Цветы из огненного рая - Ларк Сара - Страница 32

Капитан примирительно махнул рукой и улыбнулся:

– Спокойствие, господин Ланге! Господин Бейт действительно сошел на берег сегодня ни свет ни заря, отправился на встречу с Артуром Уэйкфилдом. Это основатель Нельсона и уполномоченный Новозеландской компании. Полагаю, что в течение ближайших нескольких дней он распределит ваши наделы. До тех пор вам предоставят жилище в Нельсоне. Но точно ничего вам сказать не могу. Просто потерпите еще совсем немного, поблагодарите Господа за спокойное и более-менее удачное путешествие.

Путешествие длилось полгода вместо обещанных трех месяцев, и за это время умерло шестеро детей. Печально, но это считалось еще довольно умеренной платой морю. Обычно во время подобных плаваний человеческие потери были намного выше.

Поскольку миссионеры сошли на землю вместе с Бейтом, Ланге и Брандманн собрали переселенцев на импровизированное богослужение, но сейчас никто не интересовался молитвами. Мужчины с нетерпением дожидались возвращения Бейта и очень встревожились, когда еще издалека увидели, что он буквально кипит от ярости.

– Что насчет нашей земли? – спросил его Ланге, едва он ступил на сходни. – Мы можем сразу…

Бейт покачал головой.

– Нет земли! – процедил он сквозь стиснутые зубы. На лбу у него билась жилка, выдавая его крайнее возмущение. – Мне очень жаль, я так же разочарован и рассержен, как и вы. Но недавно прибыли новые поселенцы из Англии, и Уэйкфилд отдал им предназначенную для нас землю. Теперь нужно…

Его слова утонули в протестующих криках переселенцев:

– Нет земли?

– Нас обманули!

– Как насчет наших денег?

Женщины и дети расплакались. Бейт поднял руку, призывая к спокойствию, а потом вдруг заорал:

– Угомонитесь! Я не могу объяснить вам, как быть дальше, если вы не даете мне слова сказать! В конечном итоге вас не обманули: только посмотрите, сколько здесь земли, наверняка для вас что-то найдется! Просто не так быстро. Конечно, если вы не предпочтете занять некоторые оставшиеся наделы. Уэйкфилд отдал не все. Впрочем, эти участки не граничат друг с другом, поэтому вашими соседями будут англичане…

– Нам обещали, что мы сможем основать свою общину! – напомнил Ланге. – Мы согласились ехать только с этим условием…

Бейт снова повелительным жестом велел ему замолчать:

– Я знаю, и, если вы будете настаивать на этом, все устроится. Скоро в нашем распоряжении окажется много земли – на равнине Вайрау, на реке, примерно в тридцати милях к востоку отсюда или даже больше. Отличная плодородная земля, сейчас ее как раз должны отмерять.

– Должны отмерять? – недоверчиво переспросил Брандманн. – Так будут ее отмерять или нет?

– Ну… э… есть некоторые разногласия… недоразумения с туземцами маори, – нерешительно ответил Бейт.

– С дикарями? А какое они имеют отношение к этому? – фыркнул Ланге.

– Ну… они… В некотором роде они считают здешнюю землю своей.

Снова поднялась буря. Некоторые переселенцы возмущались наглостью дикарей, другие – Джоном Николасом Бейтом и Артуром Уэйкфилдом, которые распорядились землей, предназначенной для других людей. Однако на этот раз успокоил всех переселенцев Петер Брандманн. Он с угрожающим видом подошел к агенту.

– Чего нам ждать, Бейт? Нападения индейцев? Разве отношения с ними не были урегулированы до того, как сюда привезли переселенцев?

Бейт почесал подбородок.

– Были, – ответил он. – Капитан Уэйкфилд выкупил у маори все земли вокруг Нельсона, обещанные вам изначально фермерские угодья и равнину Вайрау. Однако их вождь вдруг перестал признавать существующие сделки. Строго говоря, он хочет больше денег. И теперь он поднял мятеж: сжег домики землемеров и вышвырнул их на улицу. Это произошло накануне. Капитан Уэйкфилд еще не успел с ними разобраться, однако это вопрос нескольких дней. Август Томпсон, главный офицер полиции, уже готовит экспедицию. Он собирает людей, которые отправятся в лагерь маори и арестуют зачинщика. После этого он предстанет перед судом Нельсона как поджигатель, что повергнет в страх советников вождя. Говорят, здесь мутит воду только Те Раупараха, а вообще-то местные дикари очень мирные. Поймите: все устроится. Только не сегодня, как бы мне ни хотелось того же…

Бейт действительно выглядел подавленным. Это успокоило переселенцев. Таким дружелюбным они его еще не видели.

