Имперская гвардия: Омнибус (ЛП) - Лайонс Стив - Страница 465

— Мы внутри, — говорит Полковник, вставляет болт-пистолет под подбородок гвардейцу и вышибает ему мозги, разбрасывая кусочки черепа по сканеру и стенам. Мы секунду стоим там и смотрим на странную сцену, как Полковник держит безголовый труп.

— Двигаемся! — орет он, с глухим звуком бросая тело, и мы бежим, Кронин и Страйден схватили тележку и бросились вперед, Полковник и Гудманз впереди, я и близнецы прикрываем тылы. Когда мы все проходим через двери, я бью по рычагу, который закрывает ее, дверь с хрустом встает на место, я втыкаю гранату в силовой кабель, ведущий к запорной балке. Когда я отбегаю, то слышу взрыв и оглядываюсь, с удовлетворением замечая скрученную мешанину из проводов.

Мое внимание привлекает выстрел болт-пистолета Полковника, со штурмовой лазерной винтовкой наготове я спешу вперед. Впереди оказываются несколько гвардейцев, как раз за изгибом главного туннеля, они используют боковой коридор в качестве прикрытия. Мимо меня с шипением пролетают лазерные лучи, оставляя слабые подпалины, они со свистом впиваются в стены и пол. Полковник присел на корточки за дверью, выставил пистолет и выстрелил наугад, болт оторвал кусок металла от стены.

Я прыгаю вперед, перекатываюсь по полу, когда в нас бьет залп нестройных лазерных лучей, и перебираюсь за дверь слева от прохода. Когда я успокаиваюсь и приседаю, то нацеливаю винтовку на ближайшего тифонца, примерно в двадцати метрах дальше по той же стороне коридора. В прицеле отчетливо подсвечены его голова и плеча, и когда он высовывается из-за угла, я мягко нажимаю на спусковой крючок. Пять лазерных разрядов попадают в верхнюю часть тела, пара из них пролетает насквозь и рассеивается дальше по туннелю. Еще один залп лазерных лучей вынуждает меня нырнуть обратно в комнату.

Это может продолжаться бесконечно, говорю я самому себе, осознавая, что чем дольше нас прижимают здесь, тем больше солдат подойдет в эту зону.

— Гранаты! — ору я, снимая одну с ремня. Когда я швыряю ее вниз по проходу, еще три стучат по полу вслед за ней. Один смелый гвардеец кидается из укрытия, чтобы подобрать их и закинуть обратно, но выстрел Лорона или Лори пробивает ему ногу, взрыв болта разрывает ее в колене. Его крик эхом разносится по коридору примерно секунду, после чего гранаты взрываются, подбрасывая тело в воздух. Пока дым от взрывов не рассеялся, я кидаюсь вниз по коридору, уперев винтовку в плечо, используя прицел, чтобы различать тифонцев сквозь дымку.

Должно быть, я упустил одного в боковом туннеле, потому что пока я стрелял вперед, то почувствовал, как что-то ударило меня в правую сторону шлема, в ушах зазвенело и колени задрожали. Разворачиваясь, я вижу тифонца, мужчину средних лет, его униформа несколько мала ему. Я вижу, как его глаза сузились, пока он прицеливается для следующего выстрела, дуло его лазгана указывает прямо в мое лицо. В меня что-то врезается и отшвыривает в проход, единственное, что я успеваю ощутить — запах падающей на меня Лори. Пока мы катимся по металлическому полу, над нами вспыхивают лазерные разряды. Остановившись, Лори мгновенно вскакивает на ноги и поднимает лазпистолет. Ее первый выстрел проходит чуть ниже, энергетический разряд раздирает гвардейцу бедро. Тот валится на бок, следующий выстрел уходит в потолок. Зато Лори во второй раз не мажет и превращает его пухлое лицо в маленький фонтан крови и разбитых зубов. Тело отбрасывает назад.

— Ты или герой или идиот, — говорит она мне с улыбкой, помогая встать на ноги, — к счастью для тебя, я тоже или смелая или глупая.

В установившейся тишине я слышу, как стонет солдат, его быстро успокаивает выстрел дробовика Страйдена. Я снимаю шлем и смотрю на него, голова еще немного кружится от попадания. Как раз напротив правого уха осталась обугленный кратер, практически прожегший шлем насквозь. Я втыкаю туда палец и шокирован тем, что он свободно проходит. Лазерному разряду не хватило буквально чуть-чуть, там осталась броня не толще тонкого пергамента! Поблагодарив Императора за защиту, я водружаю шлем обратно и подбираю штурмовую винтовку.

