Летние дни в замке Оберн (ЛП) - Шинн Шэрон - Страница 64

К принесенной еде мы едва прикоснулись, поскольку аппетита ни у одной из нас не

было. Но ужин позволил нам немного отвлечься. Мы успели съесть всего по ложке

десерта, когда снаружи раздались крики. Переглянувшись, мы вскочили и побежали к

окну.

В розовом свете наступивших сумерек еще можно было разглядеть кавалькаду,

въезжающую через замковые ворота. Два гвардейца в мундирах во главе, за ними – Кент,

потом – Брайан. И странный промежуток между ним и следующими всадниками, тоже

гвардейцами. Родерик замыкал процессию в нескольких шагах позади.

Мы с Элисандрой высунулись из окна насколько получилось, крепко держась при этом

за каменный подоконник, чтобы не выпасть.

– Вот Кент, вот Брайан... не вижу Эндрю. Где Эндрю? – спросила сестра.

Пленника и я не видела.

– Полагаешь, они его не нашли? – спросила в ответ.

– Не думаю, что они вернулись бы без него. Не так быстро.

– Они же разыскивали его весь день.

– Они наверняка поехали искать его в лес. И не успокоились бы, пока не нашли какой-

нибудь след. Но я не вижу Эндрю. Может, они не...

И тут Брайан, привстав в стременах, испустил торжествующий вопль. Принц-

победитель вскинул кулаки и пришпорил коня, заставив того нервно шарахнуться в

сторону. Из внутреннего двора раздался ответный крик приветствия или, быть может,

поздравления.

Элисандра высунулась наружу еще больше, так что смотреть на нее стало страшновато.

– Подожди... Я что-то вижу... что-то, привязанное сзади... – ее голос замер. Спрашивать

не было нужды, она уже поняла. И я тоже. Потому что мы разглядели...

Сзади к крупу лошади принца ногами вверх было привязано тело. Голова и плечи

несчастного при этом волочились по земле. В неярком свете сумерек сложно было

опознать труп, весь покрытый грязью, но мы и так знали, кого столь жестоко притащили

обратно в замок. И надеялись лишь на то, что алиора недолго страдал – может, какой-

нибудь милосердный камень разбил ему голову недалеко от места поимки или природа

143

144

собственного тела позволила пленнику потерять сознание сразу же, как только

отправились в обратный путь. Хотя в сгущающейся темноте я видела не так уж хорошо, но

была уверена, что кандалы все еще сковывали руки Эндрю. Он даже не смог оказать им

достойного сопротивления.

Резко отшатнувшись от окна, Элисандра выбежала из комнаты. Я услышала, как ее

рвало в ночной горшок, но не подошла. Утешить ее мне было нечем. И я чувствовала себя

такой несчастной, как еще никогда в жизни.

Только поздно вечером Кент постучался в дверь покоев Элисандры. Конечно же, я все

еще была у сестры и уже думала, что никогда от нее не уйду. Мы вновь отослали Дарию,

Элисандра лежала в постели с лихорадкой, так что дверь Кенту открыла я.

– Так и знал, что застану тебя здесь, – были его первые слова. – Как она себя чувствует?

В этот раз я была, по крайней мере, не в ночной рубашке.

– Как и все мы. – Я закрыла за ним дверь. – Как ты? Поездка, должно быть, была просто

ужасной.

На голос Кента из соседней комнаты, шатаясь, вышла Элисандра. Лицо ее было

бледным, в тон кружевной сорочке цвета слоновой кости; косы, которые я ей заплела,

придавали облику вид болезненный и невинный. Прислонившись к дверному косяку, она,

казалось, была готова в любой момент потерять сознание.

– Он мертв? – спросила она. – Мы видели из окна. Его, привязанного к лошади Брайана.

Пожалуйста, скажи мне, что он мертв.

Кент кивнул.

– Это Брайан решил так тащить его обратно в замок. Я старался его переубедить, но...

Мы привязали Эндрю к лошади и тронулись к замку с той скоростью, с которой мог ехать

Брайан. И проскакали где-то около версты. Эндрю... не хочу рассказывать. Наконец я

заставил Брайана остановиться, спорил с ним добрых пять минут. – Кент глубоко

вздохнул. – И пока мы ругались, Родерик соскочил с лошади и перерезал Эндрю горло.

