Избранные (СИ) - Жадан Анна Сергеевна - Страница 65

- Уходи, и я перестану.

- Где мама? - хнычет Алвена.

- Твоя мама продала тебя, - бесстрастно отзывается женщина.

У меня перехватывает горло от вранья, которое позорит память Маккенны, но я не решаюсь ничего сказать под жестоким взглядом женщины. Она так цепко вцепилась в детей, что кто знает, на что она способна. Король научил меня, что в этом дворце готовы платить большую цену просто за то, чтобы проучить.

- Кто ты такая? - сухо спрашиваю я, глядя на ее голубое платье.

- Я - помощница короля. Буду следить за детьми, пока они не научатся всему, чему необходимо.

У старой Эланис чешется язык высказать, что подразумевается под словом "необходимо", но новая Эланис понимает, что все это бессмысленно. Слова никогда ничего не меняют.

Я опускаюсь перед малышами на корточки и улыбаюсь им:

- Не бойтесь, ладно? Я скоро вас увижу. А пока ведите себя хорошо и будьте очень смелыми.

Женщина неопределенно фыркает, но Алвена и Генри согласно кивают. Алвена грызет ноготь и испуганно поглядывает на брата, который гордо обещает быть самым храбрым воином.

Я не хочу, чтобы он когда-нибудь стал воином короля, но молчу. У этих детей никого больше не осталось. Я обязательно должна вернуться за ними и забрать их с собой после смерти Тристана. Я не могу оставить их.

Черт возьми, покинуть этот дворец становится все труднее.

Плюс к тому, я не могу не думать о других вещах. Если даже у нас получится обойти Элитный отряд и Хранителей, если мы доберемся до Тристана и убьем его, то что будет дальше? На нас в лучшем случае начнется охота. В худшем - нас убьют вместе с ним. Я начинаю думать о том, что быстрый приход Адриана на престол был бы самым оптимальным для нас вариантом, но к тому времени король успеет наделать слишком много всего. Адриан верит мне. Но еще он подвластен другим людям - на сцене слишком много переменных. Остальные Искупители, Оракул, Элитный отряд, королевская семья, регионы, с которыми мы связаны политическими связями. Свержения Тристана никогда не произойдет, а значит, единственный выход - это избавиться от него. Меня тошнит от мысли об убийстве человека, пусть даже этот человек и уничтожил мою семью. Но на карту поставлено слишком многое.

И тут меня осеняет. Ответ находился прямо у меня под носом, а я так долго и усердно не замечала его. Я сама ответила на свой вопрос, когда Тристан загнал меня в угол. Я - доказательство его несовершенства.

Я толкаю дверь в кабинет Дока и крепко запираю ее за собой. Все, кого я созвала - кому ненароком кивнула и подала знак - уже есть.

Члены Ордена Солнца расселись по кабинету Дока и смотрят на меня со смешенными чувствами. Бланш и Гарван организовали клуб нелюбви ко мне, поэтому держатся вместе и неприязненно на меня косятся. Очень мило. Ко мне приближается Скилар и похлопывает меня рукой по плечу.

- Крошка, - улыбается он, - мы все устроили. Завтра вылазка в город, а пока нам надо придумать план по свержению сама знаешь кого.

- Для начала, - огрызается Бланш, - ты выложишь нам все, что знаешь.

- Я тебе говорила успокоиться, - угрожающе смотрит на нее Ева.

Док выходит из операционной, покашливая и разнося сладковатый запах мяты. Он притаскивает стул и садится перед небольшим кругом, который мы создали, но я не даю ему вставить и слова.

- Для начала я считаю, что нам нужно разобраться с некоторыми условиями.

- Еще условия? - приподнимает брови Бенджамин.

- Да, - киваю я, - после свержения короля - каким бы способом оно ни произошло - перед нами встанет ряд вопросов, которые придется решать. Я знаю, что Орден Солнца стремится к мести, поэтому хочу потребовать несколько вещей. Первое - полная амнистия для капитана Элитного отряда и принца Адриана.

Комната Дока взрывается протестующими криками.

- Ну да, конечно! - вопит Бланш, - и с какой стати мы станем это делать? Принц такой же, как и его отец. Если кто-то и должен управлять Лакнесом, так один из нас!