Сзади по коридору слышится рев болтера Лорона, должно быть, подходят еще тифонцы. Полковник выскакивает из-за изгиба, буквально таща за собой Гудманза, Кронин, толкая тележку, бежит за ним, ее безумно бултыхает из стороны в сторону, поскольку колеса пытаются одновременно уехать в разных направлениях.

— Тащите его в плазменную камеру, — орет Полковник, толкая Гудманза ко мне и Лори. Зажав престарелого техножреца меж собой, мы направляемся в туннель. Я слышу крики других и звук попаданий в стены и потолок коридора. Громкий «бам» дробовика Страйдена подчеркивает почти постоянный грохот болтера Лорона и болт-пистолета Шеффера, и в свете ярких дульных вспышек, я вижу отбрасываемые ими туманные тени на стенах. Гудманз тяжело пыхтит и едва способен стоять, пока мы тащим его под руки вдоль прохода.

— Сколько еще? — спрашивает Лори сквозь сжатые зубы.

— Еще… еще примерно двести метров, — задыхается техножрец, его лицо бледное, в глазах сквозит боль, вызванная столь стремительно стареющим телом. В этот момент, круглый предмет, размером примерно с кулак отскакивает от потолка и падает на пол прямо перед нами.

— Граната! — шипит Лори, роняя Гудманза и прыгая вперед. Мощным ударом ноги, она отправляет гранату обратно, секундой позже раздается предупреждающий крик, за ним почти мгновенно следует взрыв. Я бросаю Гудманза около стены и готовлю винтовку, в этот момент Лори растягивается на полу и достает болтающийся за спиной болтер.

— Примерно десяток, — говорит она мне, прежде чем открыть огонь, стреляные гильзы каскадом летят из эжектора и кучами падают вокруг нее.

— Дверь слева… — я слышу, как хрипит сзади меня Гудманз.

— Что? — рявкаю я, вслепую стреляя вдоль прохода, пока обернулся к нему.

— Дверь слева… идет вдоль… пять кубриков… — объясняет он, между рваными вдохами, — приведет тебя… к ним в тыл.

— Сдерживай их! — кричу я Лори и кидаюсь через указанную дверь.

— Обязательно! — слышу я ее ответ.

Как Гудманз и сказал, я оказываюсь в одном из соединенных кубриков, каждый примерно десяти метров в длину, трехъярусные кровати стоят вдоль левой стены, справа шкафчики. Я могу видеть два следующих, но из-за резкого изгиба внутреннего круга Коританормуа, остальные не видно. Не верю, что они оставили без прикрытия этот проход и присаживаюсь на корточки. Мне нужно как можно дольше сохранить элемент неожиданности, и пока я крадусь, то бросаю штурмовую винтовку на одну из кроватей, взамен достаю один из шести боевых ножей, которые привязал к груди и к бедру.

Прекрасное ощущение снова чувствовать нож в руке, в душе я всегда любил клинки. Признаюсь, я предпочитаю личный контакт, когда бьешь кого-то — стрелять с расстояние мне кажется несколько оскорбительным. Все же, если какой-то говнюк стреляет в меня, я как можно быстрее отвечу ему, и не стану рисковать своей шеей, чтобы медленно и с большим удовольствием вогнать лезвие меж ребер. Я быстро ныряю обратно, когда первый раз замечаю впереди гвардейца. Под днищем ярусных кроватей для меня вполне хватает места, и я ползу под ними. Проталкиваясь вперед на животе, я могу видеть шагающие вперед-назад ботинки гвардейца, пока тот присматривает за проходом, чтобы никто не появился этим путем. Я осознаю, что задержал дыхание на секунду, после чего снова дышу. Мне не нужно стараться особо не шуметь, я слышу треск лазерного огня и грохот взрывающихся снарядов болтера в туннеле, все это маскирует любые звуки, которые я могу случайно произвести. Я скользнул на пару метров вперед и оказываюсь у тифонца сзади.

Я снова жду несколько секунд, стараясь сообразить, как лучше уложить гвардейца. Взглянув вверх, я вижу, что кровать не жестко скреплена с рамой, она просто лежит сверху на паре распорок. Я умудряюсь перевернуться на спину, так, чтобы мои ноги были вытянуты прямо в сторону тифонца. С рычанием, я изо всех сил толкаю и подбрасываю матрас. Он подлетает и сверху опрокидывается прямо на бойца. От неожиданности его палец сжимает спусковой крючок, возникает вспышка света, и заряд энергии обжигает один из шкафчиков. До того как он приходит в себя, я запрыгиваю на него сверху, и слышу, как он пытается отдышаться. Даже не взглянув, я десяток раз полосую и тыкаю ножом под матрасом, ощущая, как он разрезает плоть и, задевая, царапает кость. Он перестает трепыхаться и вокруг меня начинает расплываться темно-красная лужа, впитываясь в изодранное, серое постельное белье.