Измена (СИ) - Романов Дмитрий Васильевич - Страница 43

       - Сильвер, это же дама!

       - И что? Думаю, ее вполне можно выпороть на дворцовой площади!

       В разговор вмешался Беллатор:

       - Отпусти ее, Сильвер! Пороть на площади мы ее, конечно, не можем, для этого она слишком благородных кровей. А вот объявить сумасшедшей и сжечь на костре, как ведьму, это в нашей власти. Уверен, ее муж возражать не станет. Более того, будет просто рад.

       Сильвер выпустил Амелию. Она дико завыла, разъяренной фурией накидываясь на него, пытаясь дотянуться до глаз. Сильвер с силой пихнул ее в кресло, и мужчины вышли, не забыв запереть дверь. Вслед им неслись дикие истеричные вопли.

       Выйдя на улицу, они выругались.

       - Я и не предполагал, что это настоящее исчадье ада! Как с ней жил сэр Паккард? И как он мог на нее польститься? - Сильвер обернулся и погрозил кулаком в окно, откуда раздавались проклятья в их адрес.

       - Кровь Сордитов - проклятая кровь, братишка. Говорят, если женщина этого рода кого-то намечает себе в жертву, уклониться невозможно.

       - Да? Ты это серьезно?

       - Вполне. Это же касается и мужчин. Недаром Фелиция в свое время так увлеклась Контрарио. Его мать тоже из Сордитов. Мне порой кажется, что она до сих пор к нему неравнодушна.

       У флигеля настоятельницы Фелиция внимательно слушала что-то ей говорившую монахиню. Увидев племянников, она кивнула им и попросила зайти в дом. Через пару минут присоединилась к ним, плотно затворив за собой дверь.

       - Все как мы и думали, тетя. - Беллатор был не на шутку озабочен. - Амелия Паккат знает Агнесс в лицо. Единственное, чего она не помнит - ее имя. Но это неважно. Граф или его посыльный будет здесь с минуты на минуту.

       - Я не думаю, что они посмеют ворваться в монастырь. - Настоятельница заметно побледнела. - Это вопреки всем законам.

       - Тетя, законы уже не действуют! Мир меняется на глазах. Сейчас все зависит только от нас.

       - Да, наверное, ты прав, Сильвер. Но что делать нам теперь? Если приедет граф, что ему говорить?

       - Что такой послушницы в монастыре нет! Граф уверен, что кольцо у Агнесс. Он бросит все силы на охоту за ней, оголив свой замок. И мы должны воспользоваться этим, чтобы проникнуть в него. Это тот самый счастливый случай, которым грех не воспользоваться.

       Настоятельница встала. Поправив капюшон, она хотела что-то сказать, но тут в комнату с испуганным воплем ворвалась послушница.

       - Матушка, матушка! У нас перед воротами целое войско! Они требуют выдать им Агнесс!

       Все вскочили.

       - Началось! Ну что ж, пошли! Вот черт, а у нас даже мечей нет! - Сильвер с досадой чертыхнулся, не обратив внимания на неодобрительно поднятые брови тетушки.

       - А что, их трудно раздобыть, что ли? - Алонсо с усмешкой посмотрел на друга. - Нам ведь не привыкать! Ты же слышал, перед нами широкий выбор! Целое войско!

       Фелиция с гневно поднятым подбородком устремилась к запертым воротам. Возле них столпились почти все монашки монастыря, с ужасом переговариваясь об осадившем монастырь отряде воинов в полном вооружении. В довершении всего над монастырем разносился неистовый вой Амелии Паккат.

       Подойдя к воротам, настоятельница величавым жестом приказала их открыть. Во двор монастыря тут же въехало с десяток ратников, оставив за воротами еще сотню. Первым был граф на совершенно черном коне. Увидев настоятельницу, он легко спрыгнул с лошади и учтиво поклонился, пожирая ее при этом плотоядным взглядом.

       - Чрезвычайно рад вас видеть, великолепная Фелиция! - это прозвучало у него на редкость издевательски. - Надеюсь вы в добром здравии?

       - Вполне, граф. Чего не скажешь о вас. Вы были в бою? - насмешливо поинтересовалась в ответ Фелиция.

