Два мира. Том 1 (СИ) - "Lutea" - Страница 212

И в самом деле, Сасори пару часов назад упоминал мимоходом, что ему крайне любопытно было бы взглянуть на одарённых Поцелуем дементора маглов, однако Итачи не знал, что он пошёл, и что Сакура отправилась с ним.

Наруто тем временем продолжал откровенно напрашиваться составить соседу по комнате компанию, чего допускать, естественно, было нельзя. Впрочем, Итачи уже знал, чем отвлечь парня.

— У меня есть задание для тебя, — очень серьёзно, как умел, произнёс Итачи. — Мне кажется, Гарри, Рон и Гермиона что-то о нас подозревают. Один раз Гарри под мантией-невидимкой уже пытался подслушать наш с Сасори и Дейдарой разговор. Так что, пожалуйста, последи за ними, Наруто-кун. Необходимо понять, что они уже знают о нас и есть ли хоть малейший шанс, что они проникнут в наш секрет.

Наблюдая за тем, как по мере его высказывания загораются глаза Наруто, Итачи понял, что расчёт верен.

— Да без проблем, даттебаё, — заверил его парень, показывая большой палец. — Сделаю в лучшем виде.

И вновь Итачи поймал себя на мысли, что Наруто ведёт себя по отношению к нему не так, как раньше. «Неужели это из-за того, что он узнал, что мы дальние родственники? — подумал Итачи, неспешно спускаясь по лестнице, на ходу застёгивая чёрное пальто. — Нет, сомнительно, что дело в этом. Но в чём тогда?»

Мадара присоединился к нему в прихожей. Крупный кот шёл почти вровень с Итачи ещё три квартала, а затем скользнул в какую-то подворотню, из которой вышел уже носитель Вечного Мангекью Шарингана. «Странно, что он вовсе пригласил меня с собой, — подумал Итачи. — Для чего бы?» Мадара вообще вёл себя довольно странно в последнее время: порой в его словах, поступках проскальзывала нетипичная и от этого крайне подозрительная человечность.

— Давно я не проводил свободное время с шиноби из своего клана, — неожиданно поделился Мадара, вместе с потомком вливаясь в поток гражданских, ходивших по оживлённому проспекту. — В последний раз это было, наверное, ещё когда был жив Изуна.

— Каким был ваш брат? — спросил Итачи; ему уже давно было интересно, а теперь, наконец, представилась подходящая возможность задать этот вопрос.

— Лучшим человеком, чем я, — на удивление честно ответил Мадара, сдувая с глаз припорошённую падавшим снегом чёлку. — Меня в клане боялись, а Изуну любили. У него был талант налаживать отношения с другими — но только если эти другие относились к клану Учиха: о перемирии с Сенджу он и слушать не желал. Клан был для него всем, и преданность Изуны его интересам была всеобъемлюща. В обычной жизни мой младший братец был весьма приятным человеком, язвительным, но рассудительным, — судя по выражению лица Мадары, он чуть было не добавил: «В отличие от меня». — Знаешь, Итачи, вы с ним в какой-то мере похожи характерами.

— В самом деле?

— Есть немного, — Мадара скользнул взглядом по вывеске «Дырявый котёл» и шагнул внутрь трактира. Народа там было как обычно много, и старый Том бегал туда-сюда между столами, принося вместе со своими тремя помощниками заказы клиентам.

— Здравствуйте, профессор! — громко поздоровался, вскакивая с места, завидев его, Энтони Голдстейн.

— Профессор Учиха! — к Итачи стремительно подлетела, сияя белоснежной улыбкой, Лаванда Браун. — Я так рада вас видеть!

— Здравствуйте, мисс Браун, — вежливо ответил Итачи; вынужденно потратив пару минут на разговор с девушкой, он вышел на пустой задний двор, где его уже ожидал Мадара.

— Смотрю, дети тебя любят, — с не особо скрываемой язвительностью заметил он.

Итачи не счёл нужным отвечать, вместо этого молча постучал по определённому кирпичу волшебной палочкой, и стена исчезла, открывая проход в Косой переулок.

Оказалось, что мастерская мастера Мора располагалась почти на середине длинной торговой улицы. Пройдя мимо забитых покупателями и пустых магазинов, миновав банк «Гринготтс», проигнорировав молодого мага, зазывавшего клиентов в кафе-мороженое Флориана Фортескью, шиноби остановились у двухэтажного каменного дома, над входом в который висела табличка «Магическая кузня Мора, основана в 1152 году».

