Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 696

Карамон посмотрел на огромную корзину, а потом на Крысу.

— Это была замечательная история, Карамон, — сказал полукендер. — Я чуть не разрыдался.

Карамон, ничего не говоря, взвалил корзину на спину и зашагал в темноту…

— И что вы принесли мне на этот раз? — поинтересовался Рейнард.

— Хмель. Пятьдесят фунтов отборного хмеля, — радостно заявил Крыса.

Гном с отвращением посмотрел на корзину:

— Ты, верно, никогда раньше не слышал, что мы делаем лучшее пиво на Кринне? И соответственно, выращиваем свой собственный хмель!

— Но не такой, как этот, — сказал Крыса. — Не эрготский хмель.

Рейнард тяжело вздохнул:

— Эрготский? А чем докажешь?

— Понюхай — сам всё поймёшь, — ответил полукендер.

Наклонившись к корзине, гном шумно принюхался, потом обменялся взглядами с компаньонами.

— Плачу десять железных монет!

— Мы ушли, — объявил Крыса. — Вперёд, Карамон! Я знаю одну таверну в городе, которая даст нам…

— Стойте! — крикнул гном. — Как насчёт двух фарфоровых наборов хиларской посуды и кубков к ним? Добавлю золотые ложки!

— Я солдат, — сказал Крыса через плечо. — Что я буду делать с посудой и золотыми ложками?

— Солдат? Прекрасно, а как насчёт восьми зачарованных эльфийских луков, сделанных для охотников Квалинести? Стрела, выпущенная из них, всегда находит цель.

Крыса остановился, а Карамон сразу снял корзину с плеч.

— Луки и седло сэра Джефри! — выпалил Маджере.

— Я не могу, я же обещал седло другому… — сказал гном задумчиво.

— Карамон, вперёд! — Крыса двинулся дальше.

— Постойте! — выкрикнул Рейнард сзади. — Я согласен. И седло тоже.

Крыса перевёл дух:

— Прекрасно, мастер Рейнард, заключим сделку…

Карамон погрузился в глубокий сон, сражаясь с двадцатью шестью золотоволосыми детьми, которые пытали плачущего гоблина. Поэтому металлический звук, который раздался рядом, он воспринял как часть сна и не подумал просыпаться.

Только когда сержант Немисс врезала ему по голове горшком, в который она колотила, силач начал что-то соображать.

— Подъем! Подъем, ленивые задницы! — орала она. — Выходи строиться! Встать, я сказала!

Карамон и Крыса вернулись в лагерь за час до рассвета. Шатаясь после бессонной ночи, Карамон одним из последних занял место в шеренге, выстроившейся перед казармой. Они построились в колонну и едва выступили для тренировки, как послышался стук копыт и громкий приказ остановиться.

Мастер Сенедж, осадив возбуждённого коня, спрыгнул с седла перед ними. Его лицо от гнева было цвета раскалённой печи и излучало такой же жар. Мастер свирепо осмотрел весь отряд — ветеранов и рекрутов. Все в строю попытались стать незаметными, а лучше — невидимыми.

— Проклятье! — заорал он. — Кто из вас, ублюдки, снова поменял местами моё седло и седло барона? Меня уже утомил этот тупой розыгрыш! В последний раз барон едва не приказал насадить мою голову на копьё! Кому пришло такое на ум в этот раз?

Играя желваками, мастер Сенедж медленно пошёл вдоль строя.

— Давайте сознавайтесь, ничтожества!

Никто не шевелился и не произносил ни слова. Если бы Бездна разверзлась сейчас у ног солдат, Карамон первый бы прыгнул в неё.

— Что, никого нет? — прорычал Сенедж. — Прекрасно! Сержант! Всему отряду урезать порции на месяц вполовину!

Карамон и остальные солдаты издали крик отчаяния — это было самое страшное наказание.

— Не надо никого наказывать, мастер Сенедж, — раздался голос из заднего ряда. — Это я сделал.

— Кто это сказал? — Сенедж попытался разглядеть говорившего, но ему это не удалось.

Крыса чётко выступил вперёд:

— Я один несу ответственность за все.

— Как тебя зовут, солдат?

— Крыса, мастер Сенедж.

— Этот солдат сегодня должен был быть уволен, — быстро встряла сержант Немисс. — Фактически он уже не солдат с сегодняшнего утра.

— Это его не извиняет, сержант, — процедил Сенедж. — Пусть сперва объяснится с бароном лично.

