Пылающий мир (ЛП) - Марион Айзек - Страница 94

залезть в меня и копаться, и пусть она получит всё, что там найдёт.

Но час суда не наступает. По крайней мере, не сейчас. Вместо того, чтобы требовать ответы и расспрашивать меня о моих грехах, она отворачивается к горизонту и говорит:

Нам нужно остаться.

Я понимаю, что не дышал. С благодарностью вздыхаю.

Остаться? - говорит Нора. - Что ты имеешь в виду?

Мы продолжаем спорить о том, спрятаться или сбежать. С каких пор это стало нашим единственным выбором? Это два варианта сдаться?

Нора хмурится.

Хмм... Джули... ты очень настаивала на втором варианте.

Знаю, - она качает головой. - Я была напугана. Говорила себе, что мы найдём помощь и приведём её домой, но всё пошло к чертям... - я замечаю влажный блеск в её глазу. - … а потом появилась мама, и я просто... сломалась, - она смотрит на Эйбрама сквозь слёзы. - Прости. Я правда прошу прощения.

Эйбрам ничего не говорит. У него каменное лицо.

Но ты прав, Р, - она секунду смотрит на мои ноги, потом поднимает на меня глаза. - Я не могу её спасти, - она поворачивается к Норе. - И ты была права. Она бы не хотела, чтобы я пыталась сделать это, наплевав на остальное,- она вытирает глаза рукой и стискивает зубы. - Мы не можем спрятаться, не можем сбежать. Мы должны остаться и сражаться.

Минуту или две единственным звуком остаётся визг радио Томсен, поскольку она рассеянно бегает по частотам. Я ждал, что Эйбраму будет что сказать, но он просто смотрит то на меня, то на Джули со странной пустотой в глазах.

Сражаться с Аксиомой? - говорит М, держась за голову, будто бы она болит. -

Как?

Томсен возвращается на федеральную волну, и Джули тычет в радио с

гримасой отвращения.

Я скажу. Начнём с этого.

Аксиома обеспечивает уверенность в сомнительные времена, - говорит серьёзный женский голос, пока нарастает музыка. - Как можно полагаться на своего ближнего, если он так же отчаялся, как и ты? Лишь Аксиома стоит над толпой. Лишь Аксиома достаточно преуспела, чтобы ей можно было довериться.

Не похоже, что у них есть непреодолимая армия, - говорит Джули. - Они не захватывают страну силой. Люди позволяют им это, потому что считают, что это

лучший вариант. Потому что они знают только то, что им говорит Аксиома.

В наших процветающих современных городах вы найдёте еду, убежище и работу для всей семьи. Вы будете спокойно спать среди толстых стен и обученных солдат, пока вертолёты парят над вашими головами, как ангелы- хранители.

Меня уже тошнит это слушать, - рычит Джули. - Старое правительство или Аксиома, это всё один и тот же голос. Один орущий говнюк перекрикивает остальных.

Насильники, - распевает мужчина, когда музыка мрачнеет. - Серийные убийцы. Педофилы. Террористы. Бесчеловечные монстры, которые хотят сожрать ваши семьи...

Ему пора закрыть пасть, - она хватает радио и крутит выключатель. Кажется, Томсен не возражает.

Я поднимаю себя со скамейки. С выпрямленной спиной я почти так же высок, как и М. Я наполняю лёгкие вымытым дождём воздухом и издаю властную фразу:

Давайте уничтожим BABL.

Мрачная улыбка появляется на лице Томсен. Нора сжимает губы и зубы, но кивает.

М пожимает плечами, будто я предложил прокатиться до магазинчика за углом.

Это мне подходит.

Но я вижу, что с Эйбрамом что-то творится. Он смотрит в землю, печальный и уставший. Трясёт головой, будто внутри него идёт горький спор. Затем он останавливается. Поднимает глаза на Джули.

Удачи. И уходит.

Ты куда? - кричит Нора ему вслед.

Я иду искать свою дочь.

Мы тоже! Возвращайся!

Я вижу, как он качает головой.

Нет, вы собираетесь уничтожить BABL, разоблачить Аксиому и построить новый мир. А я иду искать дочь.

