Два мира. Том 1 (СИ) - "Lutea" - Страница 286

Не став задерживаться дольше, чем было необходимо, он ушёл, и Сасори вновь прикрыл глаза. Тело затекло от долгого лежания в одной, к тому же далёкой от удобной позе, а вставать не было желания — хотелось лишь принять снотворное и наконец-то нормально, полноценно, без сновидений поспать. Но делать это ни в коем случае нельзя: Сасори и так уже основательно подсел на энергетик, не хватало только добавить к этому снотворное — кукловод вовсе не был уверен, что его многострадальный организм вынесет такое двойное, при этом ещё и разнонаправленное издевательство.

Сильно прикусив губу, чтобы вернуться в действительность, он сел на кровати и растрепал волосы. Быстро, пока способность действовать вновь не покинула, Сасори встал и подошёл к настенному зеркалу. От взгляда на себя он насмешливо усмехнулся: бледный, как привидение, только прокушенная губа ярко выделяется корочкой начинавшей уже запекаться крови, мешки под глазами, падающие на лоб пряди слиплись от пота.

Холодный душ помог прийти в чувство. Постояв немного под ледяными струями, Сасори успокоился, отогнал прочь глупый сон, надёжно заперев его в той тюрьме внутри своего сознания, куда отправлял в вечную ссылку все ненужные и мешающие вещи. Затем последовали пара «витаминок», немного чакры, чтобы убрать мешки под глазами и ранку на губе, — и вот Сасори уже вновь похож на себя: уравновешенного, насмешливого нукенина, контролирующего ситуацию. Единственная почти сентиментальная деталь, которую он себе позволил — песочный цвет мантии, словно бы служивший напоминанием о том, что когда-то у Скорпиона Красных Песков была родина.

Коноховские шиноби уже были в гостиной, когда он спустился. Итачи был традиционно в чёрном, а Анко — в своём старом мешковатом пальто, по торжественному случаю подлатанном, причём явно не без помощи магии. Правда, стоило отметить, что на этот раз куноичи была с причёской, макияжем и на высоком каблуке.

— Ты чего так долго? — ворчливо осведомилась Анко.

Проигнорировав её, Сасори повернулся к бывшему товарищу.

— Как будем добираться?

— В метро мы в мантиях будем слишком бросаться в глаза, — заметил Итачи и задержал взгляд на туфлях Анко, — а пешком быстро не дойдём.

— Эй, не смей намекать, что я обуза! — мигом ощетинилась та.

— Я ни на что не намекаю, всего лишь констатирую факты, — спокойно произнёс Итачи. Анко хмыкнула, но поутихла; уже усвоила, что ссориться и спорить с Учихой — дохлый номер.

— Тогда такси, — предложил Сасори, пожимая плечами. — Последний оставшийся вариант.

— Это ещё что такое? — проворчала Анко с подозрением.

— Ничего неприятного, — заверил её Сасори. — Ты сидишь, глядишь по сторонам, а тебя везут к месту назначения.

— Звучит неплохо, — сказала Анко и покосилась на Итачи; тот кивнул, и шиноби, заглянув на кухню и простившись с магами, вышли на улицу.

Площадь Гриммо была небольшой, безлюдной и полутёмной, но через два квартала располагалась оживлённая улица, где ниндзя «поймали» такси. Водитель был то ли сонный, то ли не интересовался окружающим миром, поэтому не обратил внимания на странный внешний вид клиентов и довольно быстро довёз их до центра города. Расплатившись с ним, Итачи повёл напарников закоулками и через некоторое время остановился у видавшей виды красной телефонной будки.

— Заходите, — пригласил он, открывая дверь.

С некоторой настороженностью, но Сасори вошёл. Когда к нему присоединились коноховцы, стало весьма неудобно из-за тотального недостатка места (кукловод даже миг подивился, как Анко с её-то пятым размером груди вообще умудрялась дышать). Итачи тем временем, дотянувшись до трубки, снял её и стал набирать номер. Когда он закончил, в кабине раздался прохладный женский голос.

— Добро пожаловать в Министерство магии. Назовите, пожалуйста, ваше имя и цель визита.

— Итачи Учиха, Анко Митараши, Сасори Акасуна, — чётко произнёс Итачи. — Гости на приёме.

