Все рассказы и повести Роберта Шекли в одной книге - Шекли Роберт - Страница 818

Поскольку на планете не было людей, то и протестовать против подобных шалостей было некому. Да они никому и не приносили никакого ущерба. Все снова вырастало, восстанавливалось, текло куда надо и успокаивалось как бы само собой; каждой вещью и явлением управлял свой дух или какое-нибудь божество. Так что сотворение сменялось разрушением, затем все потворялось снова, и мир пребывал в равновесии.

Но однажды случилось нечто совершенно невиданное, небывалое. Ранним утром в небе блеснул свет, но вспышка эта не имела ни малейшего отношения ни к одному из богов или духов. Свет был ровный; некоторое время он как бы висел над землей, а потом исчез. И стало видно — если бы было кому наблюдать за этим! — что с неба медленно падает какой-то предмет.

Предмет плавно и мягко опустился на землю и оказался каким-то сундуком или ларцом, сделанным из металла.

Боги и духи слетелись со всех сторон, желая рассмотреть эту диковинку. Их настолько заинтересовало происходящее, что они даже обрели вполне конкретную форму, по большей части представ в обличье детей, хотя на самом деле возраст имели весьма почтенный, ведь они существовали здесь с незапамятных времен. Однако таких предметов никому из них прежде видеть не приходилось.

Все они столпились вокруг металлического ларца. Их хрупкие полупрозрачные тела, чуть поблескивая, как бы расплывались в воздухе.

— Как ты думаешь, Ариэль, что это?

— Не знаю, Пакс. Ты когда-нибудь видел что-либо подобное?

— Нет. Гляди-ка, здесь что-то написано.

— Да, похоже на то. Только нам-то этой надписи не прочесть.

— Глупый! Настоящая надпись читается сама.

Пакс коснулся написанных на ящике букв. Внутри будто кто-то откашлялся и произнес: «Я — шкатулка Пандоры 1134В, серия № 2. Меня следует открывать с максимальной осторожностью, соблюдая все правила безопасности».

— Как ты думаешь, что там? — спросил Ариэль. — А вдруг игрушки!

— В коробках бывают не только игрушки, — резонно заметил Пакс. — Может быть, нам с Просперо посоветоваться?

— А то ты не знаешь, что он скажет! Разумеется, тут же велит оставить эту штуку в покое!

— Возможно, именно это нам и следовало бы сделать.

— Но это же совершенно новая коробка! Новая вещь! А у нас уже так давно не было ничего новенького!

— Хорошо, давай спросим Психею. Уж она-то знает, как лучше поступить.

Психея была очаровательна в обличье юной девушки с длинными каштановыми волосами и в простом белом платье. В руках она держала букетик цветов. Правда, она была почти совсем прозрачной. Стоило им произнести ее имя, как она возникла прямо перед ними и спросила:

— Что это у вас такое?

— Это шкатулка Пандоры! — гордо заявил Ариэль. — И нашел ее я!

— Совершенно неважно, кто ее нашел, — заметил Пакс. — А вот что нам с ней делать, мы не знаем. Если с ней вообще стоит что-то делать…

И тут в своем красновато-коричневом одеянии явилась богиня урожая Верна. В руках у нее был рог изобилия, из которого буквально вываливались всякие овощи и фрукты. Верна имела вид добродетельной женщины средних лет, хотя на самом деле была не старше прочих богов и духов.

Взглянув на шкатулку, она воскликнула:

— Наконец-то!

— Ты что, ожидала ее прибытия? — спросила Психея.

— Конечно! Это именно то, что мне нужно! Между прочим, это я за ней посылала.

— А что у нее внутри? — спросил Ариэль.

— Люди, — сказала Верна.

— А зачем тебе люди? — спросил Пакс.

— Мне же не для кого растить плоды и злаки! — воскликнула Верна. — А это не слишком приятно, если ты богиня урожая!

— Как это «не для кого»? — удивился Пакс. — Мы все очень любим, когда созревает твой урожай, Верна. Мы всегда так тебе об этом и говорим.

— Я знаю, что любите, — кивнула Верна, — и очень мило с вашей стороны иногда напоминать мне об этом. Но вы, как и я, как и все мы, принадлежим к силам природы. И никто из нас не ест земных плодов. А в таком случае разве может урожай действительно что-то значить для нас?

