История одной практики (СИ) - Лисочка С. - Страница 54

— Это, наверное, потому, что телефон дорого стоит? — предположил Илис, оборачиваясь.

Ему удобно. Обсохнув в лисьей форме, он оказался полностью сухим и в человеческой. А мне едва-едва хватило полотенца, чтобы с волос перестало капать.

— Дорого — это сколько? — поинтересовалась я.

Вэнди ответила. Дааа… внушительная сумма. Мы с Илисом уважительно посмотрели в сторону аппарата, что стоял у Квентина на столе.

— Из чего ж их делают? — поинтересовалась я. — Судя по цене — как минимум, из серебра.

Илис подошел к аппарату и, взвесив его на руке, принялся как-то по-новому его рассматривать.

— Очень даже может быть, что и из серебра, — вынес он свой вердикт. Вид у него был такой, будто он хочет попробовать корпус телефона на зуб. — Ну, то есть, если оно внутри.

— Честно говоря, я не знаю, из чего их делают, хотя и работала в Главной алхимической, — сказала Вэнди. — Отдел, в котором их собирают, очень весь из себя секретный, даже по меркам Лаборатории. Туда просто так не пускали. Да я и не стремилась. Артефактика — не мое. Я даже принципа не знаю, по которому телефоны работают. Что-то из пространственной магии, я думаю. А вы как съездили?

— Вымокли, — ответила я. — Ну если не считать этого, то в целом удачно. Имена этих эльфов узнали…

Я принялась пересказывать Вэнди все, что нам удалось выяснить в Рыбалке, не забыв выложить из сумки мнемографии и кусок дерева, что я оторвала от лодки.

— Укрепляющие заклинания существуют, конечно, — сказала она, когда я рассказала ей о состоянии, в котором мы нашли лодку. — Как и заклинания, которые помогают оставаться на плаву. Очень может быть, что они их использовали.

На картинки наша синеволосая едва взглянула, а вот куском лодки заинтересовалась, забрала его у меня и скрылась за ширмой.

Чай, что нам достался, оказался далеко не высшего сорта, хотя и лучше, чем можно было ожидать. Простой черный, крупнорезаный, с очень терпким вкусом и ароматом. Я бы назвала это аромат родственным слабоферментированному пуэру, а Бригир бы сказал, что чай на вкус и на запах напоминает несвежие носки. У Бригира множество достоинств, но в чае он не разбирается, он больше кофе предпочитает. Кстати, все забываю спросить у него, откуда он знает, каковы на вкус несвежие носки. Впрочем, сейчас даже такой чай пришелся очень кстати, потому что я все-таки умудрилась продрогнуть, а он был горячим. Илис, кажется, тоже оценил напиток и под конец нашего маленького чаепития повеселел.

— Я бы сейчас супчика похлебал бы, — сообщил он мне мечтательно. — Вот только очень не хочется опять под дождь лезть. Может, стихнет, как думаешь?

Я посмотрела в окно. Дождь и на самом деле вроде как понемногу стихал, но свинцовые тучи, что висели над городом и не думали куда-то деваться.

— Говорят, в Тропиканской лепешечной можно заказать обед через Фью, — сообщила Вэнди из-за ширмы. — Курьер принесет не позднее, чем через час, оплата на месте.

— Там супчика в меню нет, — ответил Илис.

С чайным меню там тоже так себе, это вам не катайская кухня, не тыпонская и даже не жарандийская, зато молочные коктейли очень хвалят.

— Для четверолапого ты слишком любишь человеческую еду, — заметила я.

— У людей многие вещи глупо устроены, — ответил Илис. — Сложно все там, где надо просто. Но горячая еда — это хорошо, это люди молодцы. А еще книги. И баня. Да… Сейчас очень замечательно было бы в парилке на полочке полежать. А потом — супчику.

Про баню у него очень мечтательно получилось. А очень даже не плохая идея. Отчего бы мне сегодня после работы не сходить с Бригиром в баню? Снять номер на двоих, попариться, погреться, посидеть за чашечкой травянистого настоя?

— Так куда пойдем? Так чтобы недалеко, чтобы не вымокнуть опять, — вернул меня с небес на землю голос Илиса.

— Мне все равно, — ответила Вэнди. — У меня зонт есть и дождевик.

— У меня тоже дождевик, — сказала я. — Только он все-таки намок, когда дождь зарядил посильнее.

— Сейчас, с этой деревяшкой закончу и посмотрю заклинание на твоем плаще, — пообещала алхимичка. — Скорее всего, его просто зарядить надо.

