История одной практики (СИ) - Лисочка С. - Страница 84

— Чтобы она выжила, конечно, — ответил Орнер. — Мы сняли в городе небольшую квартирку, на улице Тополиного Пуха, но в субботу вечером обнаружили, что за домом, где мы поселились, следят. Тогда мы дождались темноты и отправились в детский приют, чтобы оставить Фионель там, но на нас напали по дороге. Айлин отдала девочку мне, а сама осталась задержать их. Я смог скрыться, несмотря на то, что получил ранение в ногу, но хорошо осознавал, что это ненадолго. Всю ночь и весь следующий день я прятался в каком-то полуразрушенном доме, а к вечеру решился отправиться дальше, но быстро понял, что до приюта просто не дойду. Тогда я подстроил все так, чтобы Фионель нашли стражники, а сам все же попытался покинуть город, но меня выследили и схватили.

— А где они на вас напали? — поинтересовался я. — Я имею виду, когда вы были еще вместе.

— В парке, — сказала Айлин. — Мы надеялись, что сможем там, среди деревьев оторваться от слежки, но совсем не учли, что парк — это не лес. Все на виду…

— Вам стоило обратиться в Стражу, — сказал я.

— И что бы Стража сделала? — спросил Орнер.

— Я понимаю, что вы в вашей Винчеции не привыкли к тому, что Стража на что-то способна, — сказал я. — Но тут, у нас — совсем другое дело. Поверьте мне, мы бы смогли обеспечить вам защиту. И от ла Локо и от других преследователей.

— С чего бы Страже помогать двум чужестранцам? — спросил Орнер.

— Хотя бы с того, что в обязанности Стражи входит не только расследование преступлений, но и их профилактика, — ответил я. — Если мы позволим в нашем городе так обращаться с чужестранцами, кто к нам вообще поедет? Кроме того, похищение людей — серьезное преступление. Для особых случаев у нас существует программа защиты свидетелей, так что мы могли бы вам помочь не только дружеским сочувствием, но и дав вам новые имена, внешность и прошлое.

Кажется, они мне не поверили. Не удивительно, ведь в конечном итоге они — продукты той среды, в какой родились и были воспитаны. А кроме того, еще и эльфы.

— Теперь такой вопрос, — сказал я. — Зверолюды, что охраняли вас, откуда они? Приплыли с ла Локо? Какова их роль в вашей истории?

— Этого мы не знаем, — ответил Орнер. — Но, мне кажется, что они простые исполнители, которых ла Локо нашел уже здесь, на месте. По-моему, они понятия не имели, кто мы и просто выполняли его приказы. Но вы сами так и не ответили на мой вопрос. Когда мы сможем покинуть эту больницу и уехать из города?

То есть я зря перед ними распинался, они ни на секунду не поверили в способность Стражи защитить их. И это после того, как мы отбили их у их хваленого охотника на отступников ла Локо, увешенного артефактами. А еще говорят, что это гномы толстолобы и упрямы. Видимо, это те говорят, кто с эльфами никогда не общался. Как по мне, гномы бы уже давно сообразили, что правильнее просто доверится нам.

— Это решать не мне, а врачам и моему руководству, — ответил я. — Со своей стороны могу лишь сказать, что я доложу своему начальству обо всем, что вы мне рассказали. А пока отдыхайте и набирайтесь сил.

Они расписались в протоколе и покинули мою палату, а я подумал, что мой совет может оказаться не лишним и для меня самого. Первый раунд противостояния с ла Локо мы выиграли, но сколько их еще будет? Видимо, отдыхать долго мне не придется.

Я вызвал Фьюарин.

— Доставь этот протокол Селене де Трие, — сказал я. — Пусть ознакомится сама и идет на доклад к лейтенанту. Скажи, что я буду ждать результатов и желаю ей удачи. Пока все.

Илис Зорр, оборотень, старший констебль Стражи

Я заказал себе два курника и яблочный сок, а Вэнди себе мороженое взяла. С орешками и шоколадом. Вкусное, я пробовал такое, понравилось мне. Но сейчас не хочу, сейчас курник вкуснее будет. Мы на улице сели, под навесом. На улице не душно, а под навесом не жарко. Хорошо.

— Ну, так что скажешь, Илис? — спросила Вэнди меня.

— Думать много не надо, — ответил я. — Кошак это сделал. Это еще Эрик понял, а я то же самое скажу.