— Ты права, но забываешь, что главное — это духовность! — заметил Пакс.

— Иногда одной духовности маловато, — сказала Верна. — И хочется чего-то вполне материального, реально существующего: хотя бы людей, которые с благодарностью съедят тот урожай, который ты для них вырастила.

Тихе, богиня удачи, должно быть, подслушивала их разговор, потому что, внезапно появившись как бы ниоткуда, тут же приняла в этой дискуссии самое живое участие. Тихе имела облик высокой стройной женщины благородного вида, с белыми крыльями и в тунике цвета спелой сливы.

— Верна права, — сказала Тихе. — Я, например, просто зря трачу время, потому что рядом нет никого, кому я могла бы принести удачу.

— А ты принеси удачу мне! — воскликнул юный Ариэль.

— Слова, слова! — сокрушенно покачала головой Тихе. — Ты же прекрасно знаешь, что таким, как мы, удача не нужна. Что нам с ней делать? Мы же вечные сущности, для нас все дни похожи один на другой, и каждый из них приносит только то, что и должен принести, — не больше и не меньше. Мы и без того всегда получаем то, что нам нужно. К чему же нам удача?

— Но, возможно, именно благодаря удаче мы получили эту шкатулку, — возразил Ариэль. — Ну пожалуйста, позвольте ее открыть, а?

Они еще немного поспорили, и к этой дискуссии постоянно присоединялись все новые духи и божества. Когда день уже склонялся к закату, Пакс сказал:

— Что ж, дружеская дискуссия — это прекрасно, но, по-моему, с разговорами пора кончать. Вы не находите, что стоило бы решиться и открыть эту шкатулку? Прямо сейчас?

И они решились. И стали открывать загадочный ларец. Пакс трудился над замком, Тихе ломала печать, а Верна приподнимала крышку. Потом все заглянули внутрь. И исчезли.

А шкатулка осталась стоять на месте. Она была довольно вместительной и сделана из какого-то не известного божествам материала. Вокруг нее расстилался луг, за ней высились горы, а чуть в стороне голубел текущий по лугу ручей.

Вдруг в глубине шкатулки что-то шевельнулось. Потом за ее край ухватилась чья-то рука, показалась чья-то голова, и глаза, смотревшие с любопытством, стали озираться по сторонам. Затем человек — это был мужчина — с некоторым усилием выбрался из шкатулки и неловко шлепнулся на землю.

Следом за ним появилась женщина. За ней — вторая.

А потом — десять, двадцать, сто человек так и посыпались из шкатулки! И еще сто! И еще!..

Последний человек, вылезший оттуда, был одет в голубую форму и фуражку, украшенную золотым листком. На универсальном языке символов это означало, что он несет за всех остальных некую ответственность.

В руках человек в форме держал мегафон. Это тоже кое-что да значило.

— Так, ребята, прекрасно! А теперь все послушайте меня! — обратился он к бывшим обитателям коробки. — Мы добились своего! Мы избежали уничтожения Земли! Наша «Шкатулка Пандоры», пронеся нас по просторам космоса, успешно совершила посадку на дружественной планете.

К нему подошла одна из женщин. По ее уверенной повадке можно было догадаться, что именно она несет ответственность за все то, за что мужчина в форме ответственности нести не может.

— Здесь очень мило, — сказала она. — Интересно, есть здесь какие-нибудь приличные вибрионы?

Мужчина нахмурился.

— Фу, Мира, что ты говоришь! Какие там вибрионы! Ну откуда им взяться в совершенно новом мире?!

— Я полагала, что их довольно легко привнести, — сказала она. — Или же они сами по себе зародятся прямо на месте.

— Может быть, ты имеешь в виду духов? Всяких там богов и демонов? Всякие вечные сущности и прочую персонифицированную ерунду вроде Дикого Западного Ветра или Бурного Моря?

Она кивнула.

— Да, именно это я и имела в виду.

— Выброси эту чушь из головы. Все это было частью нашей старушки Земли. А здесь мы начинаем с чистого листа! И никаких «сущностей» здесь еще нет. Мы здесь одни и сами по себе. Надеюсь, что нам здесь улыбнется удача.