Во весь голос - Маяковский Владимир Владимирович - Страница 56

нарастают

                    революции

$$$$$$$$$$$$$$$$$$$$за вспышками восстаний.

Крут

          буржуев

                          озверевший норов.

Тьерами растерзанные,

                                            воя и стеная,

тени прадедов,

                            парижских коммунаров,

и сейчас

                вопят

                           парижскою стеною:

– Слушайте, товарищи!

                                              Смотрите, братья!

Горе одиночкам —

                                    выучьтесь на нас!

Сообща взрывайте!

                                     Бейте партией!

Кулаком

                одним

                            собрав

                                         рабочий класс. —

Скажут:

                «Мы вожди»,

                                         а сами —

                                                          шаркунами?

За речами

                   шкуру

                               распознать умей!

Будет вождь

                       такой,

                                   что мелочами с нами —

хлеба проще,

                         рельс прямей.

Смесью классов,

                                вер,

                                       сословий

                                                         и наречий

на рублях колёс

                             землища двигалась.

Капитал

                ежом противоречий

рос вовсю

                   и креп,

                                штыками иглясь.

Коммунизма

                         призрак

                                         по Европе рыскал,

уходил

             и вновь

                            маячил в отдаленьи…

По всему поэтому

                                  в глуши Симбирска

родился

               обыкновенный мальчик

                                                               Ленин.

Я знал рабочего.

                               Он был безграмотный.

Не разжевал

                        даже азбуки соль.

Но он слышал,

                             как говорил Ленин,

и он

        знал – всё.

Я слышал

                   рассказ

                                 крестьянина-сибирца.

Отобрали,

                 отстояли винтовками

                                                        и раем

$$$$$$$$$$$$$$$$$$$$разделали селеньице.

Они не читали

                            и не слышали Ленина,

но это

            были ленинцы.

Я видел горы —

                              на них

                                          и куст не рос.

Только

             тучи

                     на скалы

                                      упали ничком.

И на сто вёрст

                           у единственного горца

лохмотья

                  сияли

                              ленинским значком.

Скажут —

                   это

                         о булавках а́хи.

Барышни их

                        вкалывают

                                             из кокетливых причуд.

не булавка вколота —

                                         значком

                                                         прожгло рубахи

сердце,

              полное

                            любовью к Ильичу.

Этого

            не объяснишь

                                       церковными славянскими

$$$$$$$$$$$$$$$$$$$$крюками,

и не бог

               ему

                      велел —

                                     избранник будь!

Шагом человеческим,

                                           рабочими руками,

собственною головой

                                          прошёл он

                                                               этот путь.

Сверху

              взгляд

                          на Россию брось —

рассинелась речками,

                                          словно

разгулялась

                      тысяча розг,

словно

              плетью исполосована.

Но сине́й,

                    чем вода весной,

синяки

              Руси крепостной.

Ты

     с боков

                   на Россию глянь —

и куда

            глаза ни кинь,

упираются

                     небу в склянь

горы,

          каторги

                         и рудники.

Но и каторг

                       больнее была

у фабричных станков

                                         кабала.

Были страны

                         богатые более,

красивее видал

                             и умней.

Но земли

                  с ещё большей болью

не довиделось

                           видеть

                                       мне.

Да, не каждый

                            удар

                                    сотрёшь со щеки.

Крик крепчал:

– Подымайтесь

$$$$$$$$$$$$$$$$$$$$за землю и волю вы! —

И берутся

                   бунтовщики-

одиночки

                   за бомбу

                                   и за рево́львер.

Хорошо

               в царя

                           вогнать обойму!

Ну, а если

                   только пыль

                                           взметнёшь у колеса?!

Подготовщиком

                                цареубийства

                                                          пойман

брат Ульянова,

                            народоволец

                                                     Александр.

Одного убьёшь —

                                  другой

                                              во весь свой пыл

пытками

                 ушедших

                                  переплюнуть тужится.

И Ульянов

                     Александр

                                         повешен был

тысячным из шлиссельбуржцев.

И тогда

               сказал

                           Ильич семнадцатигодовый —

это слово

                  крепче клятв

                                           солдатом поднятой руки:

– Брат,

               мы здесь

                                тебя сменить готовы,

победим,

                  но мы

                              пойдём путём другим! —

Оглядите памятники —

                                             видите

                                                          героев род вы?

Станет Гоголем,

                               а ты

                                       венком его величь.

Не такой —

                      чернорабочий,

                                                   ежедневный подвиг

на плечи себе

                          взвалил Ильич.

Он вместе,

                     учит в кузничной пасти,

как быть,

                  чтоб зарплата

                                             взросла пятаком.

Что делать,

                     если

                              дерётся мастер.

Как быть,

                   чтоб хозяин

                                          поил кипятком,