Жизнь после измены - МакНейл Джил - Страница 47

Перелет домой был очень утомительным. Частично из-за того, что рейс на Сицилию отложили, и нам пришлось четыре часа проторчать в аэропорту в Палермо, пытаясь как-то себя развлечь, что было не так просто. Но главным образом потому, что мне на самом деле не хотелось домой. Было так здорово общаться с Эм, и остров был такой красивый. Но Альфи был рад возвращению, и по этому случаю смотрел своего Питера Пэна в окружении всех своих игрушек. За время нашего отсутствия сад совершенно зарос, а Чарльз и Лола уехали на какую-то виллу во Франции, так что пришлось нам с Молли копаться и в их новом саду тоже, потому что мистер Ченнинг и Фрэнк там еще ничего не закончили. Мы почти целое утро провели занимаясь прополкой, и я по ходу дела рассказывала Молли об Италии. А она сказала, что все это звучит фантастически, и ей бы тоже хотелось иметь такую подругу, которая живет в каком-нибудь экзотическом месте. Я рассказала ей о Марко, и она вынесла свой вердикт, сказав, что все это звучит прелестно, хотя целоваться с незнакомцами на праздниках — это не самое лучшее поведение, но Гарри ведь не обязательно знать об этом, правда? И в любом случае, это был всего лишь поцелуй. Так что все в порядке. Потом мы заговорили о том, что нужно вести Альфи и Лили на вводное собрание, чтобы подготовить их к тому, что в сентябре они пойдут в школу. Альфи твердо вознамерился взять с собой Нану, а Лили заявила, что может сходить, но только посмотреть, потому что она еще ничего не решила.

— Знаешь, я просто поверить не могу, что дети идут в школу. Они кажутся такими маленькими.

— Знаю. Я пыталась научить Лили самостоятельно надевать туфли, но она не хочет этого делать. Хотя для Дэна иногда соглашается.

— Я купила Альфи ботинки на липучке, он никак не может завязывать шнурки. В котором часу нам надо их привести?

— В половине второго, а потом будет встреча в актовом зале в два тридцать, когда будут продавать школьную форму и школьные принадлежности.

— Надеюсь, им понравится. Господи, будет ужасно, если они придут и заявят, что терпеть этого не могут и никогда туда не вернутся.

— Да, но у нас впереди еще целое лето, чтобы их убедить. Дженис, кстати, уже связала Лили свитер для школы и сказала, что для Альфи тоже свяжет, если ты захочешь.

— О боже.

— Да, знаю. Я говорила ей, что они будут носить школьную форму, но она уже купила шерсть и все такое. Но, по крайней мере, этот свитер наверняка не розовый. Дженис сказала, что сделала его немного на вырост, так что может пока полежать.

— А, это хорошо. Длинные рукава она может закатать.

— Ну, хватит, не хочу об этом думать. Лучше расскажи мне еще об Италии.

— Мне больше нечего добавить.

— Ты уже видела Гарри после возвращения?

— Нет еще, он приедет позже.

— А скучала по нему?

— Честно говоря, нет. Не могу разобраться: то ли я просто стала спокойнее относиться ко всему, то ли это значит, что он мне безразличен.

— Вот увидишь, все изменится, когда у вас будут дети. Я на днях как раз думала об этом. Видимо, наступает такое время в жизни, когда ты решаешь для себя, что не будешь ни из-за чего переживать. По крайней мере, из-за мужчины. То есть я думаю, что если бы с Дэном случилось что-то серьезное, я бы переживала, но если мы ссоримся или если его долго нет, это больше не кажется самой большой бедой на свете. Просто чувствуешь, что это часть жизни, и нечего мотать себе нервы.

— Да, думаю, ты права. Может, мы просто повзрослели. Господи, это немного пугает, правда? Мы уже такие большие девочки…

— Да. Но некоторые в данный момент гораздо больше других.

Днем позвонила Лола и заявила, что ненавидит Францию.

