Кайнозой (СИ) - Медведев Дмитрий Сергеевич - Страница 10

Между прочим, на многих планетах царствовали приматы, но за миллионы лет они не ушли дальше первых примитивных орудий труда и достаточно простой социальной организации. Казалось бы, развивайтесь, эволюционируйте, становитесь чем-то большим! Изобретите хотя бы примитивный язык!

Но по неизвестным причинам этого не случилось, даже в откровенно благоприятных условиях. Первые вскоре поняли, что их предположения касательно постепенного происхождения человека от приматов - а, точнее, наличия у обезьян и людей общего предка - не нашло подтверждения. Конечно, по этому поводу долго кипели споры.

Нигде не был обнаружен разум, ни в одном из тысяч обитаемых миров. Версия о том, что разум, способный творить, созидать и расширять горизонты, появляется сам, в ходе эволюции, потерпела поражение.

Разумеется, это вызвало в научной среде возмущение и шок. Никто и помыслить не мог о подобном. Давно выстроенная эволюционная теория казалась нерушимой и незыблемой, а теперь выяснилось, что самое важное для Первых звено - лишнее. Но если разум не может появиться самостоятельно, тогда откуда он взялся? Рассматривать версии, кажущиеся неправдоподобными, ученые не желали категорически.

И тогда, чтобы решить уравнение и понять, как же все-таки разум берется, Первые начали набирать добровольцев в своих рядах. Желающих хватало. Еще бы, что плохого в том, чтобы принести себя в жертву прогрессу?

Над добровольцами совершались некие сложные действия, после чего они утрачивали память, навыки, поведенческие шаблоны и привычный стиль мышления. Они становились пустышками. Глупыми, пугливыми, безмозглыми. И такими вот пустышками и заселялись миры. Цель была проста - отследить момент, когда у безволосых обезьян появится то, что зовется разумом, и что приведет к его появлению.

Поставленный Первыми опыт длился тысячи лет. Они вносили поправки, что-то меняли и продолжали. Но так и не поняли, как возник разум и как, наконец, появились они сами.

Если пустышки и выживали, то уже в третьем-четвертом поколении потомки начинали достаточно быстро соображать, учиться и осваивать окружающий мир, постепенно перекраивая его под себя. Одичание прекращалось, стихийно возникала сложная социальная организация.

Люди обильно размножались, дробились на племена, рода и кланы, воевали меж собой, изобретали колесо, арбалеты, мушкеты, корабли и самолеты. Наконец, они даже выходили в космос, нелепо и подчас вслепую шаря по бесконечно огромной Вселенной тоненьким и коротким щупом. Ничего не находя, они преисполнялись уверенности, что кроме них в ледяной черноте жизни больше нет, и, на какое-то время позабыв о поисках, бросались с головой в пучину приземленной и простецкой жизни. Потребляли, воевали, придумывали несуществующие идеалы, в которые начинали бездумно верить, расшибая лбы. Они предавались извращениям и глупостям, пока некий сверхсознательный импульс не возвращал их на путь истинный. Иногда импульс запаздывал, и люди уничтожали себя, но чаще он все же появлялся своевременно.

К этому моменту бывшие пустышки уже находились на новом, более высоком витке спирали. Они вновь начинали мечтать и надеяться, они вновь выходили в космос - теперь куда дальше - и принимались искать.

Первые даже вступали в контакт с самыми развитыми, самыми организованными обществами, однако это не только не помогло последним, но и усугубило положение. Каресан не уточнил, как именно, но Кирилл и сам догадывался. Поняв свою беспомощность и осознав превосходство Первых, люди начинали бояться, поддавались панике, сходили с ума.

Разброд и шатания среди элит, бесконтрольный ужас простых граждан - все это приводило к внезапно вспыхнувшим разногласиям, а те быстро переходили в войны на уничтожение и откату, а то и исчезновению целых цивилизаций. Было решено никогда больше не контактировать с потомками "пустышек", никогда не выходить с ними на связь и не позволять себя обнаружить.

Стало ясно, что полностью вылохостить человека невозможно. Если не он, то его внуки и правнуки начнут быстро вспоминать и смутно догадываться, кто они. Люди начнут развиваться, и скорость разивития будет неуклонно нарастать. Разум всегда есть в людях, только и всего. Он не появился в них, но был изначально.

