Во весь голос - Маяковский Владимир Владимирович - Страница 57

Но не мелочь

                          целью в конце:

победив,

                 не стой так

над одной

                   сметённой лужею.

Социализм – цель.

Капитализм – враг.

Не веник —

                       винтовка оружие.

Тысячи раз

                     одно и то же

он вбивает

                     в тугой слух,

а назавтра

                    друг в друга вложит

руки

         понявших двух,

Вчера – четыре,

                               сегодня – четыреста.

Таимся,

               а завтра

                              в открытую встанем,

и эти

          четыреста

                             в тысячи вырастут.

Трудящихся мира

                                  подымем восстанием.

Мы уже

               не тише вод,

                                       травинок ниже —

гнев

         у трудящихся

                                   густится в туче.

Режет

            молниями

                                Ильичёвых книжек.

Сыпет

             градом

                          прокламаций и летучек,

Бился

            об Ленина

                                тёмный класс,

тёк

      от него

                    в просветленьи,

и, обданный

                        силой

                                   и мыслями масс,

с классом

                   рос

                          Ленин.

И уже

            превращается в быль

то,

      в чём юношей

                                  Ленин кля́лся:

– Мы

            не одиночки,

                                     мы —

                                                союз борьбы

за освобождение

                                рабочего класса. —

Ленинизм идёт

                              всё далее

                                               и более

вширь

             учениками

                                  Ильичёвой выверки.

Кровью

               вписан

                             героизм подполья

в пыль

             и в слякоть

                                   бесконечной Володимирки.

Нынче

             нами

                       шар земной заверчен.

Даже

          мы,

                 в кремлёвских креслах если, —

скольким

                   вдруг

                             из-за декретов Нерчинск

кандалами

                     раззвенится в кресле!

Вам

        опять

                   напомню птичий путь я.

За волчком —

                           трамваев

                                            электрическая рысь.

Кто

       из вас

                  решётчатые прутья

не царапал

                    и не грыз?!

Лоб

        разбей

                     о камень стенки тесной —

за тобою

                 смыли камеру

                                            и замели.

«Служил ты недолго, но честно

на благо родимой земли».

Полюбилась Ленину

в какой из ссылок

этой песни

                     траурная сила?

Говорили —

                       мужичок

                                        своей пойдёт дорогой,

заведёт

              социализм

                                   бесхитростен и прост.

Нет,

        и Русь

                    от труб

                                  становится сторо́гой.

Город

           дымной бородой оброс.

Не попросят в рай —

                                        пожалуйста,

                                                               войдите —

через труп буржуазии

                                         коммунизма шаг.

Ста крестьянским миллионам

$$$$$$$$$$$$$$$$$$$$пролетариат водитель.

Ленин —

                 пролетариев вожак.

Понаобещает либерал

                                          или эсерик прыткий,

сам охочий до рабочих шей, —

Ленин

             фразочки

                                с него

                                            пооборвёт до нитки,

чтоб из книг

                        сиял

                                 в дворянском нагише.

И нам

            уже

                   не разговорцы досужие,

что-де свобода,

                             что люди братья, —

мы

      в марксовом всеоружии

одна

         на мир

                      большевистская партия.

Америку

                 пересекаешь

                                         в экспрессном купе,

идёшь Чухломой —

                                     тебе

в глаза

             вонзается теперь

                                             РКП

и в скобках

                      маленькое «б».

Теперь

             на Марсов

                                 охотится Пулково,

перебирая

                   небесный ларчик.

Но миру

                эта

                      строчная буква

в сто крат красней,

                                    грандиозней

                                                            и ярче.

Слова

            у нас

                      до важного самого

в привычку входят,

                                    ветшают, как платье.

Хочу

          сиять заставить заново

величественнейшее слово

                                                  «ПАРТИЯ».

Единица! —

                      Кому она нужна?!

Голос единицы

                             тоньше писка.

Кто её услышит? —

                                     Разве жена!

И то

         если не на базаре,

а близко.

Партия —

                   это

                         единый ураган,

из голосов спрессованный

                                                   тихих и тонких,

от него

              лопаются

                                укрепления врага,

как в канонаду

                            от пушек

                                              перепонки.

Плохо человеку,

                               когда он один.

Горе одному,

                        один не воин —

каждый дюжий

                             ему господин,

и даже слабые,

                            если двое.

А если

            в партию

                              сгру́дились малые —

сдайся, враг,

                        замри

                                   и ляг!

Партия —

                   рука миллионопалая,

сжатая

             в один

                          громящий кулак.

Единица – вздор,

                                   единица – ноль,

один —

              даже если

                                 очень важный —

не подымет

                      простое

                                     пятивершковое бревно,

тем более

                   дом пятиэтажный.

Партия —

                   это

                         миллионов плечи,

друг к другу

                       прижатые туго.

Партией

                 стройки

                                 в небо взмечем,