Неприкаянный - Харт Хелег - Страница 38

Я вышел к краю озера. Лина стояла на коленях у самого края воды и держалась за лицо. Она разглядывала своё изменившееся отражение, и в глазах её плескался ужас.

- Что ты наколдовал?! Посмотри на меня! Я - старуха! - прокричала девчонка, взвившись на ноги.

На самом деле на вид её образу я бы не дал больше тридцати пяти, но спорить, конечно, не стоило. Я изо всех сил давил в себе улыбку, понимая, что смеха она мне может и вовсе не простить.

- Нельзя было, ну не знаю, просто лицо изменить, обязательно было в бабку превращать?! -проорала «бабка».

И тут меня прорвало. Я захохотал так, что чтобы не упасть, мне пришлось схватиться за рядом стоящее дерево. Лина какое-то время прожигала во мне дыру гневным взглядом, но потом на её лицо вползла змеистая усмешка:

- Иди теперь ты на себя посмотри, твоя очередь.

Я отлепился от дерева, и, вытирая выступившие от смеха слёзы, принял её позу у воды.

Из озера на меня посмотрело широкое, скуластое, но простое лицо деревенского мужика, которому только-только перевалило за тридцать. Нос картошкой, светлые соломенные волосы, низкий лоб и добродушные голубые глаза. В общем, типичный крестьянин. Я встал, всё ещё глядя в воду. Рядом со мной появилась Лина - она пристально вглядывалась в моё лицо. Думала, наверное, что я буду так же верещать от ужаса, но, глядя на мою довольную физиономию, всё больше разочаровывалась. Я заранее знал обо всех изменениях своего облика. Вид собственного отражения вызвал у меня скорее удовлетворение от хорошо выполненной работы.

- По-моему, отлично получилось.

- Конечно, отлично ему получилось, - пробурчала девчонка. - Себя и то моложе меня сделал, фокусник недоделанный... - и она стала с остервенением тереть свои руки.

- Что с тобой?

- Под кожей всё везде чешется... Это всё твой грёбаный морок!

- Странно, у меня ничего не чешется. Но обещаю, как только мы пересечём границу и отъедем на безопасное расстояние, я сниму с тебя личину. Только пока он на тебе, веди себя соответствующе, договорились?

- Договорились, - буркнула Лина.

Мы молча оседлали скакунов и поехали в сторону тракта.

Едва мы оказались на дороге, девчонка подала голос:

- Слушай, а нельзя было стороной объехать? На посту наверняка много охраны.

- Нет, нельзя. Здесь вокруг болота. Чтобы объехать их, понадобится лишняя пара недель, и нет никакой гарантии, что за это время с нами ничего не случится. Проводника искать тоже опасно. Проще один раз рискнуть.

- Ты что, бывал здесь раньше?

Лина продолжала чесаться.

- Нет. У меня есть карта. Перестань.

- Не могу! Чешется, будто я вся завшивела!

Мы опять замолчали. Тракт пустовал, что вполне объяснялось лихим временем, так что нас пока никто не видел и не слышал. До пограничного поста оставалось совсем немного, буквально пара изгибов тракта. Я чётко ощущал, что там, впереди, есть кто-то владеющий магией, но ещё не мог определить его силу. План преодоления поста как раз созревал в моей голове, когда сзади раздался голос отставшей Лины:

- Эн, а где твои мечи?

- На месте. Только их никто кроме меня не может видеть. Если спросят, мы брат и сестра, - пояснил я, не поворачиваясь.

Девушка тут же посерьёзнела, отчего её наведённое лицо выпятило нижнюю губу.

Очередной поворот тракта открыл неожиданно широкий обзор: деревья прямо здесь и кончались. Далее дорога пролегала через болото, из которого торчали только редкие кустарники. А впереди, резко выделяясь на фоне топей, кучкой деревянных строений торчал пограничный пост. Впрочем, он был великоват для обычного дозора и скорее напоминал укреплённую деревушку. Всё расстояние от одного края болот до другого наглухо перегородили частоколом, дорога терялась за деревянным барбаканом, ворота которого сейчас были открыты. Две вышки, стоявшие за ограждением, получали великолепный обзор на окрестности, так что я уже не сомневался, что нас заметили - дороги назад больше не было.