Тут нам заказ принесли, и я курник есть стал. Хороший курник, вкусный. Хорошо, что я два таких заказал. Только внутри не курица, а индюшка, так что не понятно, почему курник, а не индюшник. Странно это. Люди любят по многу слов на одну вещь выдумывать, а курник с курицей и курник с индюшкой одним словом называют. Не пойму, зачем. Но все равно вкусно.

— Вообще-то, — сказала Вэнди, — я не могу твердо сказать, что телефоны заколдовали, чтобы они со столов падали. В них самих столько магии, что нельзя понять, колдовали на них или нет.

Это я понимаю, это не курник. Когда на одном месте следов много, запахи тоже смешиваются, понять, чей какой сложно очень бывает.

— А как бы они по-другому падали, если никого рядом не было? — спросил я. — Сказать что их не заколдовывали ты тоже не можешь, правильно?

— Не могу, — вздохнула Вэнди.

Она сегодня задумчивая и невеселая какая-то. Ну, то есть она всегда не очень веселая, а сегодня почти грустная. Из-за Квентина и Эрика переживает? Я тоже переживаю, но радуюсь, потому что они живы и поправятся скоро.

— А как же госпожа Лонгвиль? — спросила Вэнди. — Почему ты ее не подозреваешь?

— Потому что зачем ей? — ответил я.

Я не такой глупый, чтобы жену коменданта Лонгвиля подозревать. Разве это правильно будет, если жена коменданта преступница? Зачем бы он на такой жениться стал?

— А ла Локо зачем?

— А потому что он преступник, вот зачем, — ответил я. — Зачем он эльфиков в подвале держал? Зачем бомбой взорвать хотел? Зачем Квентина мечом порезал?

Вэнди улыбнулась. Поняла.

— В любом случае госпоже Лонгвиль это сделать было бы крайне затруднительно, — сказала Вэнди.

— Почему? — спросил я.

— Потому что она механик, причем очень сильный механик, — ответила Вэнди. — Говорят, что она, если и не лучшая в городе, то одна из лучших. А чем сильнее механик, тем сложнее ему творить магию. Вернее сказать, магом механик не может быть по определению, а артефакты в его руках действуют очень плохо или вовсе даже не действуют. Не знаю, как комендант с ней живет; такой маг, как я, в ее присутствии и сделать-то ничего не сможет. Он, конечно, гораздо сильнее, но и ему ее механика сильно мешать должна.

— Ну, может он рядом с ней не колдует, а они чем-нибудь другим занимаются? — спросил я. — Хм… а он что здесь делает?

— Кто? — не поняла Вэнди.

Я его сразу не заметил, потому что он с подветренной стороны зашел, а я в ту сторону не смотрел. Хитрый эльфик.

— Эльфик, которого я тогда в парке под кустом нашел, — ответил я Вэнди.

Это я громко слишком сказал. Он голову повернул и нас увидел. Подошел, поздоровался.

— Добрый день, господа стражи, — сказал он. — Да, это действительно я. Мы немного знакомы, но так и не были представлены друг другу, если не ошибаюсь? Мое имя — Льюр Лакриза Логро Лоренцо ап Левтарин Лавадера. Не возражаю, если меня называют просто Льюр или по фамилии.

Еще бы. Его полное имя не то, что выговорить, запомнить не каждый сможет.

— Илис Зорр, — сказал я свое имя.

Вот у меня имя простое. Легко запомнить. И фамилию тоже, хотя на самом деле это не фамилия, это прозвище такое. У лисов фамилий не бывает. Но когда среди людей живешь, надо чтобы фамилия была, вот я из прозвища себе фамилию и сделал.

— Приятно познакомится. Кажется, вы мне, если не жизнь спасли, то здоровье — точно. Пролежи я в луже под тем кустом еще чуток и получил бы бронхит или чего похуже.

Приятно, когда ценят, только я тогда не спасал, я охотился.

— Уиннифред Цельсио, — представилась Вэнди.

У нее имя тоже не простое, мне «Вэнди» нравится больше.

— Вы родственница Аурана? — спросил эльфик.

— Он мой прапрадедушка, — ответила Вэнди.

— О, — сказал эльфик. — Мы с ним были знакомы, он у меня «основы алхимии» преподавал. Очень жаль, что он умер. Разрешите, я присяду?

Мы одновременно кивнули, эльфик сел к нам за столик, а Вэнди сказала: