Год багульника. Осенняя луна (СИ) - Коруна Джен - Страница 20

Через некоторое время эльфы подошли к арке. Белая как мел, она была образована сросшимися коралловыми столбами. Жрец солнца с замиранием прошел под белым сводом.

— Это вход в замок Седны, — понижая голос, произнесла Моав. — Теперь мы в полной ее власти.

Кравой вздрогнул — ему уже совершенно не хотелось смотреть по сторонам! — и молча поспешил следом за Моав. Коридор закончился — они дошли до места, где вода смыкалась, образовывая такую же стену, которая стояла между ними и морскими обитателями. Теперь эльфы были окружены водой с трех сторон — единственный свободный путь вел обратно к берегу.

Кравой подошел вплотную к стоящей перед ними холодной поверхности и заглянул внутрь. В голубой темноте он смог рассмотреть нечто, похожее на ложе из сросшихся белых кораллов. Оно возвышалось на высокой ножке, густо покрытой ракушками. Жрец солнца присмотрелся внимательнее и обомлел — на подводном ложе сидела нава. Он сразу понял — это была Седна, владычица Ин-Ириля. Дыхание замерло в горле краантль, он, не мигая, воззрился на невиданное чудо. Он мог бы сказать, что нава была обнаженной, однако это, придуманное двуногими существами слово едва ли подходило к хозяйке Северного моря. Ее тело и лицо сплошь покрывала едва заметная голубоватая чешуя. Составляя естественную одежду, она образовывала на коже навы тонкий узор, отчего та казалась полупрозрачной. На уровне талии тело Седны плавно переходило в длинный бледно-голубой хвост, похожий на китовый; из-за него она выглядела длинной, однако, присмотревшись повнимательнее, Кравой понял, что верхняя ее часть такая же по размеру, как у наземных женщин. Он смутился — нава казалась ему голой и одетой одновременно — но отвести глаз уже не мог. Как завороженный, рассматривал он плавные изгибы ее наполовину рыбьего тела, перебирал глазами каждую чешуйку и не мог оторваться. Он почему-то представлял ее себе старой и отвратительной, а она оказалась такой прекрасной!

Заметив восхищенный взгляд краантль, Седна чуть заметно улыбнулась ему. Ее улыбка холодной дрожью пробежала по всему телу Кравоя. Бледные губы зашевелились в тишине:

— Я рада приветствовать вас, дети земли, — произнесла нава, продолжая смотреть на Кравоя. Ее слова донеслись до гостей с небольшим опозданием. — Что привело вас в глубины моря?

Кравой похолодел — он был уверен, что она обращается лично к нему. Стоящая сбоку от него Моав быстро, но с достоинством выступила вперед.

— Привет тебе, владычица Северного моря, — ясным голосом ответила она.

Кравою показалось, что в ее тоне скользнула злость. Седна неспешно отвела прозрачные глаза от него и остановила взгляд на велларе.

— Я — Моав Синтарэль, старшая веллара Рас-Сильвана, рядом со мной старший жрец солнца. Мы пришли с просьбой и надеемся, ты не откажешь нам, — продолжала Моав. — Тем более что речь идет о покое всего Риана.

Нава чуть заметно кивнула головой в знак согласия слушать. Кравой обратил внимание на ее волосы — они были почти прозрачными. В следующий миг он понял — это были не волосы, а длинные плавники. Они вуалью расплывались вокруг лица Седны, покачиваясь в морском течении. Ни короны, ни диадемы, ни другого привычного для земных владык украшения на них не было. Резкий, с едва различимой льдинкой, голос Моав снова резанул слух Кравоя:

— Нам стало известно, что в водах Ин-Ириля уже много лет хранится Полночная Молния, меч Лагха. Известно нам и то, что скоро взойдет Кровавая луна. Заботясь о благе всего живого и победе сил света, мы сочли своим долгом обезопасить Нар-Исталь от того, кто может использовать его во вред Риану, а также позаботиться о том, чтобы меч попал в руки новому Иннарису.

— А что, он уже явил свое имя? — спокойно спросила нава.

— Да, оно известно.

Кравой вздрогнул — голос эльфы звучал так твердо и властно, как никогда прежде! Ни тени сомнения! Нава чуть подалась вперед.

— Значит, вы хотите забрать Жгучий металл и отдать его тому, кто называет себя новым Хэур-Талом, — уточнила она, в ее словах слышалась легкая насмешка.

