История одной практики (СИ) - Лисочка С. - Страница 20

Пришлось воспользоваться гримеркой. У нас, при Страже, есть небольшой склад гражданской одежды как раз для таких случаев. Паук облачился в какие-то лохмотья, а я, подумав, влез в дамский туалет с юбкой чуть ниже колен, набив в корсет побольше тряпья. Эрика и Илиса мы решили оставить как есть. Селена по моей просьбе подвела мне глаза и подкрасила губы, а я распустил волосы. Посмотрелся в зеркало. М-да-м… Никакая из меня баба, кто бы что ни говорил. С другой стороны, на Большой Еловой примерно такие девки и должны работать. Мануэла Лист и Марианна-Шиповник туда и близко не захаживают.

— А ты зря смеешься, — сказал я хихикающему Эрику. — Угадай, кто тот горячий кавалер, что воспылал ко мне неземной страстью? Это ты меня в дом напротив потащишь, благо хозяева его оставили, а от него самого только четыре стены и осталось.

Эрик сразу придал физиономии траурный вид, а Илис заржал, будто он не лис, а лошадь.

— Это не Вэнни, это вам надо в цирке выступать, — сказал лейтенант. — Оружие не забыли? Горошину у Лероя взял?

— Мы с Бригиром даже связь успели проверить, — ответил я.

Я под юбкой прятал два кинжала, у Паука под лохмотьями скрывался набор метательных ножей да легкая шелковая сеть с грузилами на концах. За умение обращаться с этой сетью он свое прозвище и получил, кстати говоря. Эрик от оружия отказался, поморщившись, а Илис отогнул отворот сапога, где носил кинжал чуть короче моих.

— Тогда какого вы еще тут? — ласково поинтересовался Свиклай. — Удачи!

— К Малину!

Об экипаже для нас позаботились заранее, и мы весело покатили к Большой Еловой, притормозив лишь раз, на углу возле винной лавки. Паук моментально забежал в нее и купил себе какого-то пойла подешевле, после чего мы поехали дальше.

Остановились мы на Малой Еловой, которая была соседкой нужной нам улицы.

— Для начала так, — сказал я. — Илис, кувыркайся и сбегай на разведку. Если все хорошо, то Паук идет первым и, изображая пьяного, падает где-нибудь напротив нужных нам окон. Только с другой стороны улицы.

Илис тут же умчался, Паук открыл бутылку и принялся обильно обливаться ее содержимым, приняв, как он выразился, «для атмосферы» немного внутрь, а я коснулся горошины, спрятанной в ухе, и негромко произнес:

— Бригир, как слышно? Предай, что мы на Малой Еловой и разворачиваемся.

— Понял, — услышал я его голос. — Мы уже в пути.

Илис вернулся и просто кивнул — значит, все в порядке.

— Твой выход, — сказал я Пауку, — мы через минуту следом. Илис, беги пока в руины напротив «Свинарника» и жди там нас. Заодно проверь, что в доме никого нет.

Выждав пару минут, я продел руку Эрика в свою и потащил его на Большую Еловую.

— Слушай, расслабься, — сказал я. — Ты же шлюху снял, у тебя скоро с ней все будет, прям вот вообще скоро, только найти бы где, а ты идешь, словно на казнь. Ты же счастлив должен быть, тебя от любви и нетерпения потряхивать должно. Или я тебе не нравлюсь?

Эрик попытался расслабиться и изобразить подобие того, что я описал, но получилось у него как-то не очень. Я на ходу погладил его по лицу тыльной стороной ладони и мило улыбнулся.

— Если что, я нормальной ориентации, — сообщил он мне.

— Приятно слышать, — уверил я его. — А ты это мне сейчас зачем сказал?

— Ну, ведь ты — полуэльф, а эльфы, как говорят…

— Чушь говорят, — ответил я. — Я тебе больше скажу, среди эльфов это встречается крайне редко.

Левая сторона улицы предназначалась под снос, жильцы оттуда давно уехали, а все хоть сколько-нибудь ценное вывезли. Правая сторона состояла преимущественно из двухэтажных старых развалюх, которые тоже будут сносить, но позже, после того, как отстроят левую сторону. Кстати говоря, строить уже начали — вон в конце улицы два котлована вырыли, и стройматериалы завезли. Вместо двухэтажек будут здесь дома в целых шесть этажей. Прямо настоящие суранские небоскребы.

