Врата Вселенной - Фаенко Павел - Страница 9

— Сэм, хватит трепаться! — прозвучало в ответ. — Говори толком, что вы там откопали!

— Горная порода оказалась рыхлой и крупнозернистой, с многочисленными красными вкраплениями и прожилками, которые выделяют на изломе бесцветную маслянистую жидкость.

— И что, это повод для открытия, что в ней покоятся останки местной цивилизации? — проворчал Гаррисон.

— В первый раз вижу такое! — удивился Уильяме. — Создается впечатление, что порода не монолитна, а является питательной средой для существования какой-то новой, еще неизвестной нам формы жизни!

— Ты хочешь сказать, что эти скалы являются одновременно и домом и пищей какому-то организму? — переспросил его капитан.

— Да, именно так я и думаю!

— Впервые в жизни слышу подобную чушь! — не на шутку встревожился Джон — Надеюсь, у вас хватило ума не прикасаться к этой породе голыми руками?

— Милтон не позволил! — соврал Сэм. — Сказал, что пристрелит меня, как собаку, если я подхвачу какую-нибудь заразу!

— Тогда передай ему. что пусть вначале займет очередь! — проворчал капитан. — Поместите образцы в герметичные сосуды и двигайтесь дальше. Исследуйте оставшуюся часть скал по периметру, пробы можете взять еще в трех местах. Предупреждаю: до наступления ночи осталось всего пять часов. Так что не вздумайте застрять в каком-нибудь местном кабаке, ждать не будем!

— Понял, капитан! — рассмеялся в трубку Уильяме. — Впрочем, от холодного пивка и соленых орешков я бы сейчас не отказался! Думаю, что по возвращении на Землю нам следует вытрясти из наших толстосумов крупный куш за это открытие, а там махнем на пару недель на Виргинские острова помянуть Эрика Блейка…

— Нашел время вспоминать о покойных! — перебил его Джон. — Вначале выберись из этой дерьмовой переделки, а уж потом будешь хвастать о ней перед своими девчонками!

— Не переживайте, капитан! — успокоил его Уильяме, забираясь вслед за Ричардом в кабину транспортера. — Мы еще проводим Вас на пенсию с почестями, как первооткрывателя нового мира!

— Чтоб у тебя язык отсох, Сэм! — прохрипело из трубки. — Заткнись, и пошевеливай своей ленивой задницей, если, конечно, хочешь улететь вместе с нами! Боб через три часа заканчивает ремонт двигателя, и мы будем готовиться к старту. Если вы не вернетесь до этого времени, то останетесь дожидаться следующей экспедиции!

— Все понял, отключаюсь!

Уильяме спрятал рацию в нагрудный карман комбинезона и. закинув перекрещенные ноги на приборную панель машины, хлопнул Милтона по плечу.

— Трогай!

Багровое солнце уже коснулось вершины скал, когда покрытый пылью транспортер притормозил у подножия звездолета, подняв в воздух огромные фонтаны песка. Капитан открыл люк и сбежал по ступенькам трапа вниз.

Дверцы броневика поднялись вверх и астронавты выбрались наружу. Оба застыли по стойке смирно и, приложив правую руку к голове, приготовились рапортовать о своем возвращении.

Гаррисон отмахнулся от них и изрек:

— Потом! Очень не хотелось улетать без вас, так что вы появились вовремя… Через сорок пять минут наступают сумерки и мы готовимся к светопреставлению! Загоняйте машину в бункер, перекладывайте образцы скал в морозильную камеру и присоединяйтесь к нам!

Выпалив все это на одном дыхании, он повернулся к астронавтам спиной и, перепрыгивая через две ступеньки, помчался обратно на корабль…

В центральном салоне звездолета стоял такой переполох, словно ожидали приезда самого Президента.

Гаррисон суетился перед пультом, закладывая программу старта и советуясь по всяким мелочам с главным компьютером, который висел перед ним с абсолютно невозмутимым видом. Перепачканный сажей Фишер усаживался в свое кресло, так и не сняв в спешке рабочий комбинезон. Бледный, как привидение Смит, слонялся перед заметно потемневшими обзорными экранами, что-то бормоча себе под нос и не обращая внимания на косые взгляды экипажа…

Милтон и Уильяме только что вернулись из морозильного отсека и, оглядев салон, поспешили к своим креслам.