— Могу я сказать, мастер Сенедж? — отсалютовал Крыса.

Сенедж мрачно сплюнул:

— Говори, сосунок.

— Найденное седло не принадлежит барону, мастер Сенедж, — кротко сказал Крыса. — Если послать проверить, то вы узнаете, что седло Айвора Лэнгтри висит себе спокойно в конюшне. Это седло — подарок от всего штурмового отряда мастеру Сенеджу!

Солдаты молча начали переглядываться. Сержант Немисс гаркнула команду, и все снова замерли по стоике «смирно». Мастер Сенедж подошёл к своему жеребцу и внимательно изучил седло.

— Древние Боги! Ты прав, это не баронское седло. Оно выполнено в соламнийском стиле…

— Последняя мода, мастер Сенедж! — проговорил Крыса.

— Я даже не знаю… не знаю, что сказать… — Сенедж был тронут, раскалённый поток гнева уступил место тёплой благодарности. — Оно стоит целое состояние… И все солдаты… вместе… скинулись на подарок… — Мастер Сенедж больше не мог говорить, у него перехватило дыхание.

— Троекратное приветствие мастеру Сенеджу! — прокричала сержант, которая понятия не имела, что происходит, но не могла остаться в стороне.

Солдаты завопили с максимальным воодушевлением. Вскочив в своё новое седло, мастер Сенедж махнул им шляпой и, дав шпоры жеребцу, понёсся прочь.

Сержант Немисс повернулась к строю — молнии проскакивали в её глазах. Она уставилась на Крысу, тысячекратно его испепеляя:

— Хорошо, сосунок, какого демона это означает? Я прекрасно знаю, что ни один из солдат не скидывался на седло мастеру Сенеджу. Ты один купил его?

— Нет, сержант, — ответил спокойно Крыса, — я не покупал.

— Солдат, принеси сюда верёвку, — приказала Немисс. — Я говорила, что сделаю, если поймаю тебя на воровстве, кендер. Вперёд, марш!

Крыса, не меняя выражения лица, зашагал к яблоне. Карамон с трудом оставался безучастным, втайне надеясь, что Крыса не затянет шутку слишком далеко. Один из солдат вернулся с крепкой верёвкой, которую и вручил сержанту. Крыса встал под яблоней, остальные остались стоять по стойке «смирно».

Покачивая завязанной петлёй, Немисс приглядывала ветку получше. Внезапно она замерла и вгляделась в гущу ветвей:

— Что за…

Крыса заухмылялся и принялся разглядывать листья под ногами. Подпрыгнув, сержант Немисс вытащила что-то из веток. Солдаты не смели нарушить строй, но все отчаянно старались рассмотреть, что оказалось в руках у сержанта. Один из ветеранов забылся и присвистнул. Немисс была так ошеломлена, что даже не заметила этого.

В её руках был прекрасный эльфийский лук. Посмотрев наверх, Немисс насчитала ещё семь таких же. Она нежно провела по тетиве рукой:

— Это лучшие луки на всём Ансалоне! Говорят, они магические… Эльфы никогда не продадут их людям ни за какую цену! Ты хоть знаешь, сколько они стоят?

— Да, сержант! — ответил Крыса. — Сто фунтов копчёной говядины, немного помятый доспех Соламнийского Рыцаря и корзина хмеля.

— Что?! — Немисс тупо заморгала и затрясла головой. Карамон вышел из строя:

— Это верно, сержант. Крыса не украл их. Люди и гномы из караванов могут засвидетельствовать, что он их честно выменял! — Последнее было маленькой натяжкой, но сержанту не нужно было напрягаться…

Немисс впервые улыбнулась и потёрла щеку гладким изгибом эльфийского лука. Она не могла оторвать от него рук, то краснея, то бледнея.

— Добро пожаловать в штурмовой отряд, Крыса! — сказала она со слезами на глазах. — Троекратное приветствие Крысе!

Солдаты с готовностью заорали. Сержант Немисс ещё раз осмотрела всех:

— И троекратное приветствие всем тринадцати рекрутам штурмового отряда!

Казалось, радостные крики, раздавшиеся на плацу, ещё долго не стихнут…

20

Солдаты Ариакаса маршировали по дороге. Это была не его гвардия, прекрасно обученная и тренированная, слишком ценная, чтобы бросать её в эту кампанию, которая превосходно умела воевать, — именно она захватила Оплот и Нераку вместе с прилегающими землями.