Двое в лодке, не считая контракта (СИ) - "Frostygreen" - Страница 14

Нил Блекворд. Из шкафа одного омеги

TheOmegaPress, выпуск 130, стр. 25

Календарная осень наступила. Солнце все еще было очень горячим, но дни заметно становились короче. Листва теряла свою сочность: обжигалась желтым, багровым, вспыхивала яркими красками.

Томас проводил время в кампусе до захода солнца, стараясь работать только там, и приходил домой просто переночевать. Текущий семестр был предпоследним, и шла активная подготовка к диплому. С памятной ссоры на кухне прошло более трех недель. Томас целенаправленно избегал и игнорировал Марка — хлипкий мир лучше войны. Да и что таить, слова Марка о невыносимости пребывания в одном пространстве все еще звучали у Томаса в ушах. И нарваться на очередные комплименты он не желал. А вдруг у Марка снова сорвет крышу? Прошлый раз он отделался одним ударом, но Томас не мог ручаться за свое благоразумие, если ситуация повторится.

Единственный контакт случился благодаря родителям Марка, которые настойчивыми уговорами вытащили их на семейный обед. О приглашении Марк соизволил уведомить в сообщении. Стоит ли говорить, что вся дорога прошла в гордом молчании?

Алекс Далтон проявлял чудеса гостеприимства и заботы. Так же, как и Стефан, он делал прозрачные намеки о наследниках. Марка хватило на десять минут такой беседы. Конечно же, у него нарисовались абсолютно срочные телефонные переговоры, поэтому он быстро скрылся в кабинете. Алекс пытался вывести Тома на задушевный разговор и интересовался, какие у него есть вопросы о семейной жизни, и даже советовал семейного доктора, к которому всегда можно было обратиться за консультацией. Родители Марка были прекрасными и искренними людьми, и Томас удивлялся, почему же их сын не пытается позаимствовать у них хотя бы немного способностей к диалогу. Хотя в кругу семьи Марк вел себя отлично. Возможно, дело было действительно в Томасе, и Марк просто не мог принять конкретно его. Тем не менее, они успешно изображали довольных жизнью супругов, и родители пребывали в полной уверенности, что все в порядке. А потом иллюзия рушилась, и они снова становились чужими друг другу. Чтобы не портить отношения еще больше, спасались молчанием.

За окном пролетали красивые осенние пейзажи. Том опустил стекло и подставил лицо ветру.

Том привыкал к такой своей жизни и почти вошел в колею, но на горизонте маячила одна из неприятностей, которая несколько раз в год случается с любым омегой. Через месяц должна была начаться течка и, сжав зубы, надо было обсудить эту проблему с Марком. Например, кто уедет, а кто останется. Томас порадовался, что сейчас не средневековье, и течка не такая уж проблема. Он пил таблетки, как и все омеги, он мог регулировать свой организм. Два дня неудобства можно пережить. Симптомы больше напоминали простуду: поднималась небольшая температура, тело становилось слабее, немного ломило мышцы, плюс нельзя было забывать про гигиену. Цикл сопровождался всплесками гормонов, потому настроение менялось довольно часто. Таблетки не полностью блокировали процесс, но делали его максимально благоприятным. Были и свои отрицательные стороны: с каждым годом таблетки становились менее безопасными, так как влияли на репродуктивную функцию. Лучшим выходом все равно оставался партнер, с которым все решалось вполне естественным, нашептанным природой, образом. И если раньше Томас старался находиться это время дома, с папой, который оставался рядом на всякий случай, то сейчас это было невозможно.

Томаса беспокоили некоторые скачки настроения и быстрая утомляемость, но к семейному доктору он пойти не мог. Как он объяснит, что супружеская жизнь — всего лишь фикция, поэтому до брачной ночи дело до сих пор не дошло? Излюбленное оправдание Тома «Мы еще привыкаем друг к другу» будет звучать совершенно смешно и нелепо. Семейный доктор отменялся, а на ожидание своей очереди в общих клиниках времени не было. Иногда, прокручивая в голове слова Марка, Томас вспоминал про возможное смешение запахов у партнеров, и сделал заметку побольше об этом почитать. В целом, вся информация существовала на уровне сказок и легенд. Тем не менее, крестный Томаса утверждал, что в его окружении была такая пара. Они жили сплочено, старались не расставаться и успели завести пятерых детей.

Оттягивать разговор дальше было нельзя, и Томас решился. Что там его супруг говорил про одну лодку? Настало время и ему принять участие в совместной гребле. Томас нарочито вернулся в квартиру пораньше. Он не особо верил в то, что застанет Марка, но, к его удивлению, тот действительно был дома и торчал в гостиной с ноутбуком и бумагами, хаотично разложенными на столе. Переняв привычку у супруга не тратить время на приветствия, Томас с порога поставил его перед фактом:

— Нужно поговорить, Марк. Когда освободишься, дай знать. Я буду в своей комнате.

Томас был уверен, что его личное наказание в лице Далтона нарочно будет оттягивать разговор до полуночи, но он даже не успел толком переодеться, как в комнату постучали. Томас спустился через пару минут. В холле сидел Марк, заняв своими ногами половину дивана. Томас сел на противоположный край.

— Ну и, Хейли?

Сложно было сказать, когда они общались лучше — до ссоры или после.

— Где-то через месяц у меня течка, Марк. Я не берусь угадывать до дня, так как теперь я живу с альфой. Ты же у нас альфа? И даже если я не воспринимаю тебя, как партнера, у природы свои законы. Поэтому будет не удивительно, если цикл сместится. Это может доставить нам неудобства. Уедешь ты или уехать мне?

— Вот как, — Марк сузил глаза и в этой своей позе он больше походил на отдыхающего хищника, который лениво думает, сожрать ему жертву сейчас или еще немного поиграться. Томас позвоночником ощущал, что сейчас у него есть все шансы выслушать очередную порцию гадостей в свой адрес. Марк же раздумывал. Он наслаждался моментом и тянул время.

— Хорошо, уеду я, — принял решение за обоих Томас и поднялся.

— А мы договорили? — одернул его Марк.

— Я — да.

— А я нет, — почти проурчал Марк, и Томас был готов поклясться, что сейчас начинается игра в альфа-самца. Наверняка Марк решил достать его окончательно. С другой стороны, это было даже интересно. Томас не спешил возвращаться на свое место, ожидая, какие же альфа-штучки Марк начнет выкидывать.

Марк беззастенчиво рассматривал его, всем своим видом демонстрируя превосходство. При этом взгляд был такой, будто Томас стоял перед ним абсолютно обнаженный. Такое отношение раздражало. Том готов был поклясться, что вдруг ощутил запах Марка до мельчайших деталей, но наваждение быстро прошло.

— Я оценил, — прокомментировал это представление Томас.

— Что же ты все еще стоишь? Не хочешь опуститься на свое место и продолжить разговор? — Марк умел быть обаятельным и беззастенчиво этим пользовался. Обаятельный хищник:

« — Я тебя съем, Маугли.

— Хорошо, Каа.

— Я проглочу тебя медленно, Маугли.