       В самом деле, граф хромал, у него была перевязана левая рука, на лице виднелись следы ушибов.

       - Почти. Спасибо за заботу.

       Фелиция величественно выпрямилась и строго спросила:

       - Зачем вы пожаловали к нам, граф? К тому же в сопровождении вооруженных людей? Это запрещено законом!

       - Мне сообщили, что у вас скрывается моя беглая экономка. Она украла деньги и бежала с ними.

       - Откуда она бежала, граф?

       - Из моего замка.

       - Но, насколько мне известно, из вашего замка бежать невозможно. Может быть, расскажете, что случилось?

       Граф сделал небрежный жест рукой.

       - О, это совершенно неинтересно. К тому же я не хочу, чтобы о способах побега знали. Вдруг найдутся желающие пройти по ее стопам? Так она у вас?

       Фелиция твердо ответила:

       - Граф, наша обитель предоставляет убежище всем гонимым. Они знают, что их не выдадут. Я не стану нарушать устав монастыря и ничего вам не скажу.

       - Значит, она все-таки здесь! - граф с угрозой опустил руку на рукоять меча. - Я в этом и не сомневался. Выдайте мне ее добровольно! Вы же прекрасно понимаете, что это лучше для всех вас! - он был издевательски-заботлив. Фелиция отрицательно покачала головой, и граф рявкнул: - Не хотите добром, будет худом! Пропустите моих людей в обитель!

       Беллатор решительно вышел вперед, оставив тетушку за плечами. Сильвер с Алонсо присоединились к нему.

       - Здравствуйте, граф. Давненько мы с вами не виделись.

       Контрарио с веселой насмешкой поклонился, но ответного поклона не дождался. Наоборот, Беллатор смерил его свирепым взглядом, который граф не счел нужным заметить.

       - Добрый день, наследник наместника! Вы тоже ищете убежища в этом монастыре?

       - Нет, мы с братом навещаем нашу тетушку по поручению отца.

       - Неужто наместник приказал вас выпустить из темницы? - граф нахмурился, не веря своим глазам.

       - А он нас там никогда и не запирал, граф. Вас ввели в заблуждение какие-то нелепые слухи.

       - Возможно, возможно. Но, как представитель закона, вы должны знать, что беглых преступников наказывают.

       - Однозначно, граф. Беглых преступников наказывают. - И Беллатор со значением посмотрел в лицо графу, показывая, кого он тут считает беглым преступником.

       У того на щеках проступили багровые пятна ярости. Сильвер с Алонсо отошли в сторону, оценивающе глядя на вооруженных конников.

       - Ты берешь того, кто справа, а я того, кто слева. В общем все, как обычно. Вот только монашки до чертиков мешают. Как бы их отсюда спровадить?

       Граф посмотрел на своих людей, готовясь отдать приказ о штурме. По знаку Фелиции монашки стали разбегаться кто куда. Настоятельница вышла вперед, полная решимости защитить обитель от Контрарио даже ценой своей жизни.

       - Вы не посмеете сделать это, граф! Вы не войдете в мой монастырь!

       Он дьявольски захохотал.

       - И кто же может мне помешать?

       - Я! - Фелиция спокойно встала перед ним и скрестила руки на животе. - Прежде чем идти дальше, вам придется меня убить.

       Он яростно посмотрел в ее спокойное лицо. Они несколько секунд мерялись взглядами. Граф вскинул руку, будто открещиваясь от наваждения.

       - И все так же красива! - в его голосе и взгляде сквозила настоящая боль. - Хорошо, я уйду! Но я вернусь, очень скоро вернусь! И возьму то, что принадлежит мне по праву! - от этих горячечных слов у всех слышавших их мороз прошел по телу.

       Он вскочил на коня, повернулся и вылетел за ворота. Его отряд поскакал за ним.

       Фелиция обессилено махнула рукой, веля закрыть ворота. Над головой раздался звук колокола, призывающий к благодарственной молитве. Двор моментально опустел.

       - Тетя, как вы себя чувствуете? - Беллатор заботливо поддержал Фелицию под руку.

       - Ничего страшного. Просто от напряжения кружится голова. Не каждый день мне приходится противостоять одному из главных злодеев нашего королевства. С непривычки тяжело.