— Ваши фамилии значатся в списках гостей, — проинформировала женщина. — Приятного вам вечера.

Пол кабины дрогнул и медленно стал уходить вниз. Через минуту такого движения кабина спустилась в невероятных размеров зал с отполированным до блеска тёмным полом и тёмными же стенами, на которых через равные промежутки располагались покрытые позолотой камины. В них ежесекундно вспыхивало изумрудное пламя — гости всё прибывали.

Выйдя из тесной кабины, шиноби двинулись вместе с толпой к гардеробу, устроенному рядом с двумя закрытыми решётками неработающими каминами. Здесь все были одеты по последней магической моде: мужчины — в роскошных мантиях с золотым и серебряным шитьём, женщины — в длинных вечерних платьях, с нитями жемчуга в волосах и увесистыми золотыми ожерельями с драгоценными камнями. «Попади сюда Какудзу, у всех его пяти сердец случился бы инфаркт от восторга», — не без злорадства подумал Сасори.

— А где Анко? — спросил его Итачи, оглядываясь по сторонам.

— Да здесь я, — раздался откуда-то слева раздражённый голос.

Обернувшись, Сасори не мог не отметить, что девушка была исключительно хороша в облегающем светло-сером атласном платье, оставляющем открытым одно плечо. В кои-то веки уложенные в аккуратную причёску фиолетовые волосы лишь подчёркивали спокойный цвет платья, а единственным украшением был браслет-змея, обвивавший левое предплечье куноичи.

— Чего застыли? — недовольно буркнула Анко. — Девушек в платьях никогда не видели?

Сасори поймал себя на том, что неожиданно не хочет отрывать взгляд от стройных ножек джонина, оголённых до середины бедра. Определённо, сказывалось его длительное пребывание в месте, где нет ни единой красивой молодой женщины, ведь нельзя же всерьёз воспринимать студенток Хогвартса. Некоторые из них, конечно, были весьма симпатичны, однако их красота была девичьей, у многих ещё не до конца сформировавшейся, а Сасори, в отличие от своего прошлого напарника, никогда не интересовался детьми.

— Специальных джонинов — ни разу, — ответил он и, приблизившись к девушке, предложил ей руку.

Скептически и немного надменно взглянув на него, Анко всё же соизволила взять кукловода под руку и позволила ему увлечь себя в гущу толпы. Итачи последовал за товарищами, заинтересованный куда больше истинной целью их пребывания здесь, чем возможностью развлечься — впрочем, как и всегда. Возле огромного фонтана, изображавшего колдуна, волшебницу, кентавра, гоблина и эльфа, на покрытом тканью помосте стоял невысокий человечек, крутивший в руках шляпу-котелок, и что-то вдохновенно распрягал публике. Ловко пробравшись в первый ряд, шиноби остановились послушать; мимо проходил официант, на серебряном подносе которого стояли бокалы с шампанским, и Анко проворно подхватила три.

— Держите, — сказала она напарникам.

Приняв бокал, Сасори задумчиво посмотрел на золотистую жидкость, полную мелких пузырьков.

— Поднимем же бокалы за продолжение плодотворной деятельности нашего Отдела международного сотрудничества! — громко объявил министр магии Корнелиус Фадж и опустошил свой фужер.

Все последовали его примеру. Итачи и Анко поступили так же, но Сасори сделал лишь глоток, после чего быстро поставил бокал на поднос пробиравшегося мимо официанта. От Анко это явно не укрылось; она крепко впилась пальцами в его руку.

— Брезгуешь пить с нами? — прошептала она на ухо кукловоду.

— Дело не в компании.

— А в чём же?

— Я в принципе редко пью.

— Почему?

— Так ли важно?

— Может и важно, — Анко демонстративно надула губки, а затем придвинулась совсем уж близко к нему. — Но сегодня ты будешь пить, Скорпион, или я силой стану вливать в тебя алкоголь.

— Ох, уже угрозы? — насмешливо произнёс Сасори, хотя ему было вовсе не до смеха — против воли вспомнился недавний глупый сон.

— Просто просьба, — Анко невинно захлопала длинными ресницами. — Ты ведь не откажешь девушке, правда?

Сасори улыбнулся с лукавством.

— Посмотрим, как будешь умолять. Кстати, на коленях — в самый раз.