— Зарядить? — заинтересовался Илис.

— Конечно. Ваши дождевики — артефакты, которые работают, пока в них есть магическая сила. Когда она кончается, они превращаются в простую одежду. А если учесть, что для того, чтобы дождевики хорошо держали магический заряд их делают из шерсти и хлопка, то не удивительно, что вы промокли.

Очень, очень вдруг захотелось найти того торговца, который продал мне мой плащ и забыл предупредить о том, что его надо как-то заряжать. Найти, и широко ему улыбнуться. От всей души. Чтобы он эту улыбку запомнил, чтобы вспоминал о ней бессонными лунными ночами.

— А мой тоже посмотри тогда, — попросил Илис. — Сначала все хорошо было, туда плыли — мне сухо было. А обратно когда собрались, дошел до пристани и намокать стал. А к нам какой-то вампир идет, твой знакомый, да, Селена?

Я тоже успела почувствовать подобного себе. У нас есть какое-то особое чувство близости сородичей. Это чувство тем сильнее, чем ближе мы по кровному родству. Тот вампир, что открывал сейчас двери нашего кабинета, был настолько далекой родней, что я его почти и не ощутила.

— Доброго дня, — произнес он, проходя в кабинет. — Я не помешаю?

Поздоровался он со всеми, а вот смотрел только на меня. Среднего роста, темноволосый, с раскосыми темными глазами. Катаец, или скорее полукровка. Был, когда был жив. Намного моложе меня. Практически, младенец. Как вампир, я имею в виду, как человек он выглядел лет на двадцать пять — двадцать восемь. Интересно. Я в этом возрасте днем нос на улицу боялась высунуть, а этот гуляет себе спокойно. И в абсолютно сухой одежде, между прочим. Если конкретнее — в светло-сером костюме свободного покроя.

— Это же вы, Селена де Трие? — поинтересовался он у меня. — Мне надо с вами серьезно поговорить. Мое имя Ли Мун. Профессор Ли Мун, если угодно.

Сильвио Амарант, писатель

Мои гости заняли предложенные места на диване, а я расположился рядом с ними в кресле. Огонь в камине как-то разом приподнялся и заиграл повеселее, хотя я не подкладывал в него дров. На юношу так реагирует?

— В такой день, как сегодня, знаете ли, очень хорошо посидеть у огонька, — сказал я, — побеседовать с интересными людьми, выпить чашечку кофе, выкурить хорошую трубку. Простите, сержант, я запамятовал: вы курите? Нет? Правильно делаете, вам надо беречь здоровье. А вы, молодой человек?

— Предпочитаю сигареты, — ответил Эрик.

— Зря, — сказал я. — Трубка лучше. Видите ли, в чем дело, мой друг, местный табак не выдерживает никакой конкуренции с тропиканским, а тот значительно дороже. Не в последнюю очередь из-за таможенных пошлин, к слову сказать. Но это полбеды. В конце концов, за все надо платить, а за удовольствие — в первую очередь. Другое дело, что понять, где выращен табак легко, когда он россыпью, но весьма затруднительно, когда он завернут в папиросную бумагу. Ведь мало того, что она дает особый привкус, так ведь вы совершенно не видите, что в нее напихано. По вкусу хороший табак от плохого отличить может не каждый, вот некоторые предприимчивые торговцы этим и пользуются. Тропиканское зелье безбожно мешают с местным, выдавая его за настоящее «Камаллю» или даже «Честеро». Уж вы мне поверьте, я знаю, о чем говорю.

Сержант навострил уши. По его виду можно подумать, что он ждет, что я ему сейчас сдам адрес подпольной табачной фабрики. Хотя, казалось бы, ну какой ему-то в этом прок? Сказать по чести, этого полуэльфа мы в свое время проворонили, не приняли всерьез. Но уж каким растяпой он выглядел! Чего только стоит та история, когда он решил развлечься с подозреваемой прямо поверх ее дела, на рабочем столе! Знать бы заранее, не работать бы ему сейчас в Страже. Упустили. Теперь приходится терпеть. До поры до времени, конечно, если не успокоится. Сержант Уиллис происходит из эльфийских аристократов, в деньгах не нуждается и работает ради принципа. У него только одно слабое место — женщины, но, как мне рассказывали, последнее время он больше распускает о себе слухи на эту тему, чем реально волочится за юбками. Возрастное? Может быть. С полукровками всегда тяжело понять.