Кривые зеркала - Вербицкая Клавдия Валерьевна - Страница 6

Целью нашего пути оказалось неказистое двухэтажное деревянное строение, огороженное высоким забором. Фабьо громко постучал; калитку открыл парнишка лет двенадцати, который удивился нашему визиту, но внутрь пропустил без вопросов. В доме нас встретил внушительный мужчина неопределённого возраста с необъятными мышцами. К нему Фабьо и обратился:

– Кот спит?

– Недавно лёг. Буди сам. Отвернёт голову - я не виноват.

Фабьо кивнул, взял свечу и повёл меня по узкой лестнице наверх. На втором этаже наш путь пролегал по мрачноватому коридору мимо закрытых дверей. Одна из них открылась в довольно просторную комнату, скудно обставленную письменным столом, массивным комодом и кроватью, на которой кто-то спал. Фабьо нерешительно остановился в дверях.

– Кот, - робко позвал он.

– Кто ещё здесь? - Пробормотал недовольно Кот, просыпаясь. - Ты?! Что случилось? - Встревожился он. - И кто это с тобой?

– Слушай, Кот, ему нужна помощь. Ему нужно пересидеть какое-то время, пока его ищут, в безопасном месте.

Кот велел Фабьо зажечь светильник. Когда свет масляной лампы залил комнату, Кот приподнялся на локте и внимательно оглядел меня. По-моему, моя разодранная и перепачканная после спуска по стене и прогулки через заросли одежда, как и попытка сгорбиться, его не обманули.

– Покажи руки. - Я подчинился. Что я мог сделать? От этого человека зависела моя жизнь, и я без возражений подошёл к нему. - Хм! Благородный? И что ты умеешь делать?

– Полезного - не очень много. Но я могу научиться.

– Неплохо сказано. Посмотрим, как будет сделано. И что ты натворил такого, что теперь прячешься? Молчишь? А если я откажусь помогать тебе, пока не скажешь?

– Считай, что я мешаю кое-кому жить.

– Это преступление?

– Нет. Но за это могут убить.

Кот встал с постели, нисколько не смущаясь своей наготы. Я с любопытством рассматривал его худощавую гибкую фигуру, состоящую, казалось, из одних мышц, и совсем не имеющую костей. Он что-то достал из ящика комода, резко обернулся и крикнул: "Лови!" - бросив через полкомнаты мне шарик. Я поймал, а ко мне летел уже второй. Поймав третий, я обнаружил, что больше не удержу. Поэтому четвёртый шарик я бросил обратно, так же крикнув: "Лови!" Кот, усмехнувшись, уронил шарик в ящик.

– Возможно, ты и вправду научишься. Оставайся пока у меня, завтра подберём тебе дело и придумаем, к кому подселить.

Остальные шарики тем же путём отправились на место.

– Спасибо.

– Ишь ты, вежливый! Давай, Малыш, прощайся со своим другом. Тебе давно пора быть… сам знаешь где! - Буркнул Кот в конце недовольно.

– Послушай, я бы остался, но мне и впрямь нужно вернуться! - Обратился он ко мне.

– Подожди. - Я достал горсть монет. Фабьо чуть не задохнулся, но я сделал вид, что не замечаю его возмущения. - Заплатишь стражникам, так безопаснее.

– Тут можно достать женские духи или лучше помаду? - Спросил я хозяина.

Тот понятливо улыбнулся и извлёк помаду из того же ящика, что и шарики. Он попытался мазануть Фабьо по лицу, я перехватил его руку, и оба ошарашено уставились на меня.

– Так будет слишком явно. Нельзя. Магию так не обмануть.

Мои сбивчивые объяснения, к счастью, их не заинтересовали.

– Не так много людей могут схватить Кота за руку. - Сдавленно пробормотал Фабьо.

– Извини. - Я почему-то не придумал ничего лучшего. А потом напомадил губы и предупредил Фабьо: "Не шевелись!" Разумеется, он дёрнулся, когда я поцеловал его в губы. Для надёжности я ещё поцеловал его в висок, и растёр след от помады. - А теперь сотри помаду с губ. Да не так резко! Нужно, чтоб всё было правдоподобно. Смотри.

Я провёл ладонью по губам. Фабьо вынужденно повторил мой жест. Кот отодвинул меня, критически осмотрел следы помады на виске и изрёк:

– Не плохо.

– Если стражники начнут выспрашивать, кто она и какая она, ничего не говори, всё равно правдоподобно не выдумаешь, а, чтобы выдумывать неправдоподобно, ты ещё слишком молод. Постарайся покраснеть, вот как сейчас…

– На себя посмотри!

– … и смущённо прошмыгнуть мимо. Над тобой будут подсмеиваться, не обращай внимания, делай вид, что не понимаешь о чём речь, ну, вроде, ты, как настоящий мужчина, не позволяешь себе обсуждать свою девушку, и всё такое. Слышал, небось, такие разговоры?

– Ага. - Процедил Фабьо и каким-то свободным, даже развязным жестом вытер губы и улыбнулся так, что я невольно усомнился в том, что ему всего лишь тринадцать. Такую улыбку я часто видел у придворных ловеласов, когда они новую фрейлину обсуждали, или у стражников, когда они горничных с кухарками сравнивали. Но у мальчишки?

Кот усмехнулся:

– Малыш умеет быть убедительным. Ему даже придумывать ничего не придётся, достаточно лишь повторить то, что он видел.

– Значит, по этой схеме и действуй, - совладал я растерянностью. - Иди.

– Ещё скажи, будь осторожен! - Фабьо снова стал похож на самого себя, чем меня сильно порадовал.

– Может, лучше сразу приказать?

– Ты ещё хуже Кота!

Фабьо ушёл. А Кот, посмеиваясь, подмигнул мне.

– Однако, благородный, ты удивил меня уже дважды. Нет, трижды. Твой возврат был весьма неожиданным. И помаду правдоподобно стираешь. А говорил, что не так много полезного умеешь!

– А, может, это единственное моё умение!

– Не думаю. Извини, кровать здесь одна, - круто сменил он тему разговора, укладываясь на одной половине кровати, оставляя за мной право занять вторую половину, или располагаться на полу.

Я усмотрел в этом очередной вызов, ещё одно испытание, вроде тех шариков. Я задумался: лечь спать в одежде, или удивить его? Пожалуй, удивить. Я разделся догола, и Кот скосил глаза в мою сторону.

– Свечу задуй! - Всё-таки он оставил за собой последнее слово.

Боги, какое же это счастье, вытянуться на кровати и ни о чём больше не беспокоиться! Я почувствовал, как расползается напряжение, что сжимало меня последние месяцы, освобождая тело от беспощадных оков. Ещё не достаточно, чтобы дышать полной грудью, но вполне довольно, чтобы всласть потянуться.