Констанца (СИ) - Соколина Наталья - Страница 45

А вот леди Леонида чувствовала себя в присутствии Алена неважно. Она не смела осуждающе смотреть на него за такое пренебрежение правилами этикета, поэтому, опустив глаза к своей тарелке, судорожно выискивала тему для разговора, потому что молчать было бы неприлично. Он сам, пригубив вина, стал рассказывать, что у градоправителя они долго обсуждали дела и последние новости королевства, а потом выяснилось, что на ужин в резиденцию приглашены все именитые граждане Холмска. Всех их интересовало его мнение по тому или иному вопросу, так что поесть толком не удалось. В конце концов, извинившись и сославшись на неотложные дела, он откланялся и поторопился в гостиный двор в надежде, — тут он улыбнулся, — что милые дамы оставили и ему что-нибудь после своего пиршества.

Констанца, да и леди Леонида, улыбнулись шутке, понимая, что он заранее планировал ужинать с ними. Недаром его ждал третий прибор.

Несмотря на превосходный аппетит лорда дар Бреттона, сотрапезники не справились с изобилием и разнообразием блюд, коими был уставлен стол. Его милость был любезен и предупредителен, его шутки невинны и остроумны, так что к окончанию ужина леди Леонида недоумевала, почему её знакомые с таким ужасом и неприязнью говорят о Главном королевском дознавателе. Она и не догадывалась, что его забавлял её страх и настороженность, а кроме того он радовался возможности видеть свою ясноглазую девочку, слышать её голос, наслаждаться её смущением и ласковым взглядом, брошенным на него тайком от компаньонки.

****

Наутро их путешествие продолжилось. Последняя неделя была наполнена нескончаемыми восторгами леди Леониды по поводу столь близкого знакомства с Главным королевским дознавателем. Она сетовала, что её столичные приятельницы в своей неприязни к Его милости руководствуются, скорее всего тем, что он так и не выбрал, пока, себе жену, а несколько месяцев назад расстался и с последней любовницей. Констанце пришлось выслушать подробные описания бывших женщин Алена, а также потенциальных невест, которых прочили ему в жёны. Однажды леди Леонида даже предположила, что лорд Ален воспылал к ней нежными чувствами. Иначе чем объяснить его стремление поужинать с ними? Конечно, она несколько старше его, но разве она не выглядит моложе своих лет?

В течение целого дня она с удовольствием развивала эту тему, не замечая, как тошно слушать её излияния Констанце. На следующий день компаньонка дошла в своих рассуждениях до того, что стала прикидывать, что подарит ей дар Бреттон, когда она станет его любовницей.

Правда, лорд Ален больше не подходил к их столику, когда путешественники останавливались на постоялых дворах, а лишь раскланивался издалека, не обращая, в дальнейшем, на них никакого внимания. Тем не менее, леди Леонида до того уверила себя в его особом к ней отношении, что старалась почаще попадаться ему на глаза, при этом соблазнительно, как ей казалось, улыбаясь и приседая в изысканном реверансе.

Несмотря на смехотворность ситуации, Констанца ничего не могла с собой поделать: она ужасно ревновала и даже всплакнула по этому поводу как-то ночью. Спустившись утром в обеденный зал очередного постоялого двора, где они заночевали, она встретилась глазами с жарким взглядом Алена, но не улыбнулась ему украдкой, а нахмурилась и сердито отвернулась. Он, ничего не понимающий, некоторое время озадаченно смотрел на неё, а потом, пожав плечами, повернулся к лорду Шамилу.

Тот опять сопровождал их лично, сократив, правда, количество стражников.

****

Таким образом, последняя неделя поездки была наполнена болтовнёй и мечтаниями леди Леониды, муками ревности Констанцы и надоевшими ночёвками на постоялых дворах.

Наконец однажды, после обеда, вдалеке показались высокие городские стены столицы, а над ними сияющие и взметнувшиеся ввысь шпили башен королевского дворца.

Констанца выглянула в окно, отыскивая взглядом Алена. Ещё в Холмске он переоделся в свою одежду, и теперь она с удовольствием наблюдала, как непринуждённо и ловко держится он в седле, как мягкими крупными складками спадает на круп Грома его меховой, благородного вишнёвого цвета плащ, а невиданная ею ранее шляпа с роскошным, большим, вишнёвого же цвета пером как нельзя лучше гармонирует с его гордым профилем.