Мы не торопясь ехали дальше, а я всё пытался прощупать, сколько там магов и какой они все ступени. Сердце зачастило с ударами. «Скоро узнаем, не кончилось ли наше везение».

Люди на посту, казалось, нас не замечают. Сидящие на вышках дозорные медленно жарились на солнышке, на небольшом шесте рядом с воротами под слабым ветерком трепетало знамя Либрии - белая ласточка в белой же окружности на малиновом фоне. В воротах стояли только два солдата.

Мы подъехали на расстояние моего магического зрения. Из эфирного тумана одна за другой проступили четыре ауры. Целых четыре! У них тут что, намечается сабантуй? Один... нет, два пятых. Ещё один седьмой. И последний... Волшебник. Одиннадцатая ступень.

Я громко скрипнул зубами.

«Разворачиваться поздно, тогда за нами вышлют погоню и, в конце концов, окружат в какой-нибудь глухомани. Какого лешего на границе делает Волшебник? В поединке против него я могу одержать победу с шансом один к десяти. Он же меня просто задавит, гад. А если учесть, что там ещё трое стихийников и не меньше пятидесяти солдат, то получается совсем хреново. Может, попробовать с разбегу проскочить? Ага, эффектное будет самоубийство... И чего я Лину не послушал? Лучше потерять пару недель, чем остаток жизни. Чёрт, чёрт!»

- Эн, в чём дело?

Я повернулся к девчонке и посмотрел на неё сквозь морок. Она заметила моё мрачное выражение лица и явно испугалась. Борясь с желанием развернуться прямо сейчас, я проговорил как можно спокойнее:

- Держи руки поближе к оружию, возможно, придётся подраться. Будь готова.

Лина решительно кивнула и не стала ничего уточнять. Какая всё-таки умница!

Я собрал волю в кулак и постарался сосредоточиться на оставшихся возможностях. Волшебник вряд ли стоит на воротах, значит, есть вероятность, что мы с ним просто разминёмся. И благополучно пройдём пост насквозь. А если всё-таки встретимся, существует вероятность, что я окажусь быстрее.

Вот до ворот осталась пара десятков саженей, вот уже десять - различимы лица стоящих в воротах стражников. Один из них, пожилой с виду, преградил нам дорогу копьём:

- Кто такие, почему пересекаете границу? - сказано грубо, но негромко. Так говорит человек, привыкший к своей работе.

Я уже открыл рот, чтобы произнести заготовленную речь, как вдруг Лина затараторила:

- Я Лесьяна, а это мой братец Лот, господин солдат. Изба у нас сгорела в Корюхах, горе такое... А как отец с матерью померли, так у нас больше и нет никого. Погорельцы мы, к родственникам дальним едем, крова просить...

- Что в сумках? - перебил стражник, не обращая внимания на её сбивчивый лепет. Я почувствовал, что мой морок ощупывает маг, сидящий где-то за воротами. К счастью, всего лишь адепт.

- Так хлебушек там, запасы наши последние...

- Показывайте! - рявкнул излишне старательный вояка.

- Не нужно, - раздался надменный голос из-за ворот. - Не видишь что ли? От войны они бегут. Пускай едут.

Стражник только сплюнул и, ворча, убрался с дороги.

- Спасибо, спасибо... - лепетала Лина. Я на какое-то время потерял дар речи, поражаясь убедительности, с которой она умудрялась врать. Куда мне с моими недоразвитыми навыками до такого мастерства! Поневоле задумаешься - а часто ли мне вот так лгут?

Мы проехали внутрь городка, и посторонние мысли тут же меня покинули. Теперь нам оставалось положиться только на удачу.

Впереди, саженей через сто, виднелся такой же барбакан, и тоже открытый. Вот он, выход! Близкий и в то же время недосягаемый. По краям от дороги теснились кривые избы, рядом с ними шатались обычные крестьяне. Мой взгляд буквально прилип к высокому дому, стоявшему рядом с казармой недалеко от выезда, слева от дороги. Там находился тот единственный, что мог поднять тревогу. Волшебник. Его аура оставалась спокойной - возможно, он просто отдыхал, из-за чего я и смог его почувствовать. Если бы он закрылся, я бы и не подозревал о его существовании.

Мы проехали мимо дома с беседкой, в которой несколько солдат, судя по насечкам на доспехах - десятников, увлечённо резались в кости. Я тихо, не оборачиваясь, проговорил: