Креольская принцесса - Уайт Бет - Страница 12

– Это так неправильно! У нас одна бабушка… – Лиз осеклась, потому что слова здесь были бесполезны. Слова ничего не могли сделать с тем, что Скарлет наказывали лишь за то, что она разговаривала с кузиной.

Скарлет покачала головой и грустно улыбнулась.

– С этим ничего не поделаешь. – Она снова огляделась, ни на секунду не забывая о мадам. – Так расскажи мне, почему ты здесь. Я знаю, что у тебя нет денег.

Лиз не могла сдержать себя.

– Они у меня есть! Смотри.

Она достала из кармана мешочек с монетами, развязала шнурок и позволила Скарлет заглянуть внутрь.

Карие глаза Скарлет расширились от удивления.

– Это…

– Да, испанское золото. – Лиз тряхнула мешочек так, чтобы монеты звякнули. – Помнишь того испанского дона, про которого я тебе рассказывала? Который приезжал в Мобил в августе прошлого года?

– Да. Он вернулся? – Скарлет вздохнула. – Он дал это тебе? Лиз, что ты натворила?

– Да, Лиз, что ты натворила? – Мадам Дюссой протиснулась между девушками и схватила мешочек.

Удивленная и возмущенная Лиз попыталась вырвать мешочек у мадам, но не смогла.

– Отдайте! Это мое…

– Я уверена, что это не так! – Мадам Дюссой высыпала монеты на ладонь и уставилась на Лиз своими голубыми глазами. Она была симпатичной женщиной сорока лет, безупречно одетой и причесанной. – У кого ты их украла? Месье Жерар! – крикнула она, не сводя с Лиз глаз. – Идите сюда и посмотрите, что я обнаружила.

4

Рафаэль подъехал на карете к магазину господина Жерара, где он ранее высадил Лиз, швырнул поводья мальчику, который присматривал за экипажами покупателей, и спрыгнул на подъездную дорожку, вымощенную кирпичом. Какой же это был длинный и напряженный, но в то же время продуктивный день. Испанец смог договориться о ремонте корабля и получить информацию, которая будет интересна Гальвесу.

Рафаэлю пришло в голову, что в следующий раз при встрече с губернатором он, пожалуй, попросит отправить его в Мобил на более продолжительный срок. Сейчас же, по всей видимости, он застрял в этом городке как минимум на неделю. Ему придется ждать, пока починят паруса, но в это время он займется закупкой и погрузкой формы, пороха и одеял для американцев, ожидавших его в Новом Орлеане.

Он был обречен наслаждаться очаровательными улыбками сеньориты Лиз Ланье целую неделю. Конечно, если она не сбежала с его деньгами. Тогда ему самому пришлось бы покупать подарки. Улыбнувшись столь глупой мысли, он зашел в магазин.

Подняв голову, он посмотрел на высокий четырехметровый потолок, который поддерживали крепкие балки. Дневной свет проникал в зал через открытые фрамуги окон, освещая товары, расположенные на застекленных полках, сделанных из полированного дерева, и на открытых прилавках. Наконец он понял, что его беспокоило в этом месте – отсутствие людей.

Из задней части магазина послышался какой-то шум. Возбужденные мужские и женские голоса, стук посуды, скрежет металла…

Рафаэль, который никогда не любил спешить, сорвался с места и побежал на шум. Он оказался за дверью с надписью «Контора» как раз в тот момент, когда какая-то леди с крупным носом, одетая в платье лилово-коричневого цвета, подняла руку, чтобы ударить по лицу высокую юную негритянку, за спиной у которой кто-то стоял. Хорошо одетый седовласый джентльмен, на груди у которого висели очки в серебряной оправе, стоял рядом, скрестив руки и бесстрастно наблюдая за этой сценой.

– Простите, – начал Рафаэль, – я ищу сеньора Жерара.

Леди отвесила негритянке оплеуху, но, по всей видимости, удар получился слабее, чем хотелось бы даме. Она резко повернулась к Рафаэлю и окинула его оценивающим взглядом холодных рыбьих глаз.

Мужчина с очками, явно радуясь появлению испанца, сделал шаг в его сторону.

– Я Жерар, – сказал он. – Чем я могу вам помочь?

– Отлично, сеньор. – Рафаэль отвесил поклон, пытаясь понять, кто стоит за спиной чернокожей девушки, хотя к тому моменту он уже начал подозревать кое-что. – Я дон Рафаэль Мария Гонсалес де Риппарда, и я ищу свою юную… родственницу.