Сестра безмолвно вознесла благодарственную молитву. Последняя краска схлынула с ее

лица. Все складывалось плохо – нет, просто ужасно, – но ведь нашелся проявивший

милосердие герой, и от того было легче. Пальцы Элисандры сжали дверной косяк, она

качнулась вперед. И прежде чем я успела подумать, ее подхватил Кент.

– Да ты вся горишь! – воскликнул он.

Сестра кивнула, ее темные волосы волной скользнули по черноте его камзола.

– Кори что-то дала мне от жара. Все будет хорошо, мне просто нужно поспать.

– Тогда я отнесу тебя, – ответил Кент и скрылся в соседней комнате с ней на руках.

Я замерла, чувствуя себя маленькой, невидимой и совсем чужой. Они хотели остаться

вдвоем, поделиться секретами и найти утешение друг в друге? Должна ли я теперь уйти?

Леди Грета сказала бы категоричное «нет». Для сестры я являлась кем-то вроде

компаньонки при свиданиях, которых не должно было быть вообще. Ведь ни одному

мужчине не следовало поздно вечером входить в покои незамужней девушки, даже если в

тот момент с ней находились родные. И, конечно же, ни один мужчина не мог переступить

порог опочивальни той, которая помолвлена с будущим королем...

Но Кент отсутствовал недолго. Появился через несколько минут и закрыл за собой

дверь.

– Она заснет от того лекарства, которое ты ей дала? – спросил он.

Я кивнула.

– Удивлена, что она еще не спит.

– А лихорадка?

– Я прослежу, – ответила я. – Думаю, так выражается ее горе.

Кент пристально рассматривал меня из противоположного конца комнаты.

– Ты кажешься спокойней, чем она. С тобой все в порядке?

144

145

– Мне грустно. И я в ужасе. Но для Элисандры случившееся гораздо хуже, чем для

любого другого.

Он медленно двинулся к выходу, не отрывая взгляда от моего лица.

– Потому что она должна выйти замуж за Брайана.

– Ты мог бы ей помочь, – заметила я. – Забери ее отсюда. Увези куда-нибудь, в любое из

своих поместий. Женись на ней.

– Она не выйдет за меня.

– Откуда ты знаешь? Уже спрашивал?

– Она меня не любит.

– Она не любит Брайана, но собирается за него замуж буквально через пару недель!

Кент остановился у двери, взявшись за ручку и все еще глядя на меня.

– Все не так просто, как тебе кажется, Кори. Твоей сестре нелегко свернуть с пути,

который был ей предначертан. Элисандра просто не верит, что имеет право выйти замуж

за кого-либо, пока Брайан желает видеть ее своей невестой.

Я так на него разозлилась. Во что сестра действительно не верила, так это в то, что у

нее есть выбор.

– Ты просто боишься, – набросилась я на Кента. – Того, что случится с тобой и твоей

жизнью при дворе, если ты увезешь мою сестру. Того, что скажет тогда твой отец. Того,

что сделает с тобой Брайан.

Теперь и он рассердился.

– Я много чего боюсь, но не эти опасения не дают мне действовать, – отрезал он.

Я повернулась к нему спиной и бросила:

– Тогда я просто тебя не понимаю.

Услышала звук открываемой двери.

– И никогда не понимала, – сказал Кент и вышел, захлопнув дверь.

Сперва я слушала, как он идет, широкими шагами спускаясь в холл, а потом – только

тишину.

На следующий день Элисандре стало лучше. Я уже чувствовала дурноту от пребывания

в ее комнатах, так что оставила сестру на попечении Дарии и отправилась к себе принять

ванну и переодеться. И, к моему большому удивлению, там меня уже ждала алиора.

– Крессида! – воскликнула я и заторопилась к ней, чтобы обнять.

Но алиора сделала шаг назад. Выглядела она изнуренной и совсем слабой, так похожей

на куклу из веточек березы и ольхи. Застывшее лицо казалось вырезанным из дерева.

– Леди Кориэль, – сухо приветствовала она.

Я запнулась, остановившись от нее в нескольких шагах.