Имперская гвардия: Омнибус (ЛП) - Лайонс Стив - Страница 464

Неловкое молчание прервано шипением снова открывающейся двери. Там стоит Полковник с компактным стаб-пистолетом в правой руке, громоздкий глушитель навернут на дуло.

Болтливый гвардеец оглядывается, его глаза расширяются от удивления за секунду до того, как первая пуля взрывает ему голову. Весь пол справа от меня заливает кровью и мозгами. Другой быстро разворачивается, но его лазган только на полпути, когда следующий выстрел попадает ему в грудь и откидывает обратно на стену.

— Хватай их, и тащи внутрь, — приказывает Полковник, отходя обратно в оружейную, — изнутри я дам знать остальным в архиве, вскоре они будут здесь. И поручи кому-нибудь разобрать этот беспорядок.

— ВРЕМЯ играть по-серьезному, — говорит Лори, когда мы вместе проходим меж высоких стоек с энергоячейками и боеприпасами.

— Будем надеяться, что никто не припрется для пополнения запасов, — комментирует за моей спиной Лорон.

— Нам нужно что-то мощнее лазганов, — спереди отзывается Полковник, когда мы осматриваем ряды коробок и стойки с оружием, — нам нужно что-то, что убивает с одного выстрела, если мы собираемся столкнуться с таким численным перевесом противника.

Мы еще несколько минут ищем, пока Гудманз не находит стеллаж с пятнадцатью болтерами. Свеженачищенные, они мерцают в ярком, белом свете оружейной, для моего глаза они столь же красивы, как и смертоносны.

— Боеприпасы в этих ящиках сверху, — говорит Гудманз, указывая на ряд черных контейнеров, висящих над болтерами. Лори хватает один и переворачивает его, позволяя содержимому упасть на пол. Внутри около десятка болтерных магазинов, заряженные и готовые к использованию. Она и Лорон начинают нагружать тяжелую рабочую тележку, которую толкает Страйден.

— Мне нужно что-нибудь более скорострельное, — бормочу я про себя, оглядываясь в поисках подходящего оружия.

— И награда Императора будет обильной для тех, кто трудится во Имя его, — с улыбкой произносит Кронин, используя лом, чтобы открыть тяжелый ящик, в котором оказываются упакованные рядам осколочные гранаты. Он начинает кидать их Страйдену, который укладывает их рядом с болтерами.

— Вот это тебе понравится? — спрашивает Гудманз, поднимая длинную винтовку. От ее черной эмали веет страхом и смертью.

— Оох, похоже то, что надо, — оценивающе говорю я, подходя поближе, — что это такое?

— Штурмовая лазерная винтовка образца кузницы Фрактрикса, — отвечает он с улыбкой, с любовью пробегаясь своими узловатыми пальцами по стволу. Впервые с тех пор как я его встретил, он выглядит счастливым.

— Пять выстрелов в секунду, двойная энергоячейка, способная пятьдесят секунд вести непрерывный огонь. Дальномер с множественными целеуказателем. Я был надзирателем на одной из производственных линий, — добавляет он, глядя на меня.

— Надежная? — спрашиваю я, зная, что всегда есть подвох, иначе такое оружие было бы у каждого гвардейца.

— О да, она очень надежна, — уверяет он меня, — единственный недостаток — фокусирующую призму нужно менять каждую тысячу выстрелов, и для этого необходим техноадепт. Не особенно практична для длительных боев, но отлично подходят для нашей задачи.

Я беру винтовку и прикладываю ее к плечу, закрыв левый глаз, чтобы посмотреть через прицел. Я ничего не вижу и в замешательстве смотрю на техножреца.

— Ты должен снять предохранитель, прежде чем оптический массив включится, — говорит он мне, указывая на стержень, размером с ноготь, как раз над спусковой скобой. Я нажимаю на него, и штурмовой лазер начинает тихонько гудеть, пока прогреваются энергоячейки. Снова вздохнув, я смотрю через прицел на остальных. В маленьком окуляре прицела, каждый окружен небольшим, светло-синим сиянием, подчеркивающим их силуэты.

— Он также может работать в температурном режиме, — с гордостью говорит мне Гудманз, — может быть, самих людей ты не увидишь, но точно увидишь их силуэты.