— Вы очень кстати! — крикнул им Гаррисон. — Быстро пристегивайтесь, через десять минут станет совсем темно… Джордж, хватит маячить перед экраном! Прими что-нибудь успокаивающее и садись в свое кресло… Объявляю пятиминутную готовность к старту! Главному компьютеру проверить рабочие параметры и приготовиться к возможному переходу на аварийное управление в случае сбоев в работе двигателя номер три!

— Капитан, никаких сбоев не будет! — прозвучал обиженный голос бортинженера. — Я проверил все системы на пять раз.

— Необходимые расчеты сделаны! — послышался доклад «Веселого Роджера». — Вероятность выхода из строя двигателя номер три после произведенного ремонта составляет всего полтора процента! Входной люк задраен, проверка корабля на герметичность не обнаружила никаких повреждений… Разведывательный зонд подготовлен к запуску на поверхность планеты. Жду Ваших координат!

— Установить зонд в центре каменного кольца с максимально возможной точностью! — скомандовал Гарри-сон.

Раздался приглушенный рев турбин и корпус звездолета слегка вздрогнул.

— Капитан, зонд запущен в условленное место! — доложил главный компьютер. — Точность посадки составляет пятнадцать дюймов.

— Неплохо! Привести системы корабля в полную готовность и через одну минуту произвести старт! — скомандовал Джон. — Экипажу установить свои кресла в стартовое положение и… Да поможет нам Бог!

— Капитан, корабль к взлету готов! — сообщил «Веселый Роджер». — Старт через пятьдесят секунд. Начало отсчета через сорок.

Воцарившаяся в салоне тишина действовала угнетающе…

Каждый из астронавтов думал о чем-то своем, но все вместе они размышляли о главном: что ждет их после того, как турбины звездолета вдавят их в кресла и вырвут из объятий этой непредсказуемой планеты.

Ричард Милтон думал о том, что скорей бы закончился этот чертов рейс и он смог бы взять лишний месяц оплачиваемого отпуска. Ему очень хотелось сказать что-нибудь смешное, но он не мог: язык прилип к небу и во рту появился отвратительный привкус горечи.

Боб Фишер лихорадочно вспоминал, закончил ли он в спешке восстановление поврежденной электрической изоляции в двенадцатом отсеке проклятого двигателя и если нет, то, как это может сказаться на его работе при стартовых перегрузках.

Сэм Уильяме размышлял об удивительных образцах скал, которые они нашли на этой планете, и о том, не сможет ли глубокое замораживание повредить находящиеся в них клетки неизвестного организма.

Капитан Гаррисон вспомнил свою любимую дочь, которая к этому времени уже вышла замуж за парня, живущего в другом городе и которого Джон из-за своей проклятой работы даже ни разу не видел в лицо. Дай Бог, чтобы ее семейная жизнь сложилась удачно и она никогда не стала похожей на свою мать!

Смит — о чем думал Джордж, было тайной даже для него самого. Смутные образы проплывали перед его затуманенным мозгом, порождая явления, перед которыми обыкновенный человек мог бы сойти с ума…

Голос компьютера, начавшего предстартовый отсчет, вырвал их из плена собственных мыслей, заставив сосредоточиться на единственно важной в настоящий момент цели: улететь подальше от этой планеты, затягивающей на их шее хорошо намыленный галстук.

— Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два…

Неожиданно отсчет оборвался и на взвинченные до предела нервы экипажа тяжелым молотом обрушилась тишина…

— Почему ты остановился?! — Гаррисон произнес это почти шепотом, хотя ему показалось, что от его крика у всех заложило уши.

— Капитан, я обнаружил светящийся объект… — доложил главный компьютер.

— К черту! Мы должны исследовать его из космоса! — заорал на голограмму Джон. — Я требую срочно завершить рабочую программу и произвести старт'.

— Я имею в виду не сияние каменного кольца, сэр, оно еще почти незаметно! — ответил «Веселый Роджер». — В трехстах ярдах от звездолета на поверхности ближайшей скалы появилась светящаяся пещера, в глубине которой я обнаружил ДВИЖУЩИЙСЯ объект…