После этого открытия Первые впали в самую тяжелую, самую разрушительную депрессию. Они тысячелетиями жили тем, что искали ответы. Им казалось, что они нащупали верную дорожку и плавно, но неотвратимо подходят к истине, но получилось ровно наоборот. Старания Первых пошли насмарку, они так и не поняли, кто они и как появились на свете.

10.

Как уже было сказано выше, прошедшие эксперимент "пустышки" оказались не совсем пустыми. Мозг и память чудесным образом сохраняли в себе необходимый объем знаний, рано или поздно помаленьку выпуская их из тайного хранилища. Это позволяло закинутым в далекие миры людям быстро учиться, приспосабливаться и подстраиваться под окружающую среду, а позже - изменять ее по своему усмотрению.

Конечно, в откровенно враждебных и жестоких мирах, как на той же Тайе, шансов выжить у безоружного двуногого, лишенного к тому же памяти, языка и самосознания, немного. Желающие слопать его будут повсюду, и скрыться от них некуда. Такие печальные примеры имело место быть.

Однако если забросить таких вот подопытных на сравнительно малонаселенную планету или просто на более или менее безопасный клочок земли, все пойдет, как по маслу. Люди быстро сообразят, что к чему, и спустя пару сотен лет значительно умножат как свое количество, так и знания.

Но все это было не то. Сама суть эксперимента - изучение появления разума - провалилась с треском. Разум не появлялся у пустышек, он просто никуда и не уходил. В среднем в течение первых пяти лет люди вспоминали часть того, что их заставили забыть. Далеко не все, конечно, имени своего они никогда бы не назвали, но какие-то более абстрактные или, наоборот, простые вещи все равно всплывали в памяти. А уж их дети умнели и того быстрее.

Итак, Первых охватила страшная тоска. Им казалось, что они уперлись в потолок, который невозможно пробить и уйти выше. Мир стал им тесен. Вся Вселенная представлялась им темным чуланом, где их, как непослушных детей, заперли неведомые взрослые.

Возможно, и самих Первых ждало бы саморазрушение, не произойди чуда. Молодой ученый случайно совершил невероятное открытие, какое вовсе не планировал совершать. Больше того, он был занят совершенно другой работой, однако грандиозное озарение только и ждало такой замечательной возможности.

Ученый открыл принцип, на котором держится абсолютно все сущее. Принцип, определяющий все законы природы, все аксиомы, все случайности и совпадения. Он оказался таким простым, что даже среди Первых его поняли единицы.

Люди привыкли к сложным решениям, они привыкли кропотливо трудиться, и, когда им на блюдечко положили совершенно элементарный ответ, растерялись. В полном смятении они пытались понять, как же никто не дошел до этого прежде. Как же они все сумели добиться такого прогресса, взлететь на самую вершину, но упустить главное. Как? Так же, как муха упрямо шмякается о стекло, не замечая рядышком открытого окна. Наше сознание всегда ограничено, причем исключительно нами.

Так или иначе, растерянность и досада быстро сменились сметающей все на своей пути надеждой, и Первые бросили все силы на постройку того, что Каресан называл словом "табал". Кирилл не знал, как можно перевести это на любой из известных ему языков. Для порталов табал слишком огромен и мощен, да и назначение у него было иным. Каким именно, Каресан сказать не мог, поскольку и сам не ведал. Он говорил, что табал чувствует человека, помогает ему, показывает все так, чтобы каждый мог понять. В общем, этакая волшебная машина исполнения желаний, к тому же учитывающая особенности индивидуального восприятия.

Возведение табала заняло полтора десятилетия. Пользуясь случаем, Кирилл уточнил и узнал, что год здесь длится триста семьдесят два дня и состоит из трех примерно равных по продолжительности сезонов - сезон холода, сезон ветров и сезон тепла. Ребята попали сюда на стыке сезонов ветра и тепла, когда днем воздух становится теплым и даже горячим, и люди наслаждаются полным штилем, а ночами повсюду проносятся порывы ледяного воздуха, и все живое прячется, где может - в лесах, в норах, в горах, за холмами.