Я усмехаюсь сам себе и поворачиваю лазер так, чтобы винтовка целилась в Полковника. Одно нажатие на спусковой крючок и буря лазерных лучей разорвет его на маленькие кусочки. Я спрашиваю себя, почему я не должен этого делать? Почему бы мне не нажать на спусковой крючок? Но на самом деле я знаю ответ. Для начала, я начинаю осознавать, что Полковник не стал бы так с нами поступать, если бы считал, что есть какой-то альтернативный путь. У него были свои собственные причины, и для него они оправдывали любой поступок, включая убийство трех миллионов человек. У меня была мысль насчет того, в чем они заключались, но я не был уверен. Во-вторых, он был единственным, с кем были хоть какие-то смутные шансы выбраться живыми из Коританорума. Внутри крепости у него есть какой-то тайный агент, и он изучал это место намного дольше, чем любой из нас, и, возможно, знал о нем даже больше Гудманза. Я думаю, что он провел большую часть последних трех лет, планируя эту операцию, и я уверен, что в ней есть пункт, где мы выбираемся живыми. Он, может быть, не планирует взять нас с собой, кто знает, но если я буду держаться поближе к нему, тогда у меня будет самый лучший шанс на спасение. Я снова нажимаю на стержень, и маленький кружок целеуказателя гаснет.

— Бронежилеты и шлемы вдоль следующего прохода, — говорит Полковник, указывая налево. Он разворачивается и видит меня, с направленным в его сторону оружием. Он спокойно смотрит мне в глаза.

— Она подходит тебе, — говорит он и отворачивается, совершенно не обеспокоенный. Он знает, что ему ничего не угрожает. Ублюдок.

— Верно, — объявляю я, закидывая штурмовую винтовку через плечо, — и теперь мне нужны по-настоящему хорошие ножи.

— ПОМНИТЕ, один нам нужен живым, — напоминает нам Гудманз, когда мы толкаем к проходу тележку с оружием и боеприпасами, спрятанными под камуфляжной сетью. Должно быть, снаружи была середина ночи, хотя светополосы сияют здесь столь же ярко, как и всегда. Все спят, или, по крайней мере, мы на это надеемся. Судя по плану, ближайшая плазменная камера была всего лишь в восьмистах метрах от ворот, так что идея была в том, чтобы ударить по врагу мощно и быстро. Мы нападаем на охрану у двери, используем одного живого, чтобы пройти сканер глаз, и затем рвем вперед что есть мочи, штурмуем комнату плазменного реактора и сдерживаем ее от тифонцев, пока Гудманз занимается делом. Техножрец думает, что понадобится пара часов, чтобы деактивировать все печати в плазменной камере, следовательно, нам понадобятся все боеприпасы с тележки, которую мы со Страйденом толкаем перед собой. Шесть человек будут сражаться с целым городом? Я очень надеюсь, что в этот раз Император нас прикроет. Как только все начнется, у нас будет примерно пара часов, чтобы сбежать.

Мы огибаем угол, и нам даже не понадобился приказ открыть огонь. Я стреляю из штурмовой винтовки от бедра, посылаю десятки красных лазерных лучей в тифонцев у ворот, сбиваю людей с ног и оставляю опаленные отметины вдоль стен. Лорон и Лори начинают палить из своих болтеров, разрывные снаряды шарахают рябью пламенных цветков, проделывают дыры размером с кулак в груди тифонцев и отрывают им конечности. Я вижу, как голова гвардейца взрывается от прицельного попадания болт-пистолета Полковника. Один из них умудряется открыть ответный огонь, треск его лазгана еле слышен в перерывах между ревом болтеров. Лазерный луч пронесся вдоль стены и чиркнул Лори по плечу, закружившись, она падает на пол. Страйден поднимает свой дробовик и почти наугад начинает палить в оставшихся гвардейцев, создавая кровавый туман в проходе. И затем, так же внезапно как все началось, бой заканчивается. Несколько секунд концентрированного кровопролития и дело сделано.

Полковник кидается вперед и, одновременно перезаряжая, пробирается мимо искореженных тел тифонцев. Лорон склоняется над своей сестрой-близнецом, на его лице отражается страдание.

— Она в порядке? — спрашиваю я, подходя к ним.

— Все хорошо, — отвечает Лори, вскакивая на ноги, кровь стекает по левой руке, словно оборачивает ее в красный саван. Лорон отрывает полосу от туники мертвого гвардейца, и Лори обматывает ее вокруг бронежилета и рубашки. Оставив Лорона перебинтовывать ее, я проверяю Страйдена и Кронина, которые находились в главном коридоре в конце прохода, следя, чтобы на нас никто не наткнулся. Я слышу, как Полковник издает удовлетворенное рычание, и вижу, как он тащит одного из тифонцев к сканеру сетчатки у ворот. Он приставляет лицо человека, секундой позже ворота начинают отъезжать в сторону.