- Я не говорю о сохранении престола. Я говорю о том, что вы пощадите его жизнь. Как и жизнь капитана.

- Эйдан никогда не делал ничего плохого, - встает на его защиту Давина.

- Конечно, только убил пару сотен человек во имя господина, которому он с таким рвением служит, - выплевывает Гарван, - а даже если бы мы и хотели, то спасти его все равно не удастся. Элитный отряд сдвинут по фазе. Когда они узнают о заговоре, то поставят своей целью уничтожить нас одного за другим. И ваш парень, - он неприязненно смотрит на меня и Давину, - придет за вами первым.

Давина вздрагивает и прячет глаза, но я непоколебима.

- Никто не тронет Эйдана и Адриана, - рычу я, - они помогли нам слишком многим.

- Нам? - передразнивает Бланш, - чем это они помогли нам? Давайте теперь просить амнистию для всех, кто побывал в твоей постели.

- Я следила за ее постелью и там никого не было, - невозмутимо произносит Нора.

- Хватит! - прерывает их Док, - я согласен с Эланис. Никто из них не совершил злодеяний, заслуживающих смертной кары.

- Но, Док...

- Дальше, - выжидающе смотрит на меня Док.

- Мы должны предоставить убежище детям Маккенны. Где-то далеко отсюда, - добавляю я.

В этом со мной все соглашаются красноречивым молчанием. Ева кладет руку на плечо матери, и я догадываюсь, что Нора и Маккенна были близки.

- Мы заберем крошек, - кивает она, - и вырастим их достойными детьми своей матери.

- Что-то еще, красотка? - хмыкает Гарван, - или ты, наконец, выложишь все, что знаешь?

Я роюсь в памяти, думая о том, что еще я могу попросить. Все остальное не кажется мне достаточно важным для того, чтобы ставить под угрозу успех нашей миссии. Как бы больно мне ни было это осознавать, но война - это кровь и смерть. В конце концов, я все равно поступаю эгоистично, ведь пытаюсь гарантировать безопасность только тем людям, без которых жить не захочу уже я.

Под пристальными взглядами я рассказываю все, что известно мне о таинственной стене, за которой исчезают Искупители. После моего рассказа Док задумчиво потирает подбородок:

- Этого я боялся больше всего. Король забирает нашу силу.

- Но я видела Кристиана совсем недавно, - возражает Ева, - он тренировался вполсилы, но в целом выглядел нормально.

- Значит, они забирают не всю силу, а лишь ее часть, чтобы не привлекать внимания, - говорит Скилар.

- Почему Кристиан молчал?

- Король - лучший манипулятор из всех. Он мог наговорить ему, что угодно или запугать его. Не говори, что тебя все еще это удивляет.

- Но как им это удается? Как они сохраняют это в секрете и как вообще можно забрать нашу силу? - недоумеваю я.

Док вздыхает, и я начинаю подозревать, что ему известно намного больше того, что он все это время мне говорил.

- Расскажи ей, - требует Нора.

Бланш пытается его остановить, но он смотрит на нее предупредительным взглядом. Я теперь - член Ордена. Если он не может доверять мне, то какой во всем этом смысл? Я доверила им свои секреты, и, думаю, Док готов доверить мне свои.

- Это...оружие, - качает головой он, - долгое время считалось лишь мифом. Шуткой, которой пугают детей на ночь. Оно называется Стигма. Ты же знаешь, что магия Искупителей способна не просто сдерживать Просвещение - она может использовать и перенаправлять его. Большое количество такой магии может быть разрушительным. С ее помощью можно лишить силы правителей всех регионов сразу и направлять их в магию в таком бездумном порядке, что весь мир обратится в хаос. Первый алхимик - Астерна - наследница гор, разработала оружие, позволяющее извлекать из любого магического носителя их силу и закупоривать ее для дальнейшего использования. Никто не знает, как это происходит или как выглядит Стигма. Черт возьми, я даже думать не хотел, что она действительно существует, но на это указывают все факты. Соревнования, то, как король возится с нами, его недоверие к обычным людям и пропажи лучших Искупителей. Я думаю, в той комнате действительно хранится Стигма. И если король ее нашел, значит, уже понял, как ее использовать.