Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - Коллектив авторов - Страница 872

— Ты в порядке, босс? — спросил Голиаф.

Я сбросил его руку.

— Отельяр, Отельяр! Вернуться в строй, немедленно!

У меня немного кружилась голова. Повсюду вокруг носились отряды медиков, которые поднимали оглушенных фио’ла на ноги и подталкивали в сторону командного узла. Хелена передала им раненого, у которого пыталась остановить кровотечение из шеи, и присоединилась к нам, затем подошел Хольон. Отельяра нигде не было видно.

— Эй, да у нас же и так на один ствол меньше, он нам нужен! — крикнул я в вокс-уловитель. — Вернись немедленно, ла’Отельяр!

Закладывая виражи, примчались объединенные в сеть защитные дроны и раскинули энергетический «зонтик» над уцелевшими тау из касты земли. Рабочие вбегали в широкие сегментированные двери, идущие по окружности командного узла. Снаряды, падавшие уже вдалеке от нас, врезались в силовую оболочку здания. Парочка пробила щиты, но весь вред от них ограничился мутно-черными пятнами на гладких белых стенах. Остальные разорвались среди дронов, и три машины с лязгом рухнули наземь, окруженные фонтанами искр и клубами дыма. Тем не менее, свою задачу они выполнили, и последние фио’ла оказались в безопасности.

К тому времени мы уже покинули центральный участок и направлялись к окружным дорогам, в гущу сражения.

Шеренги воинов огня заняли позиции у северного края площадки. Имперцы удачно выбрали место и время для атаки: участок под Первый плацдарм был полностью расчищен. Зона строительства имела форму круга, и здания — за исключением центра обработки — возводились по секторам, начиная с юго-западной четверти и дальше по часовой стрелке. Три пятых территории ещё не были заняты постройками, а все законченные объекты находились на юге и юго-западе. Таким образом, на северной стороне почти не имелось укрытий. Разве что дорожное полотно немного выступало над землей, кроме того, можно было залечь за фундаментами и турелями. Ещё имелось несколько ям, вырытых для ускоренной закладки более заглубленных модульных зданий. Если бы не они, нас бы застигли на открытом месте.

Бу многое мне рассказывал о развертывании стройплощадок касты земли в боевых условиях. Он вообще довольно кровожаден для фио’ла, из-за пребывания на передовой, должно быть. Кроме того, два тау’кира назад, на Швартовке Гормена, я уже видел, как возводится поселение, аналогичное Первому плацдарму. Всё там очень хорошо продумано, но в тот раз автономность стройотрядов сыграла против нас. Если бы мы были на имперском плацдарме, там нашлись бы канавки для линий связи, груды стройматериалов, громоздкие землеройные машины. Строительные работы заняли бы несколько недель, но для защитников нашлось бы множество укрытий. А здесь, в Бухте Му’гулат, работы на юге были закончены, но между нами и центром обработки оставалась голая земля, и та же голая земля оставалась между нами и командным узлом.

Гвардейцы находились в намного лучшей позиции. Их первый налет на центр обработки удалось отбить, и перед зданием лежало несколько десятков человеческих тел, но и само оно получило повреждения. Остальные неприятели доставляли больше проблем: они вели огонь из джунглей, предоставлявших хорошее укрытие.

Добежав до указанного нам отделения воинов огня, мы залегли. Отельяр уже был там и палил из импульсного карабина в унисон с шас’ла ла’руа. Взбешенный таким поведением, я, не обращая внимания на выстрелы гвардейцев, выбил у бойца оружие и перевернул его на спину.

— Чтобы такого не повторялось! Мы должны работать в команде. Вот это — твоя команда! Мы, а не они, — я показал на воинов огня. — И не кто-то иной, ведущий сражение, в котором тебе вдруг захотелось поучаствовать. Ты не повинуешься приказам, снижаешь нашу эффективность. Ещё раз поступишь так — отправлю под трибунал!

Лица Отельяра не было видно под шлемом, но он кивнул. Как только я выпустил плечо бойца, тот снова перевернулся на живот и подобрал карабин.