Так. Паук лежит недалеко от дверей трактира. Какой-то хмырь ему пытается помочь встать. Этого еще не хватало, мы как-то на сочувствие прохожих не рассчитывали. Ай, молодец! Содержимое желудка Паука обрызгало сердобольному прохожему обувь, и тот, ругаясь, оставил Паука в покое.

— А чего тогда на вас наговаривают? — спросил Эрик.

— На нас? — возмутился я. — Еще раз назовешь эльфом — поцелую. Дело в традициях, понимаешь? У эльфов одежда для детей и подростков одного покроя, что для мальчиков, что для девочек. Волосы длинные, мордочки миловидные. Кто мальчик, кто девочка — попробуй, разбери. Но, могу тебя уверить, сами эльфы с этим прекрасно справляются.

Мы брезгливо обошли Паука, прошли мимо двух интересных нам окон, одно из которых было приоткрыто, и остановились чуть дальше, возле дома без окон и крыши.

— Давай уже, — шепнул я Эрику.

— Давай сюда, что ли, — сказал он громко.

— Ох уж эти студенты, — так же громко пропищал я. — Никогда на комнату денег нет! Пошли уж, жаркий мой…

Мы прошли через разбитый дверной проем, мимо сваленных в кучу обломков кровати, к оконному проему, возле которого сидел Илис, успевший перекинуться в человека.

— В доме нет никого, — сообщил он. — А вы смотритесь.

— Мы на месте, — сказал я, прижимая горошину.

— Будем через пять минут, — сообщил Бригир. — Я скажу, когда.

— С нами пока посиди, — сказал я оборотню. — А то Эрик боится, что я его невинности лишу.

— Чего? — не понял Илис. — Кого лишишь?

— Девственности, — буркнул Эрик.

— Вы можете нормально говорить? — обиделся Илис. — Я вас не понимаю.

Малин забери, а у них в лесу, может, и понятия-то такого нет? Надо же, почти как у эльфов. Кажется, я это вслух произнес.

— А у эльфов нет такого понятия? — удивился Эрик.

— Слушай, мы сюда не для того пришли, чтобы обсуждать обычаи моей ушастой родни, — сказал я, задирая подол и вытаскивая два кинжала из ножен. — Если сильно интересно, я тебе как-нибудь персональную лекцию прочитаю.

— Мне интересно, — сказал Илис.

— Хорошо, лекция будет персональной для вас двоих, а пока, Эрик, выгляни аккуратно, чтобы тебя не увидели, и скажи, что там на улице.

Эрик осторожно поднял голову над оконным проемом, пользуясь тем, что в разбитой раме торчал кусок грязного стекла, который несколько маскировал его.

— Паука не вижу, — сказал он. — А так вроде нормально все.

Паука он с этого ракурса и не должен видеть.

— Мы на месте, — сообщил Бригир. — Наши пойдут через пять минут.

— Понял, — ответил я. — На улице вроде чисто. Илис, пошел.

Оборотень превратился и убежал.

— Илис на месте, — сказал мне Эрик, который продолжал наблюдение за улицей. — Если особо к нему не приглядываться, то он на собаку похож.

Вот и славно. Я устроил наблюдательный пункт у пролома в стене, и теперь сам мог увидеть оборотня, который, поджав хвост, лежал у стены, аккурат под открытым окном.

— Наши пошли, — сообщил мне Бригир.

— Понял.

В начале улицы появились две фигуры. Господина Локрахта в Управлении переодели в приличный, хотя и не новый, костюм-тройку, на голову одели цилиндр, и теперь он вышагивал рядом с девчонкой, опираясь на трость. Алиса плелась понуро, но чуть впереди, а он лениво вертел головой по сторонам, словно осматривая местные достопримечательности. Селену я не видел… а нет, вон она, на плече. Черное на черном, не сразу и разглядишь.

— Вошли, — сообщил я в горошину, когда дверь за ними закрылась.

— Что-то Илис беспокоится, — сказал Эрик.

Я осторожно высунулся и посмотрел на оборотня, который поглядывал в конец улицы. Ну как все вовремя! Я выругался: оттуда, куда он смотрел, появились два пса дворовой породы.

— У нас проблемы, — сказал я Бригиру. — Собаки на улице, идут к Илису.

— Сержант, лейтенант приказывает убрать собак, — сказал он мне после того, как передал мои слова лейтенанту и выслушал ответ. — Придумай что-нибудь, они только-только начали разговор, Илиса выводить из операции нельзя.

Замечательно. Илис уже поднялся на четыре своих лапы и теперь смотрел то в мою сторону, то на собак, которые лиса тоже заметили и неторопливо шли к нему, скаля зубастые пасти.