Химеры 2 (СИ) - Кузнецова Ярослава - Страница 18

Боль помогла тоже - в глазах прояснело, а в ушах смолкли занудливые молоточки, которые начинали стучать при любой попытке начать движение.

Через какое-то время удалось подтянуться и кое-как встать на дрожащие ноги.

Стены еще покачивались, но в этом качании уже просматривался какой-то ритм, что ли. Амарела неуверенно сделала несколько шагов, приноравливаясь. Ладно, и в Полночи жить можно, правда, похоже, плохо. Теперь, стоя на ногах, она заметила на каменных возвышениях подозрительные темные пятна.

Кое-как она доковыляла до кровати, шатаясь, как пьяная. В изножье лежала стопка одежды - нижнее платье, верхнее, шерстяные чулки. На полу лежали вышитые кожаные башмачки.

Амарела задумалась о том, где слуа берут в этом адском пределе шерсть и красители, ничего не придумала, начала возиться с одеждой и обувью.

Хороша королева, которая даже несколько шагов нормально сделать не может.

Дверь госпиталеума отворилась, кто-то вошел. Амарела пригляделась - темноволосый, стройный, если не сказать тощий, волосы ниже лопаток - Киаран? Правой рукой он зажимал предплечье левой, с пальцев капало алым.

Киаран глянул на нее и виновато улыбнулся. Темные провалы глаз на скуластом мальчишеском лице смотрелись странно, неуместно.

- Собака укусила, - сказал он. - Поможешь? Надо замотать.

- Я не знаю, где тут бинты.

- Я принесу.

Юный слуа повозился около резного шкафчика, нимало не обращая внимания, что заляпал кровью серые плиты, потом подошел к возвышению, положил на него руку, вопросительно глянул на рейну. Делать нечего, пришлось снова бороться с треклятой человечьей природой, идти к нему, заворачивать намокший рукав, обмывать руку, резать полотняные бинты (сама чуть не пропорола себе руку ножницами), заматывать потуже.

- Снадобье какое-нибудь надо, воспалится же, - на смуглом предплечье была безобразная рваная рана, виднелись следы клыков.

- Зачем? - Киаран пожал плечами. - Зарастет, просто неудобно, я хотел замотать, вот и все.

Несложная у них тут медицина. Интересно, на что похоже родовспоможение? “Вот тебе охапка сена, и ни в чем себе не отказывай”?

Нет, я выберусь отсюда как можно скорее.

- Что за собака? Как тебя угораздило?

- У моей сестры есть псы… Не любит она меня. И собаки ее меня не любят, - Киаран потрогал узел на повязке, опустил рукав обратно - клок вырван и безобразно свисает. - Я бы ушел обратно в лес, но сегодня свадьба, надо быть в замке.

- Ты живешь в лесу?

- Ну… не живу, а так, - слуа замялся, подбирая слово. - Поживаю, да? Я люблю быть один.

Амарела с содроганием вспомнила заснеженные заросли, в которых наверняка водились всякие твари, но ничего не сказала. Жизнь и обычаи Аркс Малеума оставались для нее областью неизведанной. Она поняла только, что здесь верховодят женщины, но правит вроде бы король - вчера (или столетие тому назад) Ружмена, не поворачивая головы от разложенных на столе снадобий, сказала: “Тьяве, отойди”, и страшный высоченный слуа повернулся и ушел, не сказав ни слова. Тоже мне король. А принца, его сына, между прочим, только что цапнула чья-то собака.

Рейна живо припомнила перекошенное злобой лицо бывшего - ныне покойного - супруга, и на минутку подумала, что может быть уклад слуа не такой уж и странный, привлекательный даже чем-то… если бы не назойливый запах яблок, пустые проемы окон и это тошнотворное качание - совсем не плохое место.

- Свадьба? - сказала она вслух. - Кто женится?

- Хейзе и Гваэт, они давно собирались… а теперь затишье.

- И мне тоже можно пойти?

- А ты сможешь? - Киаран с сомнением поглядел на нее. - Тебя женщины одели?

- Сама.

Он глядел с сомнением.

- Если дойдешь, то иди. Но все-таки не место тебе у нас.

- А то я напрашивалась. Скажи спасибо своему приятелю Лавенгу. Как так вышло, что ты ему должен?

- Я прятался в лесу во время инсаньи, потерялся, мелкий был. Нож меня нашел и привел домой. Отец меня чуть не убил потом, за то, что оказался в должниках у чужого, да еще высшего наймарэ. Потом-то я привык, не плутал больше.