Мадара толкнул дверь и первым переступил порог; раздался звонок. Пока его предок, подойдя к длинному, украшенному искусной ковкой прилавку, ожидал хозяина заведения, Итачи стал с интересом осматриваться. На бархатных подушках в витринах под стеклом лежали различной формы и размера ножи и кинжалы, выполненные из стали, железа, даже почему-то серебра; простые, украшенные филигранями, драгоценными камнями; с рукоятями из кости или обтянутыми кожей. Ещё одна витрина была выделена под сюрикены, другая — под иглы и стилеты. На стенах располагалось более крупное оружие: боевые топоры скрещивались под щитами, рядом с луками и арбалетами висели полные колчаны стрел, алебарды и нагинаты поблёскивали в исходившем от многочисленных свечей свете. Целая стена была посвящена различным мечам и саблям, длинные двуручные клинки соседствовали с более короткими и совсем тонкими. Несколько катан, вывешенных отдельно от прочего оружия, привлекли внимание Итачи, всегда бывшего любителем этого вида снаряжения.

— Не знал, что здесь тоже используют холодное оружие, — заметил Итачи предку, рассматривая идеально гладкое, без единого, даже мельчайшего скола лезвие клинка.

— В большинстве своём эти вещи — дань истории или же способ для аристократов украсить своё жилище, — донеслось до Учих. Выйдя из расположенного за прилавком коридора, уводившего вглубь мастерской, высокий и крепкий мужчина в кузнечном фартуке из драконьей кожи шагнул навстречу клиентам, на ходу вытирая руки о покрытую сажей тряпку. — Мистер Учиха.

— Мастер Мор, — Мадара говорил почти совсем без обычной своей надменности: чувствовалось, что к кующему такое оружие человеку он испытывает определённое уважение.

— Вы, я погляжу, сегодня с братом, — гулким басом промолвил кузнец, дружелюбно кивая Итачи.

— Это мой племянник, — спокойно сообщил Мадара.

— Такой же ценитель, как вы? — мастер Мор подошёл к Итачи. — Вам какой клинок больше нравится?

— Этот, — после секундной паузы произнёс он, указывая на средней длины катану с простой цубой и обтянутой чёрной кожей рукоятью.

— Хороший выбор, — кивнул кузнец; сняв меч с держателя, он подал его нукенину. Катана удобно легла в руку, и Итачи на пробу нанёс несколько ударов в пространство.

— У вас поставленный удар, — заметил кузнец, внимательно наблюдавший за шиноби.

— Дань традиции, — отозвался Итачи, возвращая ему клинок.

— За что я уважаю вас, японцев, так это за традиции, — мастер Мор вернул меч на прежнее место. — Мои подмастерья уже должны были перенести ваш заказ в демонстрационную комнату. Пожалуйста, следуйте за мной.

Вслед за хозяином пройдя по коридору и свернув направо, Учихи оказались в довольно просторном зале. Посреди него стоял деревянный манекен, на который были надеты новые тёмно-красные доспехи, состоявшие из кирасы, а также рядов металлических пластин, прикрывавших плечи и бёдра. Приблизившись, Мадара провёл рукой по стальному панцирю — и в глазах его вспыхнула искра удовольствия.

Пока предок изучал доспех, Итачи обратил внимание на стоявший чуть дальше широкий деревянный стол, на котором покоился большой светло-серый гунбай, соединённый цепью с длинной камой.

— Всё это было изготовлено по рисункам вашего дяди, — сказал ему кузнец. — Я сам никогда не делал подобного оружия, но мистер Учиха был очень настойчив.

— Ты знаешь, Итачи, у меня талант к убеждению, — немного двусмысленно протянул Мадара, беря со стола оружие.

— Знаю, — лаконично подтвердил Итачи, думая о том, был ли использован при этом «убеждении» Шаринган.

Мадара усмехнулся. Опытным взглядом изучив каждый сантиметр гунбая и камы, он довольно кивнул и повернулся к мастеру Мору.

— Что ж, работа сделана идеально.

— Тогда мои подмастерья сейчас всё упакуют, — на зов кузнеца явились двое подростков лет шестнадцати, принесшие с собой большой чемодан. — Как вы намерены платить?