— Здесь полно проклятых англичан, которые повсюду шлепают в своих сандалиях, а цены просто выше некуда. Господи! Здесь нет ни одного интересного человека, а дети просто с ума меня сводят! Нет, во Францию я больше ни ногой, все нормальные люди ездят отдыхать куда-нибудь в другое место. Эзра все время прыгает в этот долбаный бассейн, а нянька, которую мы наняли, увлеклась официантом из местной пиццерии и где-то пропадает. Да еще у Мейбл началась жуткая сыпь от жары, и она выглядит просто ужасно. Мы купили ей какую-то ерунду в местной аптеке, но она жутко воняет. Малышка выглядит так, будто у нее чума. Честно говоря, иногда мне хочется бросить их всех и поселиться где-нибудь в гостинице. Чарльзу, кажется, безумно нравится часами возиться с детьми, ничего не делая. Это так скучно.

— Ну, хоть погода там хорошая?

— Ни черта. Жарко, как в пекле. Местные говорят, что это худшее лето, которое они могут припомнить.

— Какая жалость. Ладно, ты все-таки выбралась куда-то, изменила ритм жизни и все такое…

— Ну да, действительно, ритм жизни совсем другой. Смотришь на Мейбл, всю в пятнах, и ждешь, когда же явится эта проклятая нянька. Я ее, конечно, уволю, но на данный момент она — последнее, что отделяет меня от полного упадка сил. Когда я вернусь, мне понадобится еще один отпуск, чтобы оправиться от этого. Я потому тебе и звоню: не хочешь отправиться со мной куда-нибудь в санаторий? Как раз недавно открылся один, о котором в журналах отзываются весьма лестно. Я подумала, ты могла бы пока туда позвонить и все разузнать. Мне нужен номер-люкс или, по меньшей мере, комната приличных размеров, я не вынесу еще одной тесной спальни. У меня где-то были их координаты, повиси минутку на трубке, я поищу.

— Я бы и рада поехать с тобой, Лола, но у меня осталось мало денег после поездки в Италию, и вообще, у меня накопилась куча дел на работе.

— А, ну ладно. Подумай об этом, и если решишь, позвони мне на мобильный.

Твою мать. Как я рада, что сейчас не во Франции.

Гарри приехал рано вечером в пятницу и захотел услышать все об Италии. Я изложила ему слегка подредактированную версию, а потом попыталась рассказать, что у Альфи завтра первый школьный день, и как я нервничаю по этому поводу. Но ему, кажется, это было неинтересно.

— О своем первом школьном дне я почти ничего не помню. Нас отправили в школу очень рано, так что сейчас все как-то в тумане. Помню, что первые несколько дней были кошмаром, и так каждый год. Мне всегда было плохо по утрам. Я помню только ощущение ожидания поезда. Это было ужасно. Но я уверен, у Альфи все будет в порядке.

— Надеюсь, что да.

— Но ты же будешь забирать его из школы каждый день, ведь так?

— Да, я или мама, но все-таки у него будет длинный день. То есть завтра — это всего лишь испытание, просто чтобы дети привыкли к самой мысли о школе. Но я очень надеюсь, что он ее не возненавидит.

— По крайней мере, он ведь вернется домой.

Я почувствовала легкое раздражение, что Гарри думает, будто если Альфи пойдет не в интернат, то все будет нормально. Думаю, если бы меня провожали в школу, когда я была маленькая, я бы, наверное, не считала первый день в местной деревенской начальной школе страшным испытанием. Но все-таки, по мне, первый день — это всегда трудно. Я попыталась объяснить это Гарри, но в конце концов между нами возникла напряженность.

— В чем дело? Ты из-за чего-то завелась, я же вижу. Ты странная с самого моего приезда. У нас что, намечается «серьезный разговор»? Один из тех, когда ты скажешь, что хочешь, чтобы нас связывали обязательства, а я отвечу, что мне нравится все как есть?

Твою мать.

— В этом нет необходимости. Я могла бы сказать, что хочу немного притормозить.

— Ладно. А ты правда хочешь?

— Нет, но раз уж ты об этом заговорил, было бы хорошо, если бы мы больше говорили обо всем.

— О чем, например?

— Ну, я не знаю, о разном.

— Слушай, а мы не можем просто оставить все как есть? Мы же вроде неплохо проводили время…

— Да. Но что, если мне нужно больше, чем просто «неплохо проведенное время»? Ну, не знаю, если бы я сказала, что хочу второго ребенка или что-нибудь в этом роде.

Совершенно не понимаю, почему я это сказала. Я не хочу никакого второго ребенка, по крайней мере, пока и определенно — не от Гарри, то есть не прямо сейчас. Но почему-то мне была интересна его реакция. А его это, кажется, привело в ужас.