- А что такое инсанья?

- Потом увидишь, - “если доживешь”, отчетливо послышалось в конце недоговоренной фразы. Амарела рассердилась и поднялась на ноги, ее почти не шатало.

- Пойдем свадьбу смотреть, - сказала она. - Дай руку. Буду считать, что нахожусь в туристической поездке. Осмотр достопримечательностей и все такое. У вас есть достопримечательности?

Киаран глянул на нее, как на сумасшедшую, но послушно подал здоровую руку и повел рейну в коридор.

Даже сейчас, когда в голове прояснилось, крепость слуа выглядела, как кошмарный сон. Да она и была кошмарным сном - с пустыми стрельчатыми оконными проемами, в которых плыло перевернутое небо - до отказа заполненная толпой и в то же время совершенно пустая. Без Киарана рейна не смогла бы сделать здесь ни шагу. Аркс Малеум был головоломкой, пахнущей дикими яблоками шкатулкой, бесчисленное число раз вложенной в самое себя. Не место для людей.

Она подышала, зажмурившись, и храбро двинулась дальше. Шерстяное платье шуршало подолом по серым, источенным временем плитам. Под веками вспыхивали белые голубиные крылья в голубом колодце неба, бесконечно разматывающаяся осмоленная бечева, бочка с лопнувшими обручами, с завораживающей медлительностью разлетающаяся на куски. В каменном колодце звенели детские голоса. Аркс Малеум вызывал видения, сны наяву, путал сознание. Амарела крепко вцепилась в когтистую руку проводника и упрямо шла вперед, периодически сглатывая. Серебряные кольца стискивали пальцы.

- Библиотека. Оружейная. Малая столовая. Часовня.

Они могут тут читать. Тренироваться. Есть. Откуда здесь часовня?

Но Киаран увлек ее дальше.

Коридор, по которому они шли, был совершенно пуст. Его пронизывали солнечные лучи, расплываясь в млечное марево. Издалека слышалась льющаяся, как ручей, музыка.

- Главный зал.

Резные двери распахнуты настежь. В глаза бросился длинный стол, уставленный тяжелой серебряной посудой, конец его терялся в тенях, в дальнем конце огромного зала. В необозримой вышине сводчатого потолка свисали хвостами вниз серые, синие знамена. Слуа - высокие женщины в цветных многослойных платьях, мужчины - при оружии, с длинными гривами невероятных оттенков - беседовали, подходили к высокому столу, вкушали пищу, слушали музыку. На приход Киарана и Амарелы никто не обратил внимания. В толпе мелькали жрицы в сером и синем, маленькие дети носились свободно, визжали, тягали за уши полуночных гончих, прятались под свисающей до пола скатертью.

Мимо Амарелы пробежала белокурая девочка, лет семи на вид, из-под красного подола быстро мелькали башмачки, локоны выбивались из-под шерстяной шапочки. Девочка со смехом оглянулась на рейну - глаза у нее были черные, без белков, как у всех здесь. Амарела перевела взгляд на стол и поняла, что голодна.

Стало тихо. Король Тьяве встал во главе стола, высокий, страшный.

- Откуда мы пришли? - монотонно спросил он.

- Из глубины Сумерек, - хором выдохнули в зале. Эхо гуляло под сводами.

- Кто мы есть?

- Потомки Отверженных, Охотники, Живущие в Тени, Идущие По Следу.

- Где наш дом?

- В Аркс Малеум, под сводами крепкими, среди стен высоких.

- Что нас держит?

- Мысль и коготь, серебро и заклятие.

- Что нас ждет?

- Не знаем мы, не знаем, уповаем на милость альмов и волю Холодного Господина.

- Вкуси от нашего гостеприимства, - чопорно сказал Киаран.

На белой скатерти теснились блюда с плодами, дичью, грибами, резные серебряные графины с крышками в виде голов неведомых птиц, лежала зелень, печеная репа, плоские, круглые, серого цвета, хлебы. В промежутках меж блюдами краснели бочками дикие яблоки. Нежные белые цветы, похожие на восковые колокольчики, россыпью светились там и здесь.

Она нерешительно протянула руку к яблоку. Вспомнились страшные детские сказки - не ешь во дворе морского царя, не ешь в холмах, не ешь в царстве мертвых. Заблудишься, забудешь родной язык, забудешь родной дом, вернешься через столетие… Но что же, не есть? Умереть с голоду среди этих зыбких, как сновидение, стен?