— Да, владычица моря, все именно так, — ответила Моав. — Благодарю за то, что поняла нашу просьбу.

Седна плавно спустилась с трона, подплыла вплотную к границе воды и замерла. Ее бесстрастное лицо оказалось совсем близко от лица Кравоя — он мог рассмотреть на нем каждую чешуйку. Солнечный эльф замер, не смея пошевелиться. Это было похоже на наваждение. В какое-то мгновение ему показалось, что лицо навы постоянно меняется — он пытался уловить взглядом ее черты, но они ускользали от глаз, точно изменчивый узор на поверхности волн. Слова навы выдернули Кравоя из ступора.

— Если это ваша единственная просьба, то вы пришли зря. Вы не получите то, что хотите, — спокойно ответила она, отплывая прочь от стены. — Я разрешаю вам вернуться обратно на землю и надеюсь, вы воспользуетесь этой милостью.

Моав сделала шаг вперед.

— Но почему ты не хочешь отдать Нар-Исталь?!

Седна усмехнулась.

— Я отдам его, но только законному владельцу.

— Это кому же? — удивилась веллара.

— Моррогу!

Глаза эльфов расширились от удивления. Седна же, наоборот, улыбнулась странной, почти жуткой улыбкой.

— Моррог — единственный, кто сможет избавить нас от НЕГО. Наш народ жил в радости, пока в океане не появился ОН. С тех пор нам нет покоя.

— Да кто ОН?! — вскричала Моав.

Прозрачные глаза навы гневно сверкнули.

— Катхан! Уже много сотен он мутит воды Ин-Ириля, не успокаиваясь ни днем, ни ночью, пугая наших детей, не давая нам ни минуты покоя!

Она снова подплыла к самой грани воды, заставив Кравоя отпрянуть.

— Вы там, на земле, ничего не знаете об этом, вы радуетесь, что Катхан вас больше не тревожит, а мы считаем дни до того момента, как он выйдет на волю и вернется на сушу! Все это время мы верили, что когда-нибудь появится герой, который освободит Ин-Ириль от этого чудовища, и вот совсем скоро он придет! И мы торжественно отдадим ему Нар-Исталь как знак нашего преклонения и покорности.

— Но если Моррог выпустит монстра, Риан погибнет! — вскричала Моав — на ее скуластом лице застыло выражение ужаса.

— Мы много лет терпели его, теперь пришла ваша очередь, — отрезала Седна. — Вы увидите Нар-Исталь лишь в руках Моррога. Это мое последнее слово!

Кравой не успел удержать маленькую веллару — она в ярости подскочила ближе. Еще миг, и бледная кожа коснется воды.

— Но это же безумие! — в отчаянии закричала она, меча глазами молнии. — Должен быть какой-то другой выход!

— Выход? Очень часто он бывает только один, — холодно проговорила нава, — вот как сейчас, например… Вы теперь в ловушке здесь, под водой — для вас отсюда нет иного пути на берег, кроме того, по которому вы пришли.

Она немного помолчала, наслаждаясь ужасом гостей.

— Я бы не советовала вам продолжать этот спор, заклятие может неожиданно спасть, и что тогда?.. Только представьте себе, вся эта вода мигом поглотит вас, и никто даже не узнает, как вы погибли.

Пораженные ее словами, эльфы отступили. Кравой обернулся — берега было не видно. Досада охватила его — значит, они зря проделали весь этот путь. Пару мгновений они стояли, Моав взвешивала слова Седны, после чего с едва сдерживаемым раздражением проговорила:

— Я в последний раз прошу тебя внять нашей просьбе, ибо своими действиями ты обрекаешь Риан на гибель!

— Пусть будет так! Вы не получите меч, никогда!

Битва была проиграна. Они развернулись и, уже не глядя на красоту за гранью воды, поспешили в сторону берега. Несколько раз Кравой оборачивался — ему мерещилось, что прозрачные глаза все еще смотрят ему в спину.

Глава 9. Давние дела и странные решения

Моав находилась в ужасном расположении духа. После возвращения из моря она словно взбесилась — ходила, не находя себе места, бормотала злобно себе под нос, а на все увещевания Кравоя лишь огрызалась.

— Ее тоже можно понять, Йонсаволь, — терпеливо рассуждал тот. — Представь, что в твоем доме живет чудовище, которое не дает тебе спать — ты бы, наверняка, сделала все, чтобы избавиться от него.