Тактическая обстановка была следующей: мы находились на открытом месте, но обладали значительно большей огневой мощью. В лес улетало столько разрядов, что гвардейцы прижимались к земле и их ответные выстрелы не отличались точностью. Кроме того, в дистанционном бою импульсное оружие эффективнее лазерного. Это особенно верно для планет, подобных Агреллану, в мутной атмосфере которых световые лучи быстро утрачивают когерентность. Любой имперский гвардеец, переживший хотя бы одно сражение, знает, что лазганы надежны и дешевы в производстве, но окружающая среда может пагубно влиять на их эффективность.

Кроме того, у нас имелось несколько машин огневой поддержки, у неприятеля — три тяжелых танка. Один из них уже превратился в пылающие обломки, но два других, орудуя бульдозерными отвалами, вздымали перед собой валы глинистой почвы. До сих пор расследуется, как противнику удалось подвести технику настолько близко, но я подозреваю, что всё дело в их полевой выучке. Катаканцы отлично приспособлены к войне такого рода, просто славятся этим. Ещё там было довольно много шагоходов «Часовой», что тоже указывало на присутствие гвардейцев с этого мира. Крепкие они ребята, это точно. Рядом с существами их родной планеты болезненные кошмары Агреллана покажутся жалкими. Джунглевые бойцы носили разгрузки, руки у них были обнажены, нательной защиты я почти не видел. Они говорят, что броня их замедляет. Очень мускулистые парни, причиной тому — высокая гравитация Катакана. Единственной уступкой ядовитой среде Агреллана оказались респираторы, которые надели все гвардейцы. Даже катаканцы не могли дышать тамошним воздухом.

Плохие новости состояли в том, что противник вел плотный и непрерывный минометный обстрел. В первую очередь страдали команды воинов огня, размещенные к востоку от нас. Нам ещё очень повезло, что из-за редкой задержки строителей не были запущены преобразователи атмосферы — Бу говорил, что планировалась крупная сеть таких устройств для очистки воздуха. Если бы случилось прямое попадание в одно из них, битва мгновенно бы закончилась.

С нами находилась о’Хие’эсера, которая направляла эскадрильи дронов против Гвардии. Вес’рон неплохо прикрывали нас и держали врагов в напряжении. Таким образом, установилось некое равновесие. Единственная «Быстрина», приписанная к Первому плацдарму, накрывала заросли мощным огнем, но катаканцы постоянно двигались, и нам, при всех наших полезных технологиях, сложно было засечь противника. Целеуказатели — как переносные, так и установленные на дронах — в некоторой степени лишали гвардейцев этих преимуществ, и мне подумалось, что вскоре скажется наш перевес в качестве вооружения и огневой дисциплине. Мы оттесним катаканцев в лес, где, после завоевания планеты, их выследят, захватят и постепенно интегрируют в тау’ва. Несмотря на сложное положение, мы уже отбили их атаку. Ну, так я решил.

Оказалось, что я ошибся.

Перекрывающиеся по секторам импульсные очереди начали поражать врагов. Силуэты гвардейцев, подсвеченных целеуказателями, сияли ярко-оранжевым цветом в устройствах наведения шлемов. На нас по-прежнему сыпались мины, и мы несли заметные потери, но уничтожили примерно взвод неприятелей. Им удалось выбить две команды воинов огня с нашей стороны.

Именно тогда имперцы пустили в ход секретное оружие. Они выжидали, пока «Быстрина» не перешла в наступление, устремившись вперед на реактивных двигателях для поддержки атаки нашей пехоты. В этот момент БСК оказался в одиночестве, без прикрытия «Рыба-молотов».

Из зарослей на северо-западе появился имперский Рыцарь. Первым признаком его приближения стали зашевелившиеся верхушки деревьев, а затем боевая машина с треском вырвалась из леса и разверзся ад.

Рыцари — редкие штуковины, огромные шагоходы, напичканные таинственными технологиями. Прежде я уже видел такого, и в тех же цветах. Дом Террин, по-моему. Он был крупнее «Быстрины» и обладал такой же тяжелой броней. Устремившись на наши позиции, Рыцарь открыл огонь из боевых пушек и стабберов: это просто кинетическое оружие, стреляющее сплошными или разрывными снарядами, но огромный калибр делает его опустошительным.