Двое в лодке, не считая контракта (СИ) - "Frostygreen" - Страница 133

— Олень, а ты тот еще мучитель. Но знаешь, что меня радует? Ты признаешь, что я тебе нравлюсь, — Марк взял руку омеги в свою и легонько сжал.

— А я разве отрицал?

— Мне так хочется спросить, что же тебе мешает принять решение. Принять меня и тебя. Нас. Но боюсь, что вместо одной причины там окажется целый список. И он меня очень огорчит, — Марк наклонился и уткнулся Тому в плечо, слегка его прикусывая через ткань.

Причин и правда было слишком много, хотя Том готов был от них отказаться, если решит самый главный вопрос для себя — действительно ли ему нужен человек, который сейчас стоит рядом с ним и от присутствия которого частит пульс и порой подгибаются колени? Он не брался думать о том, что руководит Марком - симпатия, любопытство, желание поставить очередную галочку в списке побед. Версий было так много, что ориентироваться на них было невозможно, да и большая часть из них не сулила ничего хорошего. Поэтому Том осознанно отказался думать в этом направлении.

— Мы состоим в официальном браке, но ты все равно живешь автономно от меня. Ты сам по себе. Да, это было и моим условием, но сейчас оно меня убивает. Иногда ты создаешь иллюзию, будто поддаешься мне, но на самом деле ты поддаешься только тогда, когда сам этого хочешь, теперь я это понимаю. Конечно, я бы мог надавить и добиться своего, но я так не хочу.

— Я растерян, Марк.

Далтон оторвался от плеча и непонимающе посмотрел на Тома.

— С первых дней нашего контракта я сталкивался с омегами из твоего окружения и у меня нет ничего общего с ними всеми, — в горле запершило и Том откашлялся.

— Да? — прищурился Далтон. — И кого же ты видел?

— Когда только переехал к тебе, то видел тебя на парковке с каким-то брюнетом в машине. Потом был Крис и второй омега из клуба... Хм... Омеги с презентации, их имен я не помню. А, еще Мэтью Фокс и Мартин, — перебирал в памяти Том.

— Ты так внимательно рассматривал мое окружение?

— Что в этом странного?

— Ты же не думаешь, что я спал с каждым из них? — нахмурился Марк.

— Этого я не говорил.

— Значит, тебе было не все равно, кто рядом с тобой и кто рядом со мной. Пусть я тоже не отвечал твоим предпочтениям, ты мной интересовался. Присматривался. Да-да, Олень, где-то в подсознании ты рассматривал меня, как потенциального партнера, только сам этого не осознавал. Думаю, и со мной происходило нечто подобное, только я быстрее разобрался с тем, что ты мне нравишься, и что это взаимно, — разулыбался мужчина.

— Кажется, родители приехали, идем, — соскочил с подоконника Том и пошел к двери.

Действительно, послышался шум снизу и по холлу разнесся громкий голос папы:

— Томми, Марк, вы дома?

Хейли потянул ручку двери на себя, но ее тут же прикрыл Марк, успев гордо шепнуть:

— Это из-за меня у тебя цикл сбивался, Томас Далтон.

Фраза оглушила Тома так, будто он всю жизнь был рыбой в неизвестном доселе человеку озере, а туда без предупреждения вдруг кинули взрывчатку. И пока он продолжал безучастно стоять спиной к Марку, растерянный и привыкающий к новой действительности, последний открыл двери и повел его вниз, держа за руку и в полный голос приветствуя стоящих внизу родителей.

Семейный вечер выдался удивительно непринужденным. Еще бы — мистер Далтон лично вел беседу, развлекая старшую чету Хейли ярчайшим рассказом о прошедшей защите, сопровождая ее демонстрацией видео и фотографий, вставляя забавные комментарии о комиссии и вопросах, заставляя даже Тома посмотреть на произошедшее с ним событие другими глазами.

Стивен раздувался от гордости за собственного сына, а Стефан ругался на ничего не смыслящих индюков и их непрофессиональное поведение.

— Я тоже пережил похожую ситуацию! — гневался старший омега. — Как чувствовал, надо было ехать!

— Па, ничего страшного не произошло, — Том погладил руку родителя и с нежностью ему улыбнулся.

Далтон притих, наблюдая за этой короткой сценой, но Стивен тут же его растормошил:

— Спасибо, что не оставил его одного, Марк. Все-таки в такие моменты рядом должен быть кто-то из близких, но Томас упрямо настаивает на обратном. Хорошо, что вам удается договариваться. Мы все время бились над тем, чтобы доказать ему, что он неправильно судит о слабостях и самостоятельности. Откуда у него такое самовоспитание? Может, Томас пошел в дядюшку Ирвина? — задумчиво пробормотал Стивен. — Нет, нет, дядя был совсем не такой.

— Отец, — недовольно нахохлился Том, чем очень позабавил всю семью, включая Далтона.

— Вы ведь помните про мой юбилей? — спросил Стивен, когда пара уже начала собираться домой.

— Мистер Хейли, я буду стараться вернуться из рабочей поездки к вашему дню рождения. Сейчас не могу вам ничего обещать, так как сроки не окончательно утверждены.

— Что ж, буду надеяться, что увижу вас вдвоем. Берегите себя. Томас, не забудь позвонить, когда определишься со стажировкой. Я все еще могу помочь тебе найти хорошую компанию.

— Да, отец, если я ничего не найду, то попрошу о помощи, — покорно кивнул Том и они с Марком все-таки покинули дом Хейли.

Двигатель уютно заурчал и Далтон еще раз махнул рукой, прежде чем закрыть окно.

— Ты уезжаешь?

— Проблема со стажировкой?

Томас улыбнулся, потому что вопросы они произнесли синхронно.

— Мне надо будет уехать на две-три недели. Нашел хорошего поставщика на крупный заказ, мы могли бы сэкономить на материалах. Я буду в Вене, — Далтон вглядывался в дорогу и бросал короткие взгляды на Тома. — Если успею, то закуплю там оборудование для кофейни. Сегодня я договорился насчет помещения, завтра будем оформлять документы на покупку. Предстоит много работы.

— Поздравляю, твоя мечта скоро исполнится.

— Что со стажировкой?

— Пока мне предлагают начать в августе. А я хотел бы раньше. Но если ничего не найду, то соглашусь на такой вариант. Компания хорошая, проекты у них интересные.

Через три дня Далтон улетел в Вену. Рейс был на пять утра, поэтому альфа выглядел сонным и немного неловким. Томас выпил с ним по чашечке кофе, одну из которых Марк дважды норовил опрокинуть на себя. На прощание Том получил короткий поцелуй и обещание позвонить сразу по прилете, которое было безоговорочно выполнено.

А еще через четыре дня Томас начал скучать. Через пять - сильно скучать.

А через шесть получил сообщение с фотографиями из Вены с короткими к ним комментариями. Том радовался как ребенок. Сообщения приходили каждый день, одаривая все новыми и новыми подробностями путешествия. Марк фотографировал здания, а если знал их историю, то обязательно о ней писал. Он фотографировал уток в озере, которые напомнили ему их местных и пожаловался, что хлеб они не едят. Уличные художники, забавные вывески, чашка венского кофе на завтрак...