Он почувствовал её взгляд, обернулся, широкая улыбка озарила лицо. Рядом, у самого уха Констанцы, томно вздохнула леди Леонида: — ах, ты видела? Он мне улыбнулся! Интересно, куда он отвезёт меня? У него есть городской дом, но едва ли там будет удобно встречаться. В конце концов, у меня есть муж, так что придётся соблюдать приличия!

Констанца совершенно не слушала компаньонку. Её сердце учащённо билось. Вот она, Орегония, столица королевства. Здесь начнётся её новая жизнь.

****

Зачарованно она смотрела на проплывающие за окнами кареты улицы и площади столицы. Город был большим. После одноэтажных домиков окраины начались роскошные особняки знати, вплотную подступающие к королевскому парку. Путешественники свернули на боковую улицу и вскоре остановились перед большим солидным зданием, от которого непрерывно отъезжали кареты. Суетились возчики, ржали лошади, к каретам подвозили мешки и тюки, стоял невообразимый шум и гам. “Почтовый двор”, прочла Констанца на длинной вывеске, протянувшейся по фасаду здания.

Дверца кареты открылась. Лорд Шамил, насмешливо улыбаясь, протягивал руку компаньонке: — леди Леонида, я выполнил свои обязательства и доставил вас в столицу. Благодарю вас за то, что вы составили компанию Констанце и желаю вам всего наилучшего! — С этими словами он, почти насильно, выдернул ошеломлённую женщину из кареты. Чуть помедлив, Констанца тоже вышла из кареты, не зная, что сказать, растерянно глядя на лорда Шамила и компаньонку. Та вертела головой, потом с недоумением спросила: — а где же лорд Ален?

Лорд Шамил, с нетерпением глядя на неё, ответил: — Его милость занят. — Повернувшись к Констанце, сказал: — ну что, едем дальше?

Девушка неловко пробормотала слова благодарности, адресуясь к женщине. Та, ошеломлённая, не могла прийти в себя: — но как же так, Констанца? Лорд Ален…, мы даже не договорились, когда и где встретимся!

— Э-э-э…?? — Удивлённый лорд Шамил круглыми глазами посмотрел на Констанцу. Та пожала плечами и отвела глаза. Он всё понял, не стесняясь, расхохотался: — леди Леонида, уверяю вас, вы ошибаетесь насчёт дар Бреттона! У него и в мыслях не было того, о чём вы подумали! — Он вновь засмеялся, повернувшись к Констанце, предложил ей руку: — Поехали, нас ждут!

Ещё раз поблагодарив леди Леониду, девушка вернулась в карету, оставив бывшую компаньонку на постоялом дворе. Кошки скребли на душе, ей было жалко женщину, уверившую себя в любви Главного королевского дознавателя.

Выглянув в окошко, Констанца помахала рукой лорду Шамилу. Когда он подъехал, спросила: — лорд Шамил, а нельзя было довезти леди Леониду до дома? Как-то нехорошо получилось, что мы бросили её на почтовом дворе…

Он снисходительно похлопал её по руке: — успокойся, Констанца. Она живёт прямо за почтовым двором, тут ходу несколько минут. Её муж имеет захудалый домишко, доставшийся ему от какой-то родственницы, не очень богатой, правда. В нём они и живут. А нам некогда кататься. Ален приказал привезти тебя к его деду, сам он уже там. Ему нужно устроить тебя и срочно ехать во дворец. Его Величество, наверняка, знает, что Ален приехал в столицу.

****

Им пришлось ехать довольно долго по улицам Орегонии в столпотворении и людском водовороте. Чем ближе к королевскому дворцу, тем великолепнее выглядели особняки благородных лордов. Сплошь из камня различных оттенков, двух- и трёхэтажные, окружённые садами, украшенные башенками, красивой резьбой и скульптурами, они, казалось, насмешливо взирали на девушку с высоты своего каменного величия.

Она поёжилась, чувствуя себя чужой, неуклюжей и лишней среди этого воплощения богатства и знатности. Настроение, после расставания с леди Леонидой итак бывшее не слишком хорошим, окончательно упало. Она попыталась взять себя в руки. Разве она не верит Алену? Разве он давал ей повод усомниться в его любви? Тут же накатила мыслишка, что, может быть, вдалеке от столицы, от ярких, красивых и богатых женщин он просто заскучал? А теперь, вернувшись в Орегонию, в окружении равных ему, он разлюбит её?