься перед сном верховой прогулкой по городу, Яснина в спешке покидала его стены, подгоняя несущуюся во весь опор лошадь, обгоняя и распугивая редких, припозднившихся путников.

Она без труда нашла оставленный Велиславой след, но перестраховалась, не решаясь прибегнуть к телепортации. Только ядовито шипящего Рогда ей сейчас для полного счастья не хватало. Пусть дорога займет больше времени, но она будет уверена, что ее не перехватят посреди пути. А в том, что Велислава жива, она была уверена. Камень в золотом перстне на указательном пальце оставался кристально прозрачным, словно чистейшей воды бриллиант. Стоило же случится беде - как он непременно окрасился бы алым пламенем, превращая его в подобие рубина. Маленькая предосторожность, о которой она никогда не рассказывала даже самой Велиславе: несколько лет назад, после памятного и неприятного инцидента, произошедшего во время задания, когда испуганная лесными жителями девушка перепутала заклятья, обращая их в жутких тварей, Яснина покопалась в старинных, редких манускриптах и нашла подробное описание необходимого ей ритуала. Замкнув связь на себя, она настроила очень сильную защиту на Велиславу, бывающую действительно подчас крайне беззаботной и тем самым обезопасила ее от неприятностей, а себя - от напрасных волнений. И судя потому, что защита оставалась непоколебимой, пропавшей колдунье пока не угрожало ничего серьезного.

Уловить оставшийся в пространстве магический след колдуньи оказалось просто: родившаяся и выросшая с пылающей в ее крови силой, Велислава, как и большинство чародеев, не задумываясь, прибегала к магии даже для того, чтобы решить малейшую неприятность. Сколько в свое время Яснина не билась, пытаясь отучить молодую ведьму от этой дурной привычки, все было напрасно: Велислава не представляла свою жизнь без магии, используя ее с толком и без него, при любой возможности. Она соглашалась с тем, что без своей силы останется совершенно беззащитной и очень уязвимой, но была твердо уверена, что переданный через кровь дар, появившийся в ее роду многие века назад, никуда не исчезнет. Что ж, по крайней мере, сейчас ее привычка сыграла ей на руку, избавив от необходимости проверять все вокруг поисковыми заклятьями.

Следуя нежно-фиолетовой нити призрачного света, видимому только ей, Яснина въехала в город, разбитый неподалеку от границы. Пограничье возникло не более десятка лет назад, но свой окончательный статус разделяющей два крупные государства большой полоски земли получило лишь года полтора назад, при новом князе Мораввы. Именно ему, едва взошедшему на трон после гибели предыдущего правителя, в голову пришла идея создания государственной границы, надежно закрывающей расцветающее день за днем княжество от бесконечного потока контрабанды, сомнительных товаров и потока темных личностей, которые до этого момента свободно перемещались между Талвинией и соседней страной. Первым делом он приказал отстроить простаивающий без дела городишко, с населением, едва ли превышающим пару сотен жителей, привыкших жить на этой земле, и поэтому не спешащих покидать территории, на которых каждый день что-нибудь да случалось. Король Талвинии вместе с Советом снисходительно посмеивались над решением новоиспеченного князя, а по столице ходили анекдоты о том, что любому бедняку можно обратиться к новой власти в Моравве, ведь их князю девать деньги просто некуда...

Но злобные и ехидные высмеивания наряду с потоками оскорбительных прогнозов, не сулящих ничего хорошего соседствующему государству, резко прекратились, сменившись бессильной яростью и гневом, когда меньше, чем за год, на приграничных территориях вырос большой город, с огромным гарнизоном прекрасно обученных стражников, которые день и ночь безустанно охраняли границу между странами. А после этого в Талвинию с деловым визитом прибыло посольство от князя, передавшее королю утвержденный приказ о новом налоге, которым облагались купцы и торговцы, желающие продолжать торговые отношения с Мораввой, а также обширный список тех, кого на территорию этой страны стражи границы ни за что не пропустят. Король, захлебывающийся бессильной злостью, приказал вышвырнуть послов из дворца, грозясь срубить им всем головы, разорвал на клочья пергамент и развеял из окна тронного зала.

В тот же день и возникла крепкая и надежная застава, защищающая границу от любого проникновения со стороны Талвинии: на многие десятки километров протянулась высокая, выстроенная на совесть, укрепленная магами и охраняемая сотнями стражей стена, перекрывающая единственное открытое место между двумя государствами. Налог вырос в разы, заставив возмутиться торговцев, зависящих от Мораввы, а список нежелательных гостей удлинился, включив многих именитых людей, имеющих большой вес в обществе и входящих в Совет. Надо отдать должное присланным послам: они не только сохраняли перед угрожающей им опасностью полный достоинства и спокойствия вид, но и прекрасно запомнили всех, кто выступил с резкой критикой против решения их князя. Король взбеленился, приказав разрушить отстроенную стену, не сулящую его стране ничего хорошего, но был остановлен Орденом, который подобные действия расценивал как прямое объявление войны. Рогд ненадолго заперся наедине с бушующим правителем в тронном зале, выгнав недовольно возмущающихся придворных. Никто так и не узнал, чем ему удалось убедить упрямого короля, но приказ отменили. Не утерпев, Совет Талвинии приказал выстроить защитную стену и на своей территории, собрал и отправил на постоянное местожительство на пустующие земли несколько отрядов городской стражи, поручив им заодно и возведение нового города, ввел ответный налог на ввоз товаров и на том успокоился.