Мы поедем в одно и то же место, тупая задница! Если мы не найдём её по дороге в Убежище, то найдём в самом Убежище!

Вы не дойдёте до Убежища. Мир сожрёт вас заживо.

Ты говорил себе, что мы можем тебе помочь!

Я ошибался.

Нора вскидывает руки. М с сомнением смотрит на меня и Джули.

Мне остановить его? - он щёлкает костяшками пальцев. - Мне не нужно оружие, чтобы взять человека в заложники.

Кажется, Джули его не слышит. Её лицо напряжено от переплетающихся эмоций, когда она смотрит, как уходит Эйбрам, поэтому я отвечаю за нас обоих.

Пусть идёт.

Я чувствую вину из-за облегчения, которые испытал, выпустив из своего рта эти слова. Мы тащили этого мужчину через всю страну, надеясь, что он выйдет из своего ступора, увидит в своей жизни свет и пойдёт к нему, но вместо этого он ушёл. Он сказал: «Свет слишком далеко, его никому не достать», и ушёл. Я устал от него. Я устал и от него, и от людей, которые его создали, и от людей, которых он бы создал, если бы мог. Я устал от традиций и наследия существования, которое он несёт, и если он хочет унести их подальше от нас, я скажу — пусть.

Но, как всегда, Джули горячее меня. Она сдаётся последней. Она рвётся за ним.

Эйбрам!

Я держусь на расстоянии, на случай, если ситуация обострится.

Эйбрам, стой!

Знаешь, что самое смешное? - без следа улыбки говорит он, не сбавляя шага. - Ты продолжаешь извиняться за то, что выстрелила в меня и взяла в заложники. Но это — единственное, за что я мог бы тебя уважать.

Джули упирает руки в бока.

Это был единственный раз, когда я увидел, что ты жертвуешь своими принципами , чтобы сделать необходимое для своей семьи. А теперь ты повернула назад. Бросила мать и бежишь спасать мир.

Я не бросила мать, - Джули скрипит зубами. - Я найду её и буду рядом так долго, как смогу. Но здесь на карту поставлено всё. Может, мы единственные люди за пределами Аксиомы, которые знают, как найти BABL, так что мы...

Удачи! - он ускоряет темп. Джули начинает отставать.

Эйбрам, послушай меня! - на её лице написана решимость, но голос уже хрипит. - Я знаю, что значит потерять семью. Будто ты отрезан от человечества,

будто ты должен быть один?

Он сворачивает в тёмный переулок, отдаляясь с каждым шагом.

Я борюсь с этой мыслью каждый день, но, чёрт возьми, это неправда! Наконец, он останавливается и оборачивается. Его спокойствие исчезло.

Что тогда правда, Джули? - его голос как кислота. - Во что ты веришь, если даже не веришь своим собственным мыслям?

Я верю в то, что мне всегда говорила мама, - она стоит прямо и с мягкой неподвижностью встречает его гнев. - Человечество — это семья, которую ты никогда не потеряешь. Независимо от того, что произойдёт.

Я смотрю на неё сбоку. Она в курсе, что я слушаю? Или она разговаривает со мной тоже?

Эйбрам смотрит на неё так, будто они из другого мира. Нереальное существо, говорящее на внеземном языке. Я жду, что он холодно рассмеётся, но он только прищуривается и заталкивает свои эмоции обратно в тюрьму в голове. Затем, вновь став безэмоциональным, он отворачивается и идёт прочь.

Джули не идёт следом. Её пыл угасает; кажется, она уменьшилась сантиметров на десять. Эйбрам тоже уменьшается, увеличивая расстояние между нами. Затем он заворачивает за угол и исчезает.

ВУГЛУ ТЁМНОЙ ПАРКОВКИ, окружённой разобранными машинами и грудами мусора, под коричневым брезентом стоит что-то большое.

Это она? - спрашивает Нора. - Огромная.

Пожалуйста, скажи, что это маскировка, - тревожится М.

Томсен приближается с вытянутой рукой, будто успокаивая перепуганное животное.