Он давно заметил, что чем длиннее у тебя имя, тем сильнее тебя начинают уважать случайные знакомые. Испанец почувствовал, что ему необходимо произвести впечатление на этих людей.

Внезапно Лиз вышла из-за спины подруги, взяла ее за плечи и поцеловала в покрасневшую щеку.

– Скарлет, тебе не нужно скрывать меня. Я сама могу о себе позаботиться. – Она сердито посмотрела на леди с холодными глазами. – Дон Рафаэль, я так рада, что вы пришли! Пожалуйста, скажите месье Жерару, что я не крала этих монет!

Леди в лилово-коричневом платье не сдавалась:

– Как видите, сэр, здесь нет испанцев. По всей видимости, вы ошиблись.

Рафаэль широко улыбнулся, снял шляпу и снова поклонился, словно только сейчас заметил ее.

– Сеньора, – промурлыкал он, подчеркнуто обращаясь к ней с испанским акцентом, – простите мои манеры. Я виноват, что сразу не заметил вас. Но я действительно ищу сеньориту Ланье. Конечно, она не испанка, поскольку наши семьи состоят в очень дальнем родстве. – Рафаэль заметил, как покраснела Лиз. У нее на глаза начали наворачиваться слезы. – Дорогая, неужели из-за монет возникло недоразумение? Мне не стоило взваливать на тебя это задание. Ах, если бы я знал, что так случится. Я такой плохой… кузен.

– Нет никакого недоразумения, есть только большая глупость. – Лиз презрительно посмотрела на леди в лилово-коричневом платье и взяла за руку негритянку. – Я только показала их Скарлет и рассказала, что вы попросили меня купить на них подарки, но мадам Дюссой отказалась верить, что кто-то мог поручить мне такое задание! И она ударила Скарлет за то, что та заступилась за меня. Вы когда-нибудь слышали о подобной несправедливости?

Рафаэль прикусил губу. Он был согласен с Лиз и даже хотел поцеловать ее за то, что она так смело говорила, но вмешиваться в дела рабыни и ее хозяйки было неразумно, и он бы никогда на это не пошел. Он сделал вид, что заскучал.

– Да, да, малышка, но помни, что мы спешим. Нам нужно забрать подарки и уезжать. – Он повернулся к Жерару, словно бы вспомнив о чем-то. – Я полагаю, мои монеты у вас, сеньор?

– Ох! Да, конечно! – Жерар передал ему бархатный мешочек. – Я с удовольствием запакую любую вещицу, которую вы решите купить у нас. Пожалуйста, простите… – Он перехватил стальной взгляд леди в лилово-коричневом платье. – То есть, прежде чем вы уйдете, позвольте представить вам мадам Дюссой, которая просто хотела помочь. В этом недоразумении виноват лишь я.

– Да что там, нечего прощать, – ответил Рафаэль, отвесив мадам Дюссой глубокий поклон. – Я рад знакомству, мадам.

Она величественно кивнула головой, отчего фиолетовые перья, воткнутые в ее светлые волосы, смешно задрожали.

– Дон Рафаэль, я надеюсь, вы прислушаетесь к моим словам, если я скажу, что не стоит позволять этой девчонке ходить по городу в мужской одежде! Посмотрите на нее, она показывала деньги первому встречному. Мои рабы обучены противостоять искушению, но далеко не все наши горожане поддерживают столь крепкую дисциплину.

Лиз открыла рот, явно намереваясь возразить, но Рафаэль ее опередил, заговорщически подмигнув девушке.

– Вы действительно образец для подражания, мадам, – заметил он, радуясь возможности попрактиковать английский. – Я приму ваш совет к сведению. – Он быстро посмотрел на негритянку, успев заметить ее красивые миндалевидные глаза и аккуратный, узкий подбородок. Опередив явное желание Лиз познакомить его с подругой, что усугубило бы ситуацию, Рафаэль взял ее за руку. – Пойдем, дорогая, покажи мне, что ты выбрала для Софии и мамá.

Мадам Дюссой остановила его, сунув под нос длинное страусовое перо.

– Подождите! Дон Рафаэль, прежде чем вы уйдете…

Борясь с желанием чихнуть, он удивленно поднял бровь.

– Сеньора?

Мадам Дюссой убрала перо.

– Я подумала, что если вы не заняты, то, возможно, согласитесь посетить маленькое суаре у меня сегодня вечером. Мы с мужем покровительствуем искусству и пригласили странствующий струнный квартет. Их хвалят. Будут танцы, а наш повар считается лучшим в городе…