– А что до тех пор? – Брандманн продолжал нападать на него. – Нам опять придется жить в хижинах на берегу?

Бейт покачал головой:

– Конечно нет. Вам предоставят жилье на три месяца. Многие уважаемые жители Нельсона выразили согласие предоставить в ваше распоряжение свои гостевые комнаты, а содержание оплатит компания. Мне действительно все это очень неприятно, и то же самое просил передать вам капитан Уэйкфилд. Просто он не ожидал, что мы так быстро прибудем, а тут еще неприятности в Вайрау… Однако, несмотря на все разочарования и неудобства, я должен от всего сердца поприветствовать вас на новой родине. Уже готовят ваши новые паспорта, по прибытии на остров вы получите британское гражданство. Прошу вас забрать свои документы в магистрате, это можно будет сделать с завтрашнего дня. А теперь готовьтесь сходить на берег. Моя дочь уже составляет список жителей, готовых вас принять, и вас расселят по их домам. Конечно же, семьи останутся вместе, не переживайте. Быть может, вам стоит отнестись к этому промедлению как к шансу. У вас появилась возможность сразу же познакомиться со своими новыми земляками, осмотреться в Нельсоне… Еще раз, Ladies and Gentlemen[30]: добро пожаловать в Новую Зеландию!

Ида быстро собрала пожитки своей семьи, и семейство Ланге вместе со своими узелками вскоре очутилось на пирсе, где было очень ветрено. Девушке вдруг вспомнилось прибытие в Гамбург, где погода была почти такой же. Их багаж отправят на склад, так объяснил им Бейт, ибо нет смысла тащить сундуки в те дома, где их примут, – там они будут лишь зря занимать место. Ведь поселенцам придется обитать в довольно стесненных условиях.

Ида вздохнула, подумав о том, что, возможно, ей снова предстоит несколько месяцев жить в одной комнате со всей своей семьей, носить ту же одежду, что и на борту «Санкт-Паули», не снимая ее день и ночь. От своего намерения переодеваться в ночную сорочку она отказалась еще в первые дни, проведенные в крохотной каюте. А теперь они будут зависеть от милости чужих людей! Однако ее свадьба снова откладывалась на неопределенное время, и это было единственным, что ее радовало. Девушка тут же отругала себя за подобные мысли. Ну почему она не в восторге от возможности хозяйничать в собственном доме?

В подавленном настроении она последовала за отцом, которому Джейн Бейт молча вложила в руку бумажку. На ней было написано: «Мортимер Партридж, Трафальгар-стрит». Ланге попытался спросить дорогу, но, конечно же, он не знал, как произносятся эти слова. Тем не менее местные жители оказались очень приветливы и всячески старались помочь переселенцам. Один мужчина взял в руки бумажку с адресом и попытался объяснить Ланге дорогу, сначала очень многословно, затем с помощью жестов. Наконец он нарисовал план в пыли еще не вымощенной улицы.

– Thank you, – робко произнесла Ида, когда он попрощался.

Якоб Ланге бросил на нее недовольный взгляд.

– Сердечно благодарю вас за труд, господин! – громко произнес он, словно перед ним был не англичанин, а человек с плохим слухом.

Мужчина улыбнулся и с довольным видом подмигнул Иде:

– You’re welcome. Have a nice day![31]

Сердце Иды забилось от радости, потому что она поняла его слова.

Этот день, столь неудачно начавшийся для семьи Ланге, в итоге оказался не таким уж скверным. Партриджи – невысокий энергичный мужчина с рыжими волосами и пухлая женщина средних лет, которые сразу же фамильярно представились как Морт и Элис, – владели домом на оживленной улице, и у них был всего один ребенок, ровесник Франца. Дом был рассчитан на большую семью, и в нем пустовали две просторные спальни. Одну из них миссис Партридж отвела Якобу и Антону, а вторую Ида должна была делить с младшим братом и сестрой. В ней стояли только две кровати, но миссис Партридж жестами показала Иде, что к ним можно добавить и третью. Как оказалось, у Партриджей был свой магазин, где продавались самые разные товары, в